Белая Кость (СИ)
— Без них не уйду!
Со стены рухнул горящий гобелен, краем улёгся на постель. Вспыхнула подушка. Огонь пробежался по тряпичному чехлу матраса, высвобождая конский волос.
Флос проорал:
— Беги вниз! Я их выведу! — Подхватил окровавленную старуху за подмышки и поставил на ноги. Её подругу направил к двери пинком под зад. — Хватит выть, сука, язви тебя в рот! И ты заткнись! — прикрикнул он на раненую. — Если из-за вас погибнет моя дочь, я выпущу вам кишки!
На лестнице старух у него забрали подоспевшие слуги. Флос вывалился из башни. Не удержав равновесия, кубарем скатился по ступеням и закашлялся до рвоты. Янара оттащила его к кузне, дабы не мешать мужикам, бегающим туда-сюда с вёдрами. И легла рядом.
Отдышавшись, Флос сел:
— Пойду гляну, что там делается.
— Не ходи, — попросила Янара.
Флос посмотрел на окутанную дымом постройку. Если бы он верил в бога, то попросил бы сжечь башню дотла, чтобы ни еды не осталось, ни воды. Тогда Мэрит точно сдаст крепость.
— В бочках кончилась вода! — крикнул горбоносый мужик, размазывая по лбу пот и сажу.
— Все в подвал, к колодцу! — проорал лорд, стоя на крепостной стене. — Живо! Шваль подзаборная!
Упираясь кулаками в землю, Флос встал:
— Пойду гляну.
Янара поднялась. Завертела головой:
— Где Лита? — Схватила за рукав слугу. — Литу и Люту не видел?
Слуга указал на прачечную:
— Там они. — И последовал за остальными в подвал господской цитадели.
— Миледи! Вы живы! — радостно воскликнул человек городской наружности. — Мы с вами не знакомы. Я секретарь-нотарий. Зовите меня Монт. Я служу в Хранилище грамот. — Монт взял Янару под локоть. — В вашем деликатном положении нужен покой, а тут такое бедствие…
— Нет у меня никакого положения, — призналась она.
— Тише, миледи. Тише! — Монт зыркнул на Флоса, притянул Янару к себе и горячо зашептал ей в ухо: — Об этом никто не должен знать. Вы наше спасение, миледи. Идёмте, я всё вам объясню.
Проводив их взглядом, Флос взобрался на крепостную стену. Крадучись высунулся из-за зубца. Толпа крестьян поредела. Наверное, спрятались за крепостью или положились на божью волю и побежали в деревню. Войско Хилда выстроилось ровными рядами. Кони нетерпеливо били копытами. Небольшие отряды малых лордов расположились на флангах. На фоне серого неба развевались флаги и привязанные к флагштокам пурпурные ленты.
— 1.20 ~
Монт провёл Янару в постройку, служившую одновременно кухней и трапезной для слуг, и усадил на скамью. У холодного очага скучились поварихи и посудомойки. Они знали всех обитателей замка, а эту женщину в окровавленном платье, с измазанным сажей лицом и растрёпанными волосами видели впервые. И теперь, поглядывая на неё украдкой, силились понять, откуда она взялась.
Янара повалилась боком на широкую скамью и подтянула колени к животу.
— Миледи, вам плохо? — спросил Монт.
«Миледи… Вдова герцога…» — зашептались работницы.
— Живот болит, — пробормотала Янара, трясясь в ознобе и стуча зубами.
Монт потрогал её лоб. Жара вроде бы нет.
— Это от страха, — сказал он и накинулся на баб: — Чего стоите? Дайте миледи попить и укройте чем-нибудь.
Круглолицая женщина подошла к Янаре и протянула кружку:
— А мы вас не признали сразу. В замок приехали в белом покрывале, мужа хоронили в чёрном. А вы совсем девочка. И уже вдова.
Янара сделала несколько глотков и уронила голову на доски.
— Миледи, только не засыпайте, — попросил Монт. — Поговорить надобно.
— Дайте отдышаться.
Женщина хотела отойти; Янара схватила её за юбку:
— Сходи, узнай, как там Лита. Её унесли в прачечную.
— Это какая Лита? — отозвалась кухарка в белом переднике. — Не та ли, что у Проськи мужа увела?
— Ту, что у Проськи кобеля увела, зовут Люта, — сказала посудомойка, протирая куском льна бронзовый кубок. — А Лита её сестра, шлюха. Солдат обслуживала.
