Белая Кость (СИ)

— Вы всего лишь мужчина, лорд Мэрит, а я королева. Я стою выше вас, даже сидя в кресле.
Он склонил голову:
— Простите за бестактность, ваше величество. Назовите имя. Мне надо закончить ритуал.
— Бертол.
— Мне нравится! — хмыкнул лорд Мэрит. Прижимая малютку к себе, преклонил колено перед королём. — Ваше величество! Чтобы закончить ритуал, мне надо знать, кем является мой внук. Носителем титула отца или бастардом, рождённым в браке, который почему-то признали недействительным?
Рэн направил взгляд на Хранителя грамот:
— Господин Янта, после заседания обнародуйте указ. Я жалую Бертолу Мэриту титул герцога и возвращаю ему замок отца. Опекуном герцога Бертола Мэрита назначаю его деда, великого лорда Мэрита. Отныне герцог Мэрит будет проживать вместе с дедом.
Янара вскочила:
— Нет!
— Моя королева! — жёстко звучал голос Рэна. — Разрешаю вам лично отвезти герцога Мэрита в замок. Насколько я помню, кастеляном Мэритского замка служит ваш брат Бари Флос.
— Ваше величество!
— Обещаю взять герцога Мэрита на воспитание, когда ему исполнится восемь. Он пройдёт закалку у моих рыцарей и получит образование в королевском корпусе.
Янара рванулась вперёд. Киаран удержал её за локоть.
— Лорд Айвиль сопроводит вас до крепости, — проговорил Рэн. — На этом заседание объявляю закрытым.
Лорд Мэрит поднял ребёнка над головой и понёс к выходу из зала, выкрикивая:
— Склонитесь перед герцогом Мэритом! Склонитесь перед моим внуком!
Янара догнала его и пошла рядом:
— Если сделаете ему больно, я убью вас!
— Он — мой единственный шанс выбраться из задницы, — прошептал бывший свёкор, спускаясь по лестнице. — Я буду хранить его как зеницу ока.
Малые лорды и рыцари, заполонившие холл, встретили их бурными аплодисментами. Янара никого толком не видела. Она цеплялась за рукав свёкра и смотрела только на сына, проплывающего над головами людей.
— Отличная новость! — прозвучал голос Бариссы. — Поздравляю, моя королева!
Лорд Мэрит вышел из башни. Под радостные крики гвардейцев и прислуги важным шагом прошествовал по аллеям. Взобрался по сходням на крепостную стену. Дождался, когда гудящая внизу толпа, увидев его, затихнет. И проорал:
— Потомок великого рода герцог Бертол Мэрит!
Площадь, прилегающая к стене, утонула в оре. Янара смотрела на сборище, сжимая кулаки и не понимая, народ осуждает её или радуется.
Бывший свёкор вложил ребёнка ей в руки и процедил сквозь зубы:
— Держи своего ублюдка, моя королева.
Гвардейцы помогли Янаре спуститься со стены. Миула и Таян подхватили её под локти. По аллее им навстречу торопливо шли леди Лейза и фрейлина Кеола.
Янара посмотрела лорду Мэриту в спину — он размашисто шагал, хлопая в ладоши и вскидывая руки, словно собирался пуститься в пляс и ждал, когда с небес польётся музыка.
  
— 2.13 ~
 
Фамаль лихорадило. Король приехал, ситуация с ребёнком королевы разрешилась, а ворота столицы до сих пор не открыли. С обеих сторон городской стены скопились обозы, фургоны, кареты, всадники и пешие путники, желающие попасть в Фамаль или покинуть его.
Самая длинная очередь выстроилась к Торговым воротам. Через них проезжали те, кому вменялось платить ввозную пошлину: купцы и коробейники, закупщики и поставщики, мастера и крестьяне, желающие продать свой товар на столичном рынке.
Толпа поменьше, но более шумная и беспокойная, собралась возле Низких ворот. Через них проходил поток людей низкого происхождения: пахари, скотники, батраки, бродячие артисты и прочая низкопробная публика.
К Оружейным воротам тянулась вереница вольных рыцарей и наёмников.
И только перед Парадными воротами и Тайными никто не стоял.
Городская стена разделила огромное количество людей на две части; одна часть находилась в Фамале и была в курсе последних событий; другая часть пребывала в неведении. Стражники на все вопросы отвечали: «Королевские гвардейцы ищут опасного преступника. Приказ коннетабля: в город никого не впускать и никого не выпускать».
 
