Белая Кость (СИ)
— Так положено. Это Книга Книг. Святое писание.
Таян села на пятки:
— Тем более странно. Не понимаете, что там написано, а улыбаетесь.
Янара оторвала взгляд от страницы, покрытой вязью как кружевами:
— Я благодарю Бога.
— За что?
— За всё, что у меня есть.
— А что у вас есть?
— Кров, еда, мягкая постель, огонь в очаге…
— Это вам дал король. Что дал вам бог? — допытывалась Таян.
— Он подарил мне жизнь.
— Подарок — это вещь, с которой можно делать что угодно. Вы можете жить, как вам хочется?
— Не могу.
— Тогда за что вы его благодарите?
— Таян! — прикрикнула Миула, удаляя ножом нагар со свечи.
Посмотрев через плечо, Янара вскочила на ноги:
— О господи! Миула! В молельню нельзя приносить оружие!
Служанка двумя пальцами очистила лезвие от воска и затолкала нож в кармашек на голенище сапога:
— Где вы увидели оружие?
— Зачем он тебе?
— Вдруг кто-то захочет срочно сбрить бороду.
— Выйди.
— Миледи…
— Выйди!
Обиженно надув губы, Миула удалилась.
Янара села на скамью. Обвела взглядом помещение без окон и с низким потолком. Замкнутое сплющенное пространство давило на плечи, заставляло сгибать спину и склонять голову. На столике у двери тоскливо горели свечи, окропляя медный подсвечник восковыми слезами.
— Не сердитесь на неё, — сказала Таян тягучим, не по-детски низким голосом.
— Я не сержусь. — Янара запахнула на груди полы плаща. — Своей жизнью распоряжаются только мужчины. Женщины повинуются. Отцу, мужу, брату, сыну.
— Ну вот… Благодарить бога не за что.
— Когда я попаду на небеса — попрошу его заступиться за женщин.
— Думаете, бог станет вас слушать? Он же мужчина.
Янара улыбнулась:
— Иди ко мне.
Таян подползла к ней на коленях. Янара обняла девочку за плечи и прижалась щекой к чепцу на её голове:
— Замёрзла?
— Нет.
— Давай пойдём в город и купим вам с Миулой шарфы и варежки. Потом найдём укромный уголок и поиграем в снежки. Ты играла когда-нибудь в снежки?
— Конечно играла.
— А я — нет.
Дверь распахнулась, и на пороге возникла Миула:
— Миледи! К вам пришли.
— Кто?
— Не знаю. Смотрительница сказала, что вас ждут возле Женской Башни.
Янара вышла из молельни, вместе со служанками пересекла тесный дворик и, завернув за угол белокаменного строения, споткнулась:
— Бари?..
Брат спустился с лестницы и двинулся ей навстречу важной походкой.
— Что ты здесь делаешь? — спросила Янара, всматриваясь в заросшее бородой лицо.
В голове пронёсся ворох мыслей. Бари пришёл за деньгами, заработанными сестрой в холостяцком доме. Или за лошадью, которая была возвратной частью приданого, а Янара приехала на ней в Фамаль. Или он упросил настоятельницу монастыря приютить нищую вдову?
Брат вытащил из-за пазухи тулупа рукавицы. Надев их, взял Янару под локоть:
— Проводишь меня до ворот?
Значит, он явился не за деньгами. Ну и слава Богу. Не хотелось оставаться с пустой монетницей за десятки лиг от дома.
Они пошли по дорожке, проложенной между сугробами. Сзади, оскальзываясь и посмеиваясь, следовали Миула и Таян. Слева и справа звучали голоса работников, занятых уборкой снега. Рядом надсадно дышал брат.
— С Рулой всё в порядке? — не выдержала Янара.
— В порядке. — Бари посмотрел на неё как-то странно. — Хорошо выглядишь. Посвежела. И одета прилично.
— У тебя какие-то дела в городе?
— Дела. — Бари оглянулся. — Вы можете не идти за нами? — Дёрнул Янару за локоть. — Скажи им.
Она обернулась к служанкам:
— Всё хорошо. Это мой брат. Подождите меня здесь.
— Настырные какие, — проворчал Бари, увлекая её дальше.
Янара озиралась, силясь понять, где они находятся. Дорожки пересекались и разбегались в разные стороны. Вокруг какие-то строения с портиками и галереями, лестницы и террасы, занесённые снегом. Там и тут над постройками возвышались башни.
