Эра разлома (СИ)

— Ори, сколько влезет, приятель, — хмыкнул наш проводник, — да только ей все равно.
— Думаю, он догадывается, — хохотнул я и с трудом поднялся на ноги, покачнувшись от веса рюкзака. — По крайней мере, я на это надеюсь.
— Пошел ты, — огрызнулся напарник и встал следом за мной. — Долго нам еще топать?
— Несколько часов. Ничего, привыкните. Потом уезжать не захотите.
Наш проводник, Витрам Генжи, родился в этих землях еще до того, как Ригиторум прибрал их рукам. Он был высоким и тонким, как жердочка, однако прочным, как стальной трос. Говорят, что проводнику уже близился седьмой десяток, однако он все еще был бодр и крепок, словно тридцатилетний мужчина. Его узкие глаза смотрели на мир решительно, хотя и с изрядной доли иронии ко всему происходящему. По всей видимости, это было возрастным, так что и меня не минует чаша сия. Пройдет еще лет десять, превращусь в такого же саркастичного старика, который не верит в светлое будущее. Хотя, скорее всего, это будет вполне оправданно.
Витрам вырос в племени кочевников, которых в королевстве называли степняками, а потому он прекрасно знал, как выживать в здешних краях. В отличие от своих воинственных соседей эрветов, что вели более оседлый образ жизни и цеплялись за родовую землю, степняки даже не подумали сопротивляться королевской армии. Нельзя сказать, что они приняли Ригиторум с распростертыми объятиями, однако и открытой враждебности не выказывали. На землях степняков стали быстро расти новые деревни и города, где переселенцы из центральных областей Ригиторума стали мирно сосуществовать с местными жителями, которых удалось задобрить с помощью всех благ современной цивилизации.
Здесь же, на самой восточной оконечности материка — мысу Гланнерик — расположился один из корпусов Школы Инкантации, а именно главный штаб дисциплес Коммутацис. Дело в том, что сама Школа находилась в городе Авронис в центральном Ригиторуме. Именно там студенты грызли гранит науки и постигали все премудрости выбранного направления — Экскорпалис, Экцизес, Коммутацис или Кинезис. Однако каждый факультет имел собственный замок, или башню, где уже полноценные маги с пройденным обучением занимались более глубокими научными изысканиями.
Как мне объяснял за кружечкой пива один из почивших дисциплес Экцизес, что служил в Восьмом полку, маги изменения выбрали своей базой именно этот мыс в связи с каким-то удобным возмущением в магическом фоне Ригиторума. Мол, многие заклинания Коммутацис получались намного эффективнее и проще именно в замке Форг, что высился на мысе Гланнерик — единственном местном свидетельстве о былой мощи империи великанов, что некогда простиралась и на этих землях.
Кстати, о Восьмом — к сожалению, в битве за мнимую столицу эрветских племен наш полк был действительно уничтожен под ноль. Хищники Ангреда, которые изо всех сил мчались на помощь, все же успели отступить из-под огня магов Экцизес, когда те стерли игрушечный город с лица земли.
Хотелось бы верить, что жертва наших парней не была напрасной, и этой войне когда-нибудь придет конец. Впрочем, пока что эрветы даже не думали сдаваться. У них было еще много воинов, много союзников среди других дикарских племен, что продолжали свою обреченную на поражение борьбу с превосходящими силами Ригиторума. Лорд-командир Таннер не мог оставить дело недоделанным, поэтому королевская армия продолжала полномасштабное наступление, теряя и теряя людей в бесконечных лесных стычках с партизанскими движениями аборигенов.
Нас с Давуром командование решило сперва перебросить в Шестой полк, который совсем недавно расквартировался в Гольново в качестве подкрепления северо-восточного фронта. Ригиторум неизбежно стягивал все больше и больше сил, оставляя южное направление беззащитным. Однако по данным внешней разведки, вольные приморские города сейчас были не в том состоянии, чтобы развязывать очередное противостояние за выходы к побережью.
Вместе с нами в Гольново отправились и пленные вожди эрветов, с которыми стоило провести переговоры. По крайней мере, так приказал лорд-командир Таннер, ведь он рассчитывал хотя бы попытаться прийти к мирному соглашению.
