Свести с ума дракона (СИ)

— Что ты имеешь в виду? — Филип недоуменно наклонил голову.
— Днем я тебя совсем не вижу, вот и решила, что ты тут сидишь, — пожала плечами она. Филип кивнул. — А что ты тут делаешь?
— Читаю, — он невольно рассмеялся.
Розалин смутилась, и на ее щеках снова расцвел милый румянец. Она опустила голову и отвернулась, но Филип заметил, как она краем глаз рассматривала его губы. Стерев улыбку с лица, он заинтересованно облокотился на колени, наклоняясь в ее сторону. Пальцы невольно дергали бинты на ладонях.
— Что ты опять натворила? Дракон с утра ревел.
— А это… — Розалин густо залилась краской и поджала пухлые губы, — Я на него ловушку поставила, а он попался.
— Зачем?
— Поставила зачем? — Филип кивнул. — Не знаю даже. Наверное, потому что он меня похитил, домой не отпускает, еще и работать заставил, вот я и решила отомстить. Мне так стыдно, — она опустила голову и закрыла лицо руками. — Ему было так больно. Там кровь повсюду натекла. Я же не думала, что он сам от них избавиться не сможет. Он ведь весь из себя такой большой и страшный. Что ему какие-то вилки…
— Жалеешь?
— Да, — не задумываясь, кивнула она и отвела глаза, — Но хуже всего другое.
— Что? — тихо спросил Филип, когда она не продолжила.
— Самое опасное я в сокровищнице оставила, — Розалин глубоко вздохнула, все также не глядя на него. — Когда я прибирала его сокровища, нашла коллекцию оружия и всяких острых штук, которые у стены рядом со входом лежали. Ну, в общем, я закопала их в золоте так, чтобы, когда дракон придет туда, ему мало не показалось. Теперь он еще сильнее разрежет себе лапы. Я же не знала, что они такие мягкие и нежные.
— Так почему бы не сходить и не убрать? — Филип нахмурился, но постарался, чтобы голос не выдал его истинных чувств. Вот ведь пакостная девчонка!
— Там темно, а я темноты боюсь. Еще и летучие мыши на потолке сидят, — она наконец повернулась к нему и грустно улыбнулась. В ее глазах отражались искренние сожаления относительно своего поступка.
— Я думал, ты ничего не боишься, — Филип не сдержал улыбки.
— Слушай, ты ведь здесь давно. Хоть кого-нибудь рыцари спасали? — Розалин резко сменила тему.
Ей явно не нравилось то, как она себя ощущала. Похоже, она не привыкла чувствовать себя виноватой.
— Нет, дракон-то жив до сих пор, — Филип приподнял подбородок, пряча любопытство за очками и наблюдая за ее реакцией.
Розалин открыла рот, чтобы что-то сказать, но осеклась, задумалась и промолчала. Ступня закинутой на колено ноги начала нервно дергаться. Розалин еще сильнее вжалась в спинку кресла и мрачно нахмурилась.
— Зачем дракону столько золота?
— Так заведено. Ты разве сказки не читала? Драконы похищают прекрасных дев, сражаются с рыцарями и копят богатства. После их смерти они переходят либо потомкам, либо растаскиваются искателями приключений.
— Грустно все это, — вздохнула она и подняла на него взгляд, подозрительно прищурившись, — А дракон — людоед?
— Нет, — весело рассмеялся Филип и осекся, заметив недоумение на ее лице, — Кхм, ну сама посуди: ты жива, я жив, да и сам дракон тоже. Если бы он людоедом был, местные давно его на вилы бы подняли. А так, подумаешь, время от времени овец таскает, — он поймал испепеляющий взгляд светло-карих глаз и, смутившись, добавил, — Ну и девушек иногда.
Розалин смешно наморщила нос и удобнее устроилась в кресле, поднимая ноги и оправляя платье так, чтобы, кроме сапожек, ничего не было видно.
Филип с трудом сдержал неуместную улыбку и, прекрасно зная, что за затемненными очками его глаз не видно, нагло любовался Розалин, которую совершенно не смущала его компания.
Она задумчиво пожевала губу, глядя куда-то на книжные полки. Тонкие пальчики неосознанным движением крутили выпавшую из прически прядь волос.
Филип тихо кашлянул, привлекая ее внимание.
— У тебя жених есть?
Розалин изумленно вскинула брови и приоткрыла рот. На ее щеках вспыхнул яркий румянец.
— А ты чего это удумал? — она еще сильнее притянула к себе колени.
— Я это к тому, а приедут ли тебя вообще спасать? — Филип невольно улыбнулся.
 
Жар взбудоражил, волной прокатившись по телу от сердца. Щеки нагрелись, и он знал, что покраснел так же, как и Розалин. Филипу стоило всех своих сил сдержаться и не закашляться. Рядом с этой рыжей егозой его самоконтроль трещал по швам.
Все же его безобидный, как ему казалось, вопрос подарил маленькую победу над самоуверенностью наглой девушки.
— Почему ты думаешь, что никто еще не приезжал? — обиженно надула губы она.
— О, поверь мне, если кто-то приедет, ты об этом точно узнаешь.
— Есть у меня жених, — Розалин скривилась, явно не испытывая особой радости по этому поводу. — Отец подобрал. Графский сынок какой-то.
— Ты его даже не видела? — удивился Филип.
— Видела. Ничего особенного — обычный холеный рыцарь: гора мышц, пуд пафоса и ни грамма ума.
— Неужели у твоего отца настолько плохой вкус? — улыбнулся Филип.
— Нет, просто он точно не один решение принимал. Наверняка эта старая жестяная банка ему помогала!
— Кто? — Филип фыркнул. Он явно задел наболевшую тему.
— Друг отца — первый рыцарь герцогства и граф по совместительству. Вечно он вмешивается!
Розалин вскочила с кресла и заметалась по библиотеке, рыжеволосая, размахивающая руками, и от этого похожая на огненную искру. Филип в изумлении следил за ней глазами, не в силах подобрать слов, чтобы остановить. Уж больно забавно она выглядела. Вся такая живая и горячая.
— Чуть где виновата, все-о — иди к лорду Ханчу и объясняйся. А он вечно зыркает своим глазенками-бусинками из-под волосатых зарослей вместо бровей и кивает так мерзко, словно швабру проглотил. У-уу, ненавижу! Вот и сейчас вместо того, чтобы дать отцу просто заплатить выкуп, он, я точно уверена, убедит его спасти меня силой. Сам он не поедет — годы уже не те, видите ли. А рыцарей-то сейчас нет нормальных! Они вдвоем устроили турнир, да какой!
Розалин вдруг застыла на месте и повела руками, словно пыталась изобразить размах события.
— Со всех земель соседних народ собрался. Неделю они сначала гуляли. Неделю! А потом эти облаченные в железо туши с бодуна друг друга копьями и мечами молотили. В итоге полные хлюпики в самом начале вылетели, а те, что могли бы и с огнедышащей ящерицей потягаться, так увлеклись, что самого победителя на носилках выносили, чтобы наградить! Никогда такого не было.
Розалин задохнулась и остановилась, тяжело дыша. Ее щеки горели огнем, прическа растрепалась. Пальцы нервно дрожали. Она закрыла глаза, пытаясь успокоиться, и уже расстроенно добавила:
— Некому меня спасать. Одни калеки остались.
— Ты ж миледи! Где ты так разговаривать научилась? — с трудом выдавил из себя Филип, давясь смехом.
Она вздрогнула, резко развернулась к нему и недоверчиво уставилась. Филип прокрутил в голове последнюю фразу и разочарованно прикусил язык. Нужно было быть осторожней.
— Так я же не в теплице росла. Вот и понахваталась у прислуги, — Розалин смущенно опустила глаза.
Филип расслабился и опустил плечи, качая головой. Повезло же ему натолкнуться на такую вот хорошенькую егозу. Судя по ее рассказу, она тут надолго задержится, а значит, весело будет с ее-то характером. Из размышлений его выдернул ее вопрос.
— У тебя есть хобби? Чем ты занимался до того, как тебя дракон похитил?
— Я кузнец, — ответил он, не задумываясь.
— Да ну, — Розалин аж рот открыла. — Ты ж тощий!
Филип недовольно сжал губы и почувствовал, как к щекам прилила кровь. Да, он не мог похвастаться мощным телосложением, но слабым себя не считал никогда.
 
— Прости. Просто все кузнецы, которых я видела, были даже еще большие качки, чем рыцари.
— Я ювелирным делом занимаюсь, создаю украшения и предметы декора.
— Ух ты! — светло-карие глаза Розалин восторженно заблестели, и стало приятно, что хоть это она оценила. — Покажешь?