— Ну всё! Дальше не пойду, а то заблужусь. — Янара выдернула локоть из руки брата. Поправила сползший на затылок капюшон, запахнула на груди полы плаща. — Говори, зачем приехал.
Бари вытер рукавицей нос:
— Ты выходишь замуж.
Янара похолодела:
— Нет…
— Уже всё решено. Я подписал договор.
Забыв о правилах приличия, не думая о том, что кто-то может их увидеть, Янара со злостью вцепилась в воротник тулупа, притянула брата к себе и прошипела ему в лицо:
— Ты не можешь так со мной поступить!
— Могу.
— Я лучше лягу в могилу, чем в чью-то постель!
Заметив, как брат поднимает руки, зажмурилась. Сейчас ей выбьют зубы…
Брат мягко высвободил воротник из её пальцев:
— А если это постель короля?
Из глаз Янары брызнули слёзы.
— Зачем ты это делаешь?
Бари взял её за плечи и хорошенько встряхнул:
— Ты слышишь меня или нет? Ты станешь женой короля.
— Не хочу!
— Дура! Ты станешь королевой!
Янара без сил опустилась в сугроб:
— Я не хочу.
Бари присел на корточки, стал поглаживать её колени:
— Этого хотел наш отец. Он сейчас смотрит с небес и радуется.
— Господи… — Янара закрыла лицо ладонями. — Я только начала дышать.
— Я дал тебе в приданое свою землю вместе с каланчой.
Янара уронила руки:
— С ума сошёл… Где вы будете жить?
Бари наклонился к ней и прошептал:
— Король назначил меня кастеляном Мэритского замка. Представляешь?! Мы с Рулой переберёмся жить в настоящий замок! — Восторженность в его глазах сменилась лихорадочным огнём. — У меня будут слуги, стражники. Склады с провизией, конюшня с лошадями. Твоя сестра наконец-то выйдет замуж и слезет с моей шеи. Я не смел о таком мечтать! Как ты его захомутала?
Янара хотела подняться, но руки проваливались в снег, и она погружалась в сугроб ещё глубже. Брат схватил её за отвороты плаща и поставил на ноги.
— Иди, Бари.
— Ты же не наделаешь глупостей?
— Иди.
— Если сорвёшь сделку, я от тебя отрекусь.
Она нервно рассмеялась и побрела по дорожке.
— Я прокляну тебя и твоих детей! — ударилось в затылок.
— У меня их нет, — крикнула Янара и прибавила шаг.
— Ах ты ж дрянь… — прорычал Бари и подавился словами.
Она оглянулась. Дорогу брату загораживали служанки. Откуда они взялись? Янара видела их спины, видела вытянутое от изумления бородатое лицо. Брат почему-то смотрел куда-то вниз и боялся сделать шаг — вперёд или назад. Тайной стороной своего существа Янара хотела, чтобы Бари исчез из её жизни навсегда. Не упал в снег замертво — нет! Просто испарился, улетучился.
— Миула! Таян! — позвала она и, направив взгляд на самую высокую башню, свернула на другую дорожку.
У входа в королевскую резиденцию Янару и служанок остановил караул.
— У меня важное сообщение для короля, — произнесла она.
За спиной послышался голос Миулы:
— Миледи, может, не надо…
Не оборачиваясь, Янара жестом велела ей умолкнуть и, собрав остатки смелости в кучку, сказала воинам:
— Очень важное и очень личное сообщение.
Гвардеец проводил робкую троицу на третий этаж, где их встретил рыцарь. Проследовав за ним, девушки очутились возле двери, украшенной орнаментом из бронзы. Караульный вошёл в королевские апартаменты. Тотчас вернулся и впустил Янару в гостиную.
Она замерла перед столом, расчерченным мелом на квадраты.
Рэн оторвал взгляд от цифр, выведенных в клетках:
— Вы чем-то встревожены, леди?
— Ваше величество, я не выйду за вас замуж.
Отложив тряпку и кусочек мела, Рэн отряхнул ладони:
— Почему?
— Потому что я вдова и должна два года носить траур.
— Церковь признала ваш брак с герцогом Мэритом недействительным.
Янара потеряла дар речи и какое-то время стояла, таращась на Рэна. А он смотрел на неё и молчал.
— Как — недействительным?.. — промямлила она.
— А вот так. — Рэн присел на угол стола. — Ваш отец забыл разорвать вашу помолвку с господином… Не помню его имя. Надо спросить у Святейшего. По закону надо сначала разорвать помолвку и только потом устраивать брак дочери с другим человеком.