— Хватит! — возмутился Монт. — Не слышали, что приказала миледи?
Круглолицая женщина поставила кружку на выскобленный стол и выскочила из кухни.
— Не слушайте вы их, — прошептала рыжеволосая девка, укрывая Янару одеялом из тряпичных лоскутов. — У них что ни баба, то шлюха, что ни мужик, то кобель.
Кухарка постучала деревянным черпаком по чану:
— А воду нам сегодня принесут? На похлёбку тут не хватит. — Подошла к двери и, выглянув наружу, крикнула кому-то: — Эй! Длинноногий! Принеси ведёрко воды.
— Там пожар тушат, дура! — прозвучало в ответ.
— Мне только ведёрко, а то вместо обеда будешь хрен свой сосать. Так всем и скажи.
Кухарка вернулась к очагу, загремела посудой. Её помощницы, усевшись за стол, принялись лущить бобы, перебирать крупу и резать корень сельдерея.
В кухню вбежала круглолицая женщина:
— Солдаты гутарят, что через тридцать минут опять стрелять начнут.
— Это много или мало? — подала голос рыжеволосая девка, ковыряя пальцем в миске с пшеном.
— Кто ж тебе скажет?
— Так пойди узнай, а то прискакала тут и пужаешь нас умными словесами.
— Да ну вас, — отмахнулась работница и подсела к столу.
— Как там Лита? — спросила Янара.
— Жива ваша Лита, жива. Коновал стрелу вытащил. А там уж что бог пошлёт.
Монт полез в нагрудный карман и вспомнил, что спрятал часы в сумку, а сумку отдал охраннику. Вещь ценная, редкая, на время поездки Хранителем грамот выданная.
Женщины, занятые работой, принялись строить предположения, что такое минута и сколько это — тридцать. Покосившись на них, Монт придвинул табурет к скамейке и наклонился к Янаре:
— Вам надо взять себя в руки, миледи.
Она открыла глаза:
— Я в порядке, господин секретарь-нотарий. Просто немного устала.
— Меня зовут Монт, — напомнил он.
— Спасибо за беспокойство, господин Монт.
Он наклонился к Янаре ещё ниже:
— Сейчас вы встанете, подниметесь со мной на крепостную стену и будете вести себя как хозяйка замка.
— Я не хозяйка.
Монт потёр вспотевшие ладони. На то, чтобы уговорить лорда Мэрита сдать крепость, оставалось совсем мало времени.
— Знаю, знаю. Ваш свёкор тоже не хозяин. Я приехал сюда по приказу Знатного Собрания. Вы знаете, что такое Знатное Собрание?
Янара провела языком по пересохшим губам:
— Совет семи великих лордов.
— Правильно, правильно, — закивал Монт. — Вы очень умная женщина, миледи. Знатное Собрание строго следит за соблюдением законов.
— Мне всё равно, — тихо произнесла Янара и сомкнула веки.
Монт потряс её за плечо:
— Миледи, послушайте! Вы должны знать, что беременной вдове переходят права на владения её покойного мужа вплоть до родов. Есть такой закон. Не буду объяснять тонкости. Это долго. Вдове, а не свёкру или двоюродному брату мужа.
— Я не в тягости.
— Лорд Мэрит думает иначе! Он сам мне сказал, что вы носите ребёнка.
— Я ошиблась. И вообще… Почему вы говорите со мной на эту тему? Это неприлично.
Монт оглянулся на спорящих кухарок и зашептал Янаре в ухо:
— Мы поднимемся на стену. Я скажу лорду, что вы переживаете о своём будущем ребёнке и хотите сдать крепость. Скажу так, чтобы услышали солдаты. Вам надо только поддакнуть.
Янара распахнула глаза:
— Но это неправда!
— Потом, через месяц или два, скажете, что ошиблись. Вам ничего за это не будет. Женщины часто ошибаются, уж поверьте мне.
— Я не могу.
— Мы все умрём от голода. Вы этого хотите?
Янара села. Поправив на коленях одеяло, прислонилась спиной к глинобитной стене:
— Не хочу. Но это неправильно. Я не могу обманывать солдат. Они сдадут крепость и из-за меня, из-за обманщицы, потеряют достоинство и честь.
— В голодной смерти мало чести.
— В голодной? — Янара покачала головой. — Ничего-то вы не знаете, господин Монт. Зайдите в конюшню и посмотрите, сколько там лошадей.
Он от досады сжал руку в кулак:
— Лорд Мэрит никого здесь за людей не считает.