Белая Кость (СИ)

Рэн изменился в лице:
— Мы поговорим завтра утром. И без свидетелей.
— Я не изменю своего решения, Рэн. Очередная беременность убьёт меня. Я не хочу умирать.
Он в два шага пересёк гостиную. Сжал плечи супруги:
— Янара, ну что ты такое придумала? Мы подождём пару лет. Пять, десять — сколько потребуется. Попробуем ещё раз, когда ты окрепнешь.
— Что ты будешь делать эти пару лет, пять или десять?
— В смысле?
— Если в твоей постели не будет меня — кто займёт моё место?
— Никто.
— Твоя жизнь не должна останавливаться, Рэн.
— Я люблю тебя!
— И я люблю тебя. Но детей я люблю сильнее. Отказ от исполнения супружеского долга — это веская причина для расторжения брака?
Рэн отшатнулся. Ему казалось, что стук его сердца разносится по всей крепости. Вынырнув из оцепенения, резко развернулся и вышел из покоев.
— Янара, милая… — прошептала Лейза.
— Не надо, миледи. Не надо! Вы делаете меня слабой, а я должна быть сильной. Сейчас я должна быть сильной! Ничего не говорите, не надо.
Лейза прислонилась спиной к стене и прижала к губам сцепленные пальцы.
Рэн кружил по винтовой лестнице, оскальзываясь на ступенях. В голове звучали слова Святейшего отца: «Все мы попали в демоническую воронку». И он… Он тоже оказался в демонической воронке.
Очутившись во дворе, подошёл к бочке и, упираясь руками в деревянные края, опустил голову в воду. Выпрямив спину, посмотрел на солдат и работников, делающих вид, что они ничего не замечают и занимаются своими делами. Кивком подозвал вышедшую из башни мать Болху:
— Это ты её надоумила?
Монахиня сжалась в комок:
— Я не понимаю вас, ваше величество.
— Ты ей сказала, что следующая беременность убьёт её?
Кровь отхлынула от дряблых щёк Болхи.
— Нет, ваше величество! Нет! Даже разговора такого не было!
— Где Таян?
— Она уехала. В конце весны. Куда — никто не знает.
— А Миула?
— Миула здесь, — закивала Болха. — Позвать?
Рэн сузил глаза:
— Может, это она сказала, что королеве больше нельзя иметь детей? Признавайся, монахиня. Если солжёшь, я сорву с тебя одежды и прогоню голышом до Фамаля.
У Болхи подкосились ноги. Она вцепилась в края бочки:
— Миула верная служанка. Она знает своё место. Ей бы даже в голову не пришло говорить с королевой на темы «ниже пояса».
— А травницы?
— Они до смерти боятся Миулу. Она за королеву глотку перегрызёт.
Рэн поймал на себе настороженный взгляд Ардия. Тот быстро отвернулся и, подхватив седло, направился в конюшню. Рыцари переговаривались со стражниками. Эсквайры занимались конями и поклажей. Слуги накрывали под навесом столы.
Встряхнув влажными волосами, Рэн вытер рукавом лицо. Вернулся в гостиную и произнёс добродушным тоном:
— Мои люди отдохнут, и мы уедем. Я буду ждать тебя дома.
— Я дала тебе всё, что могла, Рэн, — проговорила Янара. — Жизнь отдать не могу. Она принадлежит моим детям. Отныне у нас с тобой разные дома.
Рэн сжал кулак, испытывая бешеное желание разнести мебель в щепы.
— Твоё неповиновение возмутительно!
От двери прозвучал голос Бари:
— Она не понимает, что творит, ваше величество. Простите глупую женщину.
Снаружи донёсся грохот колёс телеги по тесинам моста. Янара подошла к окну и, глядя во двор, проговорила:
— Приехал священник. Я послала за ним, как только прибыл ваш гонец.
— Зачем нам священник? — просипел Рэн, задыхаясь от злости.
— Он расторгнет наши брачные узы.
Рэна словно окатило ледяной волной. Вскинув голову, он посмотрел на Янару сверху вниз:
— Хорошо.
— Рэн… — простонала Лейза.
Он обернулся к матери:
— Ты хочешь, чтобы я ползал перед ней на коленях? Умолял и обливался слезами? Этого не будет!
В комнату вошёл приходский священник. Серая ряса висела на нём мешком. На голове топорщились короткие волосы. Юркие глазки обежали присутствующих.
Поставив суму возле двери, священник поклонился:
— Я к вашим услугам, ваше величество.