 
Когда мы прибыли в город, наместник — сэр Арчет — оказался озабочен совсем другой проблемой. Трех вождей, что мы с Давуром доставили в Гольново, он приказал поджарить на медленном огне прямо посреди городской площади. Наместник хотел, чтобы местные степняки, которые нет-нет, да и имели общие делишки с эрветами, передали им это предостережение — смотрите, мол, что произойдет с врагами Ригиторума, если они не сложат оружие добровольно.
Лишь один предводитель самого незначительного племени был оставлен в живых, однако Арчет разместил его в свинарнике и кормил отбросами, о чем, опять же, были прекрасно осведомлены все жители Гольново.
Когда мы с Давуром пришли в расположение Шестого полка, один из офицеров просветил нас по поводу главного беспокойства сэра Арчета. Все дело в том, что в его ведении находился и замок Форг, ставший главной резиденцией дисциплес Коммутацис. Именно Арчет получал от магов отчеты о проделанной работе, а также снабжал колдунов всем необходимым для их опытов. Скотина, масла, топливо для каминов и очагов, и, конечно, продовольствие. И все бы ничего, но буквально неделю назад связь с Форгом прервалась — колдуны перестали отвечать на призывы местного мага Экскорпалис, а почтовые голуби оттуда не возвращались.
Сэр Арчет ждал, что ситуация разрешится сама собой, однако молчание целого факультета могущественных колдунов больше нельзя было игнорировать. Он принял решение отправить к мысу Гланнерик небольшой разведотряд — человек пять-шесть — чтобы они лично разобрались в ситуации. Быть может, в замке Форг случилось что-то страшное, и магам Коммутацис нужна помощь. Либо их экскорпальный колдун подхватил горячку, оттого и не может временно отвечать на призывы.
В сформированную экспедицию включили нас, двух новичков, которые все равно пока не притерлись к Шестому, и тройку опытных человек из разведывательного корпуса.
Также Арчет переживал, что мы вообще не найдем замок в тех негостеприимных землях, а потому нанял для нас проводника. Витрам с удовольствием согласился сопровождать отряд по степи, однако он предупредил, что последний участок дороги к мысу придется пройти на своих двоих. Все дело в том, что лошади пугались того самого магического возмущения, из-за которого маги Коммутацис вообще обосновались в тех краях. Именно поэтому нам пришлось оставить скакунов в небольшой роще в дне пути от замка Форг и продолжить путь пешком.
— И как они получают продовольствие? — поинтересовался Давур после целого дня изнурительной ходьбы. — Тоже пешком тащат?
— По-другому никак, — пожал плечами Витрам. — Ни лошади, ни даже выведенные самими Коммутацис яниты, которых так любят караванщики в центральном Лимфоле. Все степное зверье старается убраться от Гланнерика как можно дальше.
— А как же скотина местных жителей? Живут же там люди, обычные селяне?
— Живут. И скотина у них тоже есть, это факт. Быть может, привыкают со временем? Если, скажем, теленок прямо там и родился, то он просто не знает, что может быть как-то по-другому? Или цыпленок тот же. Вроде и лошади у них есть свои, для местных нужд, однако стоит скакуна оттуда вывести — назад он уже не вернется, хоть режь его.
— И так было всегда? — спросил молодой разведчик по имени Родел.
— По правде говоря, не вспомню, — задумался проводник. — В детстве мое племя редко забредало в эти земли, хотя… Какая-то охота здесь точно была.
— А может, это сами Коммутацис зверье и распугали? — спросил Давур. — Небось, чувствуют, что тут что-то неладное с ними делают.
— Звучит логично, — поддакнул я.
— Ладно, раз животные сюда идти не хотят — как насчет морского пути? — не унимался Давур. — Разве нельзя было лодчонку туда отправить по Восточной дуге?
— Очень мощные течения, — ответил за проводника Трумел, командир отряда. — Знавал я одного моряка, который нередко в вольные города ходил по торговым делам. Он мне рассказывал, что морской путь был бы в разы проще, однако кораблям на дугу путь заказан. Унесет и о прибрежные скалы размажет, многие пытались. Потому так и ходят по рекам, крюки нарезают.