Доставь или умри (СИ)

Каша вкусная, но мясо жестковато и слишком обильно сдобрено перцем. На зубах то и дело застревают толстые жилы. Вино едва ли вино, скорее вода с привкусом забродившего винограда. Тишь лишь понюхала и скривила носик.
— Так что мы дальше будем делать? — Спросил Роан, прожевав очередной кусок и протолкнув в живот большим глотком.
— Отдыхать. На улицу не выходим. Послезавтра уйдём, как только солнце покажется над горизонтом.
— Скоро Танец. — Напомнил Роан, вздрогнул, вспомнив жутких тварей.
— Я помню.
Тишь мотает головой с набитым ртом, кажется, что ещё и ушами шевелит, как кошка.
***
Стражник остановил Ринзана и трёх его отборных головорезов взмахом руки. Вокруг группы разом образовался круг свободного пространства. Жрец Аргантоса широко улыбнулся и пригладил волосы ладонью.
— Кто такие? — Рыкнул стражник, чуя нечто неладное в незнакомцах.
— Путники. — Улыбаясь, ответил Ринзан. — Пришли в ваш чудесный город полюбоваться представлением на Танец.
— До него ещё неделя. — Буркнул страж, сощурился.
— Шесть дней, если быть точным. Но ведь подготовка нужна! Узнать, какое вино лучшее, какая девка мягче и где вкуснее кормят.
Разбойник подошёл к стражнику жестикулируя, как обычно делает перед внезапным ударом ножа. Рукоять ёрзает за поясом, просясь в ладонь.
— Хм... ладно, назовитесь.
За спиной стражника вырос писец с толстенной книгой и свинцовым пером. Улыбка Ринзана стала шире, а в ладони появился кошель, отобранный у недавнего торговца.
— Мы люди скромные, искренне надеемся, что такой достойный муж придумает нам имена лучше наших собственных.
Кошель исчез в ладони стражника. Выдержав паузу отступил и махнул рукой на распахнутые ворота.
— Проходите, достопочтенные господа Келеб и... Жмых, Пых и Турн.
Писец заскрипел пером, хотя как может свинец скрипеть на бумаге? Но Ринзан отчётливо слышит скрип, от каждой буквы и завитка. Оглянулся на товарищей и кивнул на ворота.
— Пошли парни, сладкое вино заждалось!
Переступив невидимую границу, содрогнулся всем телом от обилия возможностей. Людей так много, что карманники должны ходить в золоте и шелках! В подворотнях можно зарезать целое войско торгашей, а вдали угадывается вывеска борделя. Хотя ему, как жрецу, куда милее поймать девку на улице. Новоявленный Пых подошёл справа и спросил шёпотом:
— Атаман, как мы его тут найдём? Тут же людей, как в столице осколка!
— Очень просто, мой друг Пых.
Жестом фокусника Ринзан извлёк из кармана латунную коробочку, чуть меньше дамской пудреницы. Поддев ногтем, откинул крышку и продемонстрировал красную стрелку на золотом гвоздике. Один конец клиновидный, а другой с «оперением».
— Мало кто знает, но курьеры носят с собой некоторые вещицы, по которым их можно отследить. — Пояснил атаман. — Так илмириты ищут пропавших и наказывают виновных.
— Э-э-э-э... так эта штуковина у всех, что ли, есть?
— Нет, конечно, только у лучших. Жаль настроена только на одного курьера. — Вздохнул Атаман, неспешно двигаясь в указанном направлении.
— Эм... босс, а значит, у нас конкуренты есть?
— Дурак, у нас фора в два дня. Рыжая девка принесла нам первым.
— Эээ... хорошо. Значит ценят, добро.
— Дурак... — беззлобно процедил Ринзан и отвесил подзатыльник. — Значит, хотят, чтобы мы первые сдохли.
По лицу разбойника пошла гримаса недоумения, впрочем, быстро сменилась привычным туповатым выражением. Ринзан едва сдержался закатить глаза. Всё-таки абсолютное большинство адептов Аргантоса непроходимые идиоты. Однако тем ярче истинные последователи бога преступлений. Хитрые, изворотливые и остроумные, такие как он, Ринзан. Ведь о нём поют, сам слышал. Половину награбленного беднякам, да по корчмам разбазаривает. Ну как разбазаривает, мягко принуждает подчинённых делиться с людом, чем, по их мнению, нарушает, ха-ха, законы братства. Ещё лучше то, что крестьяне и горожане в очереди выстраиваются, лишь бы донести на зажравшихся купцов, а то и разжиревших соседей. Особенно на соседей.
Ринзан улыбнулся мыслям и остановился у входа в переулок, в конце которого притаилась узкая и высокая таверна. Стрелка указывает прямо на входную дверь.
   
