Жених напрокат
Екатерина Флат
Жених напрокат
Глава первая
Великий день!
И пусть еще не сегодня, но уже завтра. Бал дебютанток! Бал, где идеальнейший из идеальных лорд Вернер из рода Мигран закружит меня в приветственном вальсе..
Правда, под утро во сне он кружил вовсе не меня. Кого угодно, всех подряд, даже напольные вазы и вяло отпирающихся лакеев, но только не меня. Словно я превратилась в неясную тень, незаметную для кого-либо из присутствующих… Приснится же такое!
Но даже дурной сон не мог испортить мне настроения. Уже по привычке я подскочила с кровати совсем рано, довольно потянулась и… Погодите… Это еще кто?!
Но темноволосая незнакомка смотрела на меня с не меньшим изумлением. Будто это я тут посторонняя, а не она! Нет, и я бы допустила, что это какая-нибудь новая служанка, но… С чего вдруг служанка в моей кружевной ночной рубашке?
– Кто вы?! Что здесь делаете?! – вырвалось само собой, да еще и уж очень громко.
Вот только незнакомка открыла рот одновременно со мной. Но не прозвучало ни звука…
Это же…зеркало.
Я смотрю на собственное отражение!
Остатки сонливости улетучились мгновенно. Но способность соображать ясно никак не спасла ситуацию. Я подскочила к зеркалу, лихорадочно ощупывая свое лицо, волосы, вглядываясь в отражение… Нет-нет-нет, этого быть не может!
– Госпожа, что-то случи… – влетевшая в спальню Мариса так и замерла на пороге с кувшином в руках. – Ой, а вы кто?! Здесь нельзя чужим находиться! А ну, признавайтесь, куда вы дели леди Сильвиру?! – и она так воинственно двинулась на меня, словно кувшин в ее руках мог убивать не хуже рапиры.
И в другой ситуации я бы только обрадовалась, что хоть кто-то в родном доме искренне мною дорожит, но сейчас было уж точно не до радости.
Но я даже ответить не успела, как на пороге нарисовалась сонная и злая моя сестра. Видимо, мой вопль был слышен не только в коридоре, но и в соседней комнате. Съехавший набекрень чепчик на контрасте с перекошенным лицом Ристеллы выглядел донельзя нелепо. Норовил то и дело сползти на глаза, но ей это не мешало осмотреться.
– Что за вопли в такую рань?! Ты совсем с ума сошла?! – сие ласковое приветствие, да прямо с порога спальни, конечно, предназначалось исключительно мне. Но не увидев привычную меня Ристелла в тот же миг рассудила все по-своему: – Ах ты, бестолочь безродная! – она тут же кинулась на Марису. – Ты кого-то из своих подружек в наш дом притащила?! Да еще и самую уродливую подыскала?! Давно пора тебя за твои космы оттаскать…
Но на этом слова у моей милейшей сестры закончились. Остались только междометия. Выплеснутая ей в лицо вода из кувшина совсем не способствовала многословным речам.
Я тут же вернула кувшин обратно ошарашенно застывшей служанке.
– Ристелла, я тебя предупреждала, – спасибо, хоть голос мой при мне остался. – Только попробуй еще хоть раз поднять руку на кого-либо из слуг, я…
Но теперь уже вмешалась наша матушка. Нет, ну какое чудесное утро! У меня прямо день открытых дверей!
– Вы с ума сошли так шуметь, – она даже возмущалась шепотом. – Если отца разбудите, мало не покажется… – и только сейчас ее сонный взгляд замер на мне.
Но прежде, чем она изумленно что-либо спросила, я тихо призналась:
– Матушка, это я, – очень старалась, чтобы мой голос не дрогнул. Ристелле и без того хватит повода позлорадствовать. Пусть хотя бы не видит, насколько мне самой сейчас страшно.
Но надо отдать маме должное. Она хоть и прохлопала ресницами несколько секунд, но тут же изменившись в лице, спешно вытолкала и ошарашенно вытаращившуюся глаза Ристеллу, и не менее шокированную мою служанку. И даже дверь за ними закрыла.
– Сильвира? – смотрела на меня все еще не веря. – Это и вправду ты?
Очень стараясь не разреветься, я быстро кивнула.
