По грехам нашим. Книга 4 (СИ)

***
- По здорову ли, Великий князь Владимирский? – приветствовал я Ярослава, сидевшего на своем неизменном большом стуле, ну или троне.
Хотел я как-то предложить собирателю земель идею с железным троном из прочитанной мной некогда серии книг «Песнь льда и пламени», интересно же было бы. Но пока почему то не решался. Может мало врагов Руси пока еще набили, чтобы их клинки перековывать в неудобное седалище, может и так пафоса хватает.
Ярослав выглядел измученным человеком. Мешки под глазами, усталость во взгляде. Не легко даются великому князю сборы войска, пожалуй, самого большого за всю предыдущую историю Руси. Тут же не только речь о правопорядке, прокормиться и разместиться – вот главные задачи.
- Как же совладать с напастями, воевода? Ливы ратятся с эстами в стольном граде моего княжества, иные баб насильничают, да подворья боярские грабят, - сокрушался Ярослав.
Ну а чего хотеть от разношерстного войска, внутри которого присутствуют этнические группы, сражающиеся до этого между собой. Да и оголодавшие до женской ласки мужики во хмели не отличаются разумением и дисциплиной.
- Так к делу требо отрядить тех лиходеев, учения провести, - предложил я варианты выхода из положения, которые нужно было бы уже реализовывать, до того, как начнется разложение войск.
- То так, токмо тебя и ждали. Выводите с воеводами с града супостатов, пусчай ремесло воинское разумеют. Тебе радить воевода, токмо ты голова своим воям, да ливам, латтам, эстам, иные наряд сами вершить повинны, - озвучил Ярослав явно уже давно принятое решение.
И понятно было, что я не особо горю желанием оставаться на всякие учения, призванные, прежде всего, занять делом воинов, дел то по горло. Однако, попытка объяснить это князю была жестко прервана. Видимо, Ярослав искал того, кто сложит с него часть обременительных забот, вот и выискался. Иные воеводы, наверное, и вовсе сбежали из града по всякого рода делам «неотложным», не даром никого из них так и видел, ни во Владимире, ни в княжеском тереме.
По словам великого князя, я должен был давать советы, но никак не лезть в дела других военачальников, которые должны были формировать свои подразделения и самостоятельно проводить боевое слаживание. Да и пусть их, если бы не одно, но очень важное «но» - артиллерия. Ведь могут разбежаться и союзники от грохота и дыма от взрывов, может случиться, что и раньше, чем противники. Тут-то уже опыт-то есть, и как остановить, и как предупредить о бабахе.
На мои доводы, что должен лично инструктировать воинов, Ярослав только махнул рукой, мол «делайте, что хотите». Я же решил обязательно заручиться поддержкой Нечая и некоторых воевод, с которыми имел, пусть и не дружеские отношения, то уж точно не враждебные. Кроме того, участвуют в подготовке к войне и Вячко, и Мейлис, ростовское боярство, их то уж точно получится убедить в том, что общее слаживание просто необходимо, как и приучить коней к взрывам, чтобы хотя бы не понесли от первых залпов. Я же не собирался заниматься учебой бою в строю, или иным премудростям, чтобы лишний раз не раздражать умудренных воевод и иных командиров своим видом юного выскочки. Пусть это будут Любомир с Филиппом. Последний так точно уже вырос, как полководец новой формации и как использовать роды войск понимал лучше меня. Все равно, нужно отправлять гонца в Унжу, если сам задерживаюсь. Азат ждет ответ.
- Ведаю я то, что ты удумал – и булгар подмять и мордву. Был у меня гость от вождя Антяса, клятву дал, да окреститься решил. Пошто же ты радеешь, кабы дань не платили два лета новые данники, не гоже, она нам нужна? – задал вопрос Ярослав, было видно, что ему не по нраву пришлась идея «замылить глаза» новым подданным уступками. Нужно было время, чтобы наладить доминирование своей партии, прорусской, у новых членов формирующейся федерации.
- Вельми худыя они, княже, да и могут под руку эмира пойти, коли не почуют выгоду свою. За два лета много не дадут, токмо и не перейдут до иных правителей. А коней, да убойну с рухлядью, можливо торговать с ними за мало сребра, - привел я доводы, в которых умный человек поймет целую стратегию, ну а глупцу так и вовсе будет неинтересно. Князь глупцом точно не был.
 
Ярослав, еще несколько раз уточнив, принял предложения. Мордва на два года освобождалась от дани, но должна была за свой счет снарядить и обучить как минимум три тысячи воинов, которые и будут охранять, как их собственные селища, так и уже общую границу. Если подсчитать все выгоды для Великого Владимирского княжества и невыгоды мордвы, то еще нужно подумать, чье ярмо тяжелее будет: наше, или булгарское. Но это ярмо завуалировано, на поверхности же большая милость князя, не иначе.
Еще одним вопросом, который, прежде всего, и погнал меня в стольный град, были монголы. План Джучи сразe же стал спорным и много дискуссионным. Ждал Ярослав подвоха и рисовал разные варианты развития событий, я же был в роли ответчика. Вот такая штабная игра произошла.
Великому князю не нравилось то, что все предстоящие события потребуют от Ярослава использовать свой последний резерв сил. Опасался князь, что проблемы с крестоносцами, да и с ляхами никуда не ушли, да и противостояние со своим тестем Мстиславом, в котором только-только наметился перевес у Ярослава, вновь станет в пользу киевского князя.
Ярослав долго вникал в предложение Джучи, не веря в коварство и в мои доводы, что хан хочет нашими руками убрать с политических раскладов, как и из мира живых своих же братьев. Этот факт Ярослава Всеволодовича сильно смущал, как будто на Руси намного лучше дела обстоят с братской любовью и никто не интригует против своего сородича?
Я пересказал мнение Ипатия, добавляя свои аргументы, и великий князь дал-таки свое согласие на имитацию битвы. При этом строго настрого требовал быть готовыми полностью разгромить монголов, иначе все его труды последних недель канут в Лету, а он, по словам же самого князя, натерпелся.
- Во Владимире послы от василевса Трапезунда Адроника Гида, допомоги просят, что скажешь? – обратился Ярослав, когда вопросы с мордвой и основной план по войне с монголами были утверждены в черне.
Вот же нашел специалиста внешних сношений. Если бы я был родом телом и умом из этого мира, наверняка, даже и не догадывался о том, что существует какая-то Трапезундская империя. Это только знания из иного мира давали мне хоть какое-то понимание роли империи Комнинов в истории. Но и роль то это была крайне мала. Однако, в сравнении с той малой площадью на севере полуострова Малая Азия, что занимал этот осколок в бывшей Великой Византии, жили богато, иногда успешно воевали, выставляя внушительные силы. Да и их некоторые территории в Крыму выглядели привлекательно. Одно то, что там не окопаются в будущем монголы, и крымские татары не будут терзать Русь многого стоит.
- И чего желает василевс? – спросил я.
- Рати русичей, дабы сельджуков сечь с киликийцами, - ответил, усмехнувшись, Ярослав, мол «чего еще просить этим слабакам».
Великому князю импонировало то, что даже потомки византийских императоров теперь не гнушаются обращаться за помощью к нему. Получили, значит, всеобщее признание русское оружие и ратники.
- Доколи монголов не одолеем, допомоги нечем дать, да и опосля не след. Пусчай воев своих выставят, тогда и мы подсобим, - высказал я свое мнение, которое напрашивалось само собой.
- То так, а воны аще ажанить радят сына моего Федора, а ему осьмь летов, али Александра, коему еще менее. Да и дева тая асьмнадцать годков и токмо боярская дщерь, а не василевсова. То обида али как? – спросил в замешательстве Ярослав, видимо и не зная, как реагировать.
С одной стороны и посольство православных братьев во кресте, да и Феодора, девушка, которую и привезли сватать младшим детям Ярослава матерью могла быть. А происхождение оправдывается просто – у Адроника нет дочерей, а привезенная девушка была одной из самых знатных в империи. Интересным был бы союз Федора и Феодоры, но в качестве коламбура.