Глава 25
 
Эллион застыл с ложкой у рта, взгляд остекленел, уперевшись в окно и кусок крыши с небом за ним. Тишь завертела головой, будто следя за мухой и только Роан продолжил есть. Шум снизу стих, как отрезало, хлопнула входная дверь. Курьер медленно опустил ложку, оглядел комнату и начал подниматься. Заскрипела лестница, трое... нет, четверо мужчин, достаточно крупных. Один идёт впереди, двое плечом к плечу, а последний замыкает процессию.
— Что-то случилось? — Спросил Роан, наконец заметивший перемену в настроении.
— Да. Готовь меч.
Тишь отошла к окну, подёргала щеколду, густо покрытую краской. Парень с готовностью выхватил клинок... дверь распахнулась пинком, ударилась о стену и отскочив упёрлась в подставленную ладонь. На пороге стоит рослый мужчина в красной рубахе, распахнутой до живота, отчего курчавая грудь выставлена напоказ. Плечи укрыты походным плащом тонкой работы. Лицо незнакомца скуластое, с выразительным профилем и загадочными карими глазами. Щёки и подбородок покрывает лёгкая щетина.
За спиной сгрудились бугаи самой бандитской внешности, которую только можно представить. На рожах играют злобные ухмылки, а в руках зажаты палицы.
— Ба! Кого я вижу! — Выдохнул Ринзан, разводя руками будто пытаясь обнять. — Да это же сам Эллион! Легендарный курьер, какая честь! Столько нашего брата положил! Взять!
Шагнул в комнату и в сторону, припал спиной к стене, складывая руки на груди. Троица ворвалась, стремясь смести курьера, один бросился прямо к Роану. Широкое лицо перекосило кровожадной ухмылкой.
Эллион ухватил край стола, рывком опрокинул под ноги врагам и перемахнув ударил первого двумя ногами в грудь. Разбойник булькающе всхлипнул и отлетел на товарища. Оба упали, отчего Ринзан закатил глаза, но остался стоять.
Палицы ударила ровно в темечко и Роан едва успел отскочить, сдерживая порыв закрыться мечом. Разбойник выше и тяжелее, такой блок не спасёт. Извернулся, ткнул мечом со всей скоростью, на которую был способен... острие чиркнуло по бицепсу, вспоров, как студень и ударило в живот. Прошило ткань и плоть, скребануло по хребту. Разбойник застыл, озадаченно глядя то на оружие, то на парня. Колени подкосились, тело упало набок, почти вырвав меч из руки.
Эллион подпрыгнул к поднимающимся, первого саданул в затылок, отчего разбойник растянулся на полу лицом в доски. Второй поймал удар горло и Роан отчётливо услышал влажный хруст. Курьер развернулся к Ринзану, но тот стоит неподвижно и широко улыбается. Медленно поднял руки к груди и свёл ладони, пародируя аплодисменты.
— Как всегда, скор на расправу и безжалостен. Хорошее качество.
— Чего тебе надо? — Выдохнул Эллион, едва сдерживая рык.
— Ну... — Протянул Ринзан, оттолкнулся лопатками от стены и двинулся к курьеру, плавно жестикулируя и глядя в глаза. — Меня попросили совершить преступление, сам понимаешь, жрец не может от такого отказаться. Ну и как я мог отказаться, увидеть старого друга?
— Чего?
Ринзан притворно покачал головой, провёл ладонью по щеке.
— Как же, Эл, не узнаёшь закадычного приятеля?
— Рин?!
Жрец Аргантоса щёлкнул пальцами и ткнул указательным в сторону курьера.
— В яблочко, приятель! Давно не виделись! Может, обнимемся?
— Я воздержусь. Но ты... и Арганотос?! Как?! Ты же был самым умным! Я думал, ты уйдёшь в храм мудрости!
Ринзан обошёл тела товарищей, как кучи вонючего мусора, подцепил носком башмака табурет. Поднял и сел, оглядывая троицу с ядовитой улыбкой. Эллион жестом отмёл спутников к стене, Роан подчинился на негнущихся ногах и не отрывая взгляда от мертвеца. Уже второго на его счету, но буря эмоций ничуть не меньше. Под разбойником растекается густая лужа крови, штаны спереди и сзади намокли, смрад бьёт в ноздри. Тишь схватила за руку, потянула за собой и, оказавшись у стены, крепко обняла.