Матушка подошла ближе, внимательно меня оглядела. И мне так хотелось услышать хоть что-то утешающее! Только разумом я прекрасно понимала, что не бывает таких временных явлений или болезней, чтобы враз твоя внешность менялась!
Может, я просто еще сплю? И это продолжение дурного сна?..
– Ох, надо же, – матушка нервно закусила губу. – А я как-то уже и забыть об этом успела…
У меня аж ком встал поперек горла. Слова дались с трудом:
– О чем?
– Видишь ли, милая, – она отошла от меня, избегая встречи взглядом. Даже свой чепчик стянула и теперь мяла его в руках, – тут такое дело… В нашей семье передается по женской линии одна…как бы…особенность. В каждом поколении обязательно есть девушка, чья внешность одномоментно в юном возрасте меняется… И…как бы сказать помягче…далеко не в лучшую сторону… Нет-нет! Ты не подумай! Ты вовсе не страшная стала! Это тебе еще повезло. Вот Ламона в свое время обезобразилась настолько, что без слез не взглянешь!
– Ламона? – что-то яснее не становилось.
– Моя сестра, – выдала матушка как само собой разумевшееся. – У меня была родная сестра, разве я не говорила?
– Не говорила, – очень сложно было не вспылить. – И простите за резкость, но о таких особенностях, как наличие внезапных родственников и не менее внезапных проклятий, стоит все же предупреждать заранее!
– Зачем? – она снова захлопала глазами. Сейчас уж очень походила на Ристеллу. – Чтобы вы с сестрой заранее переживали? Ругались бы еще и из-за того, на кого именно из вас падет это проклятье? Но наверняка тебя утешит, милая, что проклятье всегда выбирает самую красивую в поколении. Можешь гордиться!
Вот так себе повод для гордости, право слово!
Я собралась всеми жалкими остатками своего терпения:
– Ладно, допустим, есть некое проклятье, и когда-то так же, как и я теперь, под него попала ваша сестра. Но что с этим делать?! Как Ламона с ним справилась?
– А никак, – матушка пожала плечами, – она и не справилась. Наши родители сбыли ее в монастырь, где она и прозябает до сих пор. Если, конечно, еще жива. Я как-то не особо интересовалась ее участью… Кстати, Ламона в свое время взялась про это проклятье выяснять, что-то там про наших предков узнала. Но я уже и не помню.
– Вы хотя бы знаете, в каком она монастыре? – я уцепилась за последнюю надежду.
– Да, конечно. В Вардеронском.
С ума сойти… Это всего полчаса езды на экипаже от нашего дома! И мама даже не знает, как там ее родная сестра все эти годы?
Но ясно одно: дома мне помощи ждать не стоит. Нужно немедленно найти тетю Ламону и ее расспросить. Наверняка же должен быть способ снова стать собой! И ведь времени в обрез! Бал дебютанток уже завтра!
Все еще не верилось в реальность происходящего. Дурной сон какой-то, иначе и не скажешь! И даже сидя уже в спешащем по сонным улочкам экипаже, я все ждала, что вот-вот проснусь. Нет, я понимаю, что случается всякое, даже о разных чудесах иногда слухи доходили. Но почему-то всегда казалось, что такое бывает только с другими.
Но все мои сомнения в реальности происходящего в общем и собственной тети в частности развеялись, едва угрюмый привратник монастыря пробурчал в ответ:
– Она наверняка в саду. Идите прямо по гравийной дорожке, леди, не заблудитесь.
– Простите, а как мне ее узнать? – ведь вправду я понятия не имею, как она выглядит!
– Ламону-то? – привратник фыркнул в седые усы. – Есть две самые верные приметы. Первая: сумасшедшая. Вторая: страхолюдина. Так что мимо нее точно не пройдете? А вы ей не родственница часом?
Вот уж спасибо за комплимент. Самое то, чтобы окончательно добить мой боевой дух.
– Племянница, – все же ответила я. – И, к счастью, пока в здравом уме.
Все же про «страхолюдину» язык даже не повернулся чего-либо сказать.
На этом весь интерес к моей персоне у привратника закончился. Он махнул рукой в сторону тропинки, огибающей унылую серую громадину монастыря, и принялся с завидным сосредоточением набивать потертую трубку вонючим табаком.