В харчевнях заканчивались съестные припасы. Хозяева торговых лавок цепляли на двери замки. Поползли слухи о неминуемом голоде. В другое время возмущённая толпа ринулась бы в Фамальский замок или разнесла городскую стену вместе с воротами, но сейчас за порядком на улицах следили стражники и подоспевшие им на помощь Выродки. Люди смотрели со страхом на суровых наёмников в бронзовых кольчугах, на их луки, мечи и метательные ножи, торчащие из специальных гнёзд на ремнях. Глазели на злобных коней, готовых перекусить и растоптать любого. Бухтели себе под нос и затягивали пояса.
На рассвете Фамаль проснулся от криков, скрежета и цокота копыт. Стражники расталкивали спящих в повозках и телегах людей и требовали освободить улицу, ведущую к выезду из столицы. Вскоре по камням прогрохотали колёса. Вратники на пару минут отворили Парадные ворота и выпустили из города карету с изображением короны на дверцах и несколько гружёных кибиток, сопровождаемых вооружённым эскортом.
В авангарде кортежа двигались Выродки; им вменялось очистить тракт от желающих попасть в город. За наёмниками следовали знаменосцы, над их головами развевались штандарты: пурпурный с белыми лебедями и зелёный с двухголовым волком. Перед каретой скакали два великих лорда и одетые по-походному рыцари. Шествие замыкали королевские гвардейцы.
Лорд Мэрит то и дело орал, взмахивая плёткой: «Поклонитесь герцогу Мэриту! Жалкое отребье! Кланяйтесь, не то я вместо кнута возьму меч!» Стоящие на обочинах дороги путники сгибали спины, не понимая, откуда взялся герцог Мэрит, ведь он почил прошлой осенью.
Посматривая то на простой люд, то на крикливого дворянина, возомнившего себя пупом земли, лорд Айвиль и сэр Ардий обменивались многозначительными взглядами.
В одной карете с Янарой ехали её фрейлина, служанки и кормилица со своим младенцем. Бертол спал, как обычно, за пазухой Таян и не реагировал на тряску и шум. Дочка кормилицы постоянно хныкала. Наблюдая за потугами бедной женщины успокоить ребёнка, Янара уныло думала о неделе пути в тесном лакированном ящике, похожем на гроб.
Миула перебралась на запятки кареты, чтобы внутри стало хоть чуточку просторнее. Это мало чем помогло. Солнце нагревало крышу, и женщины обливались потом. Сквозь ткань на оконных проёмах просачивалась пыль, от которой саднило горло. Экипаж, подпрыгивая на кочках, раскачивался на мягких рессорах, как лодка на волнах, вынуждая Янару и её спутниц находиться в постоянном напряжении.
Уже стемнело, когда кортеж остановился на ночлег в придорожной корчме. Янара обмыла с себя пот и без сил повалилась на постель. После родов прошло слишком мало времени, к долгой и тяжёлой дороге она была совершенно не готова. В душе волчком крутилась обида на Рэна: он не дал ей окрепнуть. Ему не терпелось избавиться от нежеланного приплода, который унижал его достоинство.
Погружаясь в сон, Янара услышала звук открывающейся двери и с трудом подняла веки. Над ней склонилась Миула.
— Моя королева, — прошептала она и покосилась на дремлющую в кресле Таян. — Лорд Айвиль просит вас спуститься в трапезную.
— Я не голодна.
— Пожалуйста! Не отказывайте ему. Пожалуйста!
Превозмогая себя, Янара поднялась. Спина ныла, ноги не слушались, в ушах грохотали колёса. Миула помогла ей одеться и проводила на первый этаж.
В людном помещении для трапез стоял неимоверный шум. Постояльцы тискали хохочущих шлюх. Гвардейцы и рыцари играли в кости и кричали в азарте. Лорд Мэрит, изрядно подвыпивший и фривольно настроенный, угощал присутствующих вином и щипал за задницы девок, бегающих с подносами и кувшинами. Шаловливо сверкая глазами, девки визжали. Поварёнок, посмеиваясь, крутил вертел с истекающими соком гусями. И только Выродки молча хлебали похлёбку, уминали хлеб, овощи и сыр.
Лорд Айвиль сидел отдельно от весёлой братии. Янара расположилась на скамье с другой стороны стола. Заметив, как за ней наблюдает стоящая возле двери ярко накрашенная и вульгарно одетая девица, опустила голову: