Осколки души. Том 1 и 2 (СИ)
— Что ты такое выставил? — удивленно спросила Пожарская.
— Вскоре увидишь, — не стал отвечать я. Администратор вернулась через пять минут, приняла оба конверта и, поклонившись, показала нам места в зале. Не слишком богатые, но вполне удовлетворяющие даже моим высоким требованиям. Впрочем, свободных мест почти не осталось — все оказалось забито высокородными гостями. Естественно, тут присутствовал и принц со своей свитой, и знакомые мне княжны с графинями. А еще через десять минут свет в зале погас, и освещенной осталась только сцена.
Глава 50
— Приветствую вас, дамы и господа, — улыбаясь, вышла в круг света Нинэ. Ну конечно, там, где деньги, там она. Уверен, монсеньора ввязалась во все возможные авантюры, которые только могут принести прибыль на территории академии. Что, в принципе, неудивительно, кто хочет зарабатывать, всегда найдет способ.
— Прошло три месяца с прошедшего большого аукциона, и мы не зря ждали новых поступлений. Редчайшие товары с дальнего востока, из закрытого Китая и волшебных островов. Аравийские зачарованные ткани, индийские ручные животные и персидские духи. Сегодня мы открываем большой аукцион с большими ставками! — объявила Нинэ и отошла в сторону, пропуская на сцену одетых в тематические наряды носильщиков.
Выглядело это и в самом деле завораживающе. Девушки в коротких топах, с прикрытыми полупрозрачными масками лицами и раздувающимися штанинами внесли небольшой золоченый сундучок. За ними вышли наряженные в китайские платья носильщицы, сложившие свитки в тяжелых металлических футлярах. И процессия никак не заканчивалась.
— Вон они! — возбужденно сказала Екатерина, когда на сцену вынесли аккуратные ряды флаконов с плещущимися в них светящимися жидкостями. И если с бурлящей водой все было более-менее понятно, то как в стеклянной банке удерживалась кипящая лава — для меня оставалось загадкой. И все же стихийные осколки содержались в запечатанных фиалах, и, судя по шепоткам зрителей, это станет основным лотом.
— Итак, начнем сегодняшние торги со знаменитого китайского шелка. Пять метров магической ткани, напитанной энергией духов жизни. Самовосстанавливающаяся, облегчающая выздоровление и заживление ран ткань. Стартовая цена — два галеона, — объявила Нинэ и подвинулась, чтобы ее помощницы чуть раскатали рулон. Одна из девушек демонстративно порезала ладонь, показав нам небольшую ранку, а затем приложила руку к углу ткани. Спустя всего несколько секунд она вновь показала ладонь, полностью исцелившуюся.
— Два галеона, кто предложит больше? Три? Отлично. Четыре галеона? — начала торги Нинэ, указывая пальчиком на тех, кто поднимал руку. — Семь галеонов, благодарю, ваше высочество, ставка принята. Восемь? Восемь галеонов!
— Это же целое состояние. На кой черт им эта ткань? — пробормотал я, глядя на все поднимающиеся руки и думая, не прогадал ли.
— Академия вне законов Пруссии, как и других государств, — сказала Екатерина, наклонившись ко мне. — Если бы торговцы привезли свои товары и продавали их официально, им пришлось бы уплатить большую государственную пошлину. Кроме того — многое из показанного запрещено к продаже, или приоритетное право выкупа имеет только королевская семья.
— Черный аукцион в академии, где собрались наследники великих домов? — хмыкнул я, понимая всю иронию ситуации. Торговцы явно не дураки, ведь если правящие династии не выкупят товары даже по повышенной цене, они окажутся у оппозиции или у конкурирующих родов внутри страны. А это потенциальная угроза власти, чего допустить нельзя.
— Девять галеонов господину под номером семь. Поздравляю вас с покупкой и желаю крепкого здоровья, — поклонилась Нинэ, и, обернувшись, я увидел девушку с цифрой семь на платье, вообще не оставляющем места для воображения. Если бы эта красотка голой пришла, и то получилось бы приличней. А так самым большим куском ткани являлся круг с цифрой.
— Она покупает от чьего-то имени? — уточнил я у Пожарской, кивнув на девушку.
— Да, тут такое не редкость. Проследить за тем, кто на самом деле торговался, практически невозможно, а аукционному дому главное, чтобы вовремя платили комиссию, — ответила Екатерина. — Но мы рассчитываем на самый распространенный лот, так что скрывать намерения нет смысла.
— Следующий лот — нефритовая статуэтка Вишны, содержащая плененный дух. — Нинэ подняла двумя руками небольшую, с кулак размером, зеленую статуэтку, а затем влила в нее немного силы. Рядом с миледи материализовался гигантский, за два метра в холке, зверь, больше всего напоминающий смесь черного леопарда и медведя. На его шее и лапах красовались толстые цепи, уходящие к статуэтке. Стоило ведущей чуть потянуть цепь, и монстр взревел, широко раскрыв зубастую пасть.
— Пленный дух послушно выполнит любой ваш приказ, разорвав врагов или охраняя сокровищницу. Стартовая цена — три галеона, кто даст больше? — спросила Нинэ, высоко подняв статуэтку. — Пять? Отлично, пять галеонов!
— Эх, мне бы такого питомца, — с сожалением сказала Пожарская. — Я о таких монстрах только слышала. В бою он равен рыцарю-командору, а некоторые и вовсе могут сравниться с виконтами или даже баронами.
— Так купи, деньги у тебя есть, — пожал я плечами.
— Не по статусу, — недовольно поморщилась девушка. — Если такого зверя купит кто-то по титулу ниже баронского, после академии его просто отнимут. А могут отобрать и куда раньше, пойдя на открытую конфронтацию.
— Ясно, ты вообще рассчитываешь купить что-то, кроме осколков стихий? — спросил я у расстроенной Екатерины.
— Нет. Боюсь, денег у нас совсем впритык. Мне же надо купить и на себя, и на Николаса.
— Сколько бутылок нужно на одно возвышение оружия? — спросил я, вглядываясь в лица торгующихся за пленного духа. Похоже, все прекрасно осознавали ценность статуэтки, как и свои возможности, но сдаваться не спешили.
— Одна для первого, две для второго, — оптимистично начала Пожарская. — Шесть для третьего и в два раза больше для каждого последующего. Двенадцать, двадцать четыре…
— Я понял суть, — успокоил я девушку, прекрасно осознавая, что бесконечно усиливать оружие не получится. — И какое возвышение приравнивается к силе барона?
— Десятое. Примерно, — почти не задумываясь, ответила Екатерина. — Все зависит от стартовых условий. К тому же и сами материалы меняются. Для увеличения силы с виконта до консорт-баронета требуются не только осколки стихий, но и порабощенные духи. Иначе оружие не получит достаточно мощи.
— Как интересно. Надо будет заняться этим вопросом на досуге, — пробормотал я, быстро сосчитав количество бутылок с эссенцией. Три десятка на пятьдесят зрителей. Всем точно не хватит, а если они нужны на всех этапах возвышения, то и цена на один флакон опускаться не будет. Жаль, я думал про насыщение рынка.
Пока я просчитывал варианты, с молотка ушла статуэтка за двенадцать галеонов. Старинный амулет мудреца-учителя с привязанным духом — почти за двадцать. Несколько щенков породистых гончих, выведенных для охоты за зверьем. К слову, каждый месячный щеночек был размером со здорового дога, и какими они вырастут, я мог только представить. Свору разобрали по одному-два щенка и тут же увели со сцены.
— Следующий лот — одиночный фиал стихии огня. Первое возвышение. Цена — один галеон, — объявила Нинэ, и я тихонько присвистнул. Нет, я и не надеялся на то, что они окажутся дешевыми, но не на столько же дорого. И все же, ввязавшись в аукцион, я сумел сторговаться на четырех галеонах за первое зелье.
Вода и земля обошлись по пять каждое. А вот воздух мне достался почти даром — за два. Вот только мои финансы оказались в жесточайшем минусе. Особенно учитывая, что делиться стихийными осколками с Пожарской и Николасом я не собирался. Кто знает, когда они мне пригодятся и что вообще среагирует с моим кинжалом.
Дальше продавалось уже по два осколка, и цена со старта взлетела до восьми галеонов. Денег у меня таких не было, а для экспериментов достаточно взять и по одному экземпляру, а вот на мою подругу было жалко смотреть. Екатерина ввязалась в торги, но выиграть их не смогла. Парные зелья ушли по двенадцать галеонов. И дальше цена только возрастала.