Янара объяснила, зачем его позвали.
— Я не стану этого сделать! — воскликнул священник, потрясая руками. — Вам нужен Святейший отец.
 
— Не можешь, не хочешь или не умеешь? — прорычал Рэн.
От неожиданности священник присел:
— Умею. Но это такая ответственность! Обратитесь к Святейшему отцу. Он найдёт слова, чтобы вас образумить. А меня вы слушать не станете.
— А ты попытайся, — подала голос Лейза. — Попытайся их образумить.
Священник направил на Янару горестный взгляд:
— Моя королева, мне понятны ваши тревоги. Но всё в руках Господа нашего.
— Это и пугает. Недавно у меня случился выкидыш.
Рэн со стоном выдохнул и упёрся кулаками в стол.
— Срок очень маленький, — продолжила Янара, — но это уже была жизнь, святой отец. Бог забрал её. А вдруг ему взбредёт в голову забрать и мою жизнь?
Священник посмотрел с укором:
— Не богохульствуй, дитя моё.
— Я больше не возлягу с супругом, — произнесла Янара жёстким тоном.
Священник предпринял ещё одну попытку:
— Женщина может зачать, только пребывая в удовольствии. В постели с мужем вам надо думать о чём-нибудь плохом, противном. Думайте, насколько мерзко и порочно соитие.
— Я не изменю своего решения.
— Приступай! — приказал Рэн священнику.
— Это лучше делать в церкви. Там обстановка подходящая.
— Приступай!
После недолгих раздумий священник кивнул:
— Будь по-вашему. Нужен ещё один свидетель.
Рэн указал себе за спину:
— Этот подойдёт?
Священник с сомнением взглянул на кастеляна замка:
— Дворянин?
Теребя рукав холстяной рубахи, Бари сделал шаг вперёд:
— Нет, святой отец. Я брат королевы.
— Нужен человек дворянского сословия.
Пока Бари разыскивал сэра Ардия, священник готовился к ритуалу. Из брошенной возле двери сумы вытащил святое писание, три молитвослова и сложил их на столе. Он не знал, по какой причине его вызвали в крепость, и прихватил все молитвенники: заздравный — в красной обложке, предсмертный — в серой, заупокойный — в чёрном переплёте.
Подстелил под Книгу Книг хрустящее полотенце, раскрыл писание на нужной странице и принялся шёпотом читать текст на церковном языке.
Подпитывая злость и обиду мыслями о вероломном предательстве, Рэн избегал смотреть на Янару. Боялся поддаться слабости и опуститься до просьб. Если сейчас всё прекратить, подобрать нужные слова и вернуть жену в лоно семьи — он больше не сможет ей верить. Каждый день, каждый миг он будет ждать удара в спину.
В комнату вошли двое. Бари остался у двери. Ардий подошёл к Рэну. Посмотрел на бледную как снег Лейзу, покосился на стоящую возле окна Янару. Уставился на священника:
— Что здесь происходит?
— Кошмарный сон, — прошептала Лейза.
Священник перевернул Книгу Книг обложкой кверху и открыл молитвенник в чёрном переплёте:
— Сейчас я прочту отходную молитву по брачным узам.
Ардий пригнул шею:
— Это шутка?
— Сэр… простите, не знаю вашего имени.
— Ардий.
— Сэр Ардий… — Священник указал на Лейзу. — И вы миледи. Встаньте за спинами короля и королевы. Муж и жена, встаньте лицом к лицу и скажите, что освобождаете друг друга от супружеских клятв.
Янара приблизилась к Рэну:
— Я освобождаю тебя, Рэн Хилд, от супружеских клятв.
Он поднял глаза:
— Я освобождаю тебя, Янара Хилд…
— Остановитесь! — вскричал Ардий.
— …от супружеских клятв.
— Не могу поверить! — взвыл Ардий.
Священник уткнулся в молитвослов, сделал глубокий вдох, намереваясь быстро, на одном дыхании, прочесть заупокойную молитву.
— Пока ты читаешь, мы ещё муж и жена? — спросил Рэн.
— Да, ваше величество. До последнего слова молитвы.
Рэн раскрыл объятия:
— Иди ко мне, Янара. Хочу обнять тебя последний раз. — Прижал её к груди и кивнул священнику. — Начинай.
Мир вокруг перестал существовать. Рэн покрывал поцелуями лицо Янары, шею, волосы. Прильнул губами к её уху: