Моя мама - боевой лекарь (СИ)

Лидер, окинув нас семерых взглядом, начал четко излагать:
— Лекари — позади, перед ними лучник и маг, впереди танк с мечником, Эсил, ты со своим классом жнеца встанешь посередине. Никрен, сагришь всех порождений, притащишь их в эту точку, а дальше дамагеры их убьют. Говорить, что делать лекарям, не буду.
Вот она — разница между героями столицы и периферии. Здесь все изъяснялись игровыми терминами. Если бы Кай с Итаном в свое время не объясняли, что есть что, то сейчас бы я хлопала глазами и не понимала, что тут вообще происходит. Например, просьба сагрить всех порождений означала, что танк сейчас включит свой навык, который действует лишь на определенную область и привлекает порождений, пробежится в самом прямом смысле этого слова, чтобы больше порождений захватить своим навыком, а после будет удерживать их внимание на себе, пока остальные члены команды будут их уничтожать.
— Жить хочется, правда? — рассмеялась Саяна. — Правильно, правильно, почет и уважение пряморуким хилерам*!
— И почему из всех лекарей нам достался именно такой? — посетовал Никрен.
— Какой такой? — фыркнула Саяна.
— Не такой, какими должны быть лекари, — посетовал Никрен,
— А какими они должны быть? — спросила я.
— Милыми и добрыми!
Я выразительно посмотрела на Кая, на что тот демонстративно кивнув в сторону Никрена, покрутил пальцем у виска. Я укоризненно покачала головой, но вслух ничего не сказала: все нравоучения наедине.
— Покажи-ка мне, кому и что я там должна? — сказала Саяна, похлопав Никрена по плечу. — Ладно, я запомнила, что я совсем не добрая и не милая. Поэтому, пожалуй, полностью постараюсь оправдать твое впечатление обо мне.
— Почему только мое? — спросил Никрен. — Так и другие думают.
Другие демонстративно молчали, предпочитая не влезать в спор. Видимо, подобные разговорчики стали уже привычными. Я поступила, как и Кай с Итаном — молча отошла в сторонку.
— Не понимаю, — пробормотала я тихонько, но Итан услышал и спросил:
— Чего не понимаешь?
— Почему Саяна спорит? Я бы уже давно достала посох, ну, и…
— Стукнула его, да? — улыбнулся Итан. — Хороший вариант. Но, поверь, у Саяны есть свои способы справляться с такими наглецами.
Итан оказался прав.
— О, вот как, значит, мне нет никакого смысла казаться в ваших глазах хорошей и доброй. До кого мое заклинание исцеления не дотянется — сам дурак. Бегать за кем-то, чтобы полечить, я не буду, — предупредила Саяна. — И Кьяру не пущу. Так что искренне надеюсь, что все бегают быстро.
— Эй, я танк! — возмутился Никрен. — Танка лечить в первую очередь.
— Именно, солнышко. Поэтому тебе важно не умирать, иначе подведешь всех остальных очень сильно. Когда «соберешь» на себя порождений, беги ко мне со всех ног. Будет очень прискорбно, если ты не добежишь и отправишься на алтарь перерождения, а скажут, что я плохо тебя лечила, — вздохнула Саяна. — А лечу-то я хорошо. Ладно, погнали. За баффами** все скопом подходите!
Все-таки опытный лекарь — это впечатляюще: Саяна так быстро прочла с десяток заклинаний, пока я стояла столбом. И заклинание на повышенную защиту, на увеличение атаки, на восприимчивость к исцелению…
— О, Кьяра, ты же не против, что я тут всех забрала и баффнула? Во время битвы лечение Итана, Кая и, пожалуй, нашего жнеца будет на тебе, океюшки? — спросила Саяна, когда закончила создавать заклинания.
Мне оставалось лишь кивнуть. Никакого напряжения не было: все вели себя так, словно мы вышли на обычную прогулку, а не ради того, чтобы уничтожить двухметровых порождений тьмы непонятной формы. Все было в порядке: заклинание исцеления, как и Саяна, я использовала редко, потому что практически никого не ранили, Никрен отвлекал на себя целую толпу порождений, носясь и ругаясь, когда Саяна демонстративно кричала, что он слишком далеко, а потому не лечила, Итан орудовал мечом, а Кай так ловко отстреливал порождений тьмы, что в какой-то момент Саяна, стоявшая рядом со мной, удивленно присвистнула.
— Кьяра, а сколько твоему сыну лет? — спросила она.
 
— Двенадцать.
— А-а-а! Как жаль! — разочарованно протянула она. — Еще бы годика три — и можно было забирать в столицу для участия в рейдах. Такой потенциал, такие навыки! Даже с учетом того, что его учил Итан, результаты впечатляют! Он по уровню как наш маг, наверное, не меньше. И оценка не меньше десяти тысяч, если не больше.
Я недовольно поджала губы: какие рейды? Это ведь такой риск! Да и Кай всего лишь ребенок, совершенно не важно, какая у него там оценка! Кстати, насчет оценки…
— Слушай, Саяна, а как можно поднять свою оценку? Она же не фиксированная? — я быстро перевела тему, пока Кай не услышал — еще не хватало, чтобы он действительно вознамерился ходить в рейды.
По крайней мере, не сейчас. И не в пятнадцать лет. Минимум в восемнадцать, а лучше после двадцати, когда он точно будет осознавать все риски. К тому же, про оценку тоже интересно послушать — Итан-то этот момент почему-то упустил.
— Разумеется, она постепенно увеличивается. Правда, куда медленнее, чем хотелось. Я вот с 11.000 на 12.000 поднимала больше пяти лет. И чем больше сила, тем сложнее ее увеличить, — пожаловалась Саяна, бросая заклинание исцеления в Никрена, который ловко подскочил поближе на несколько метров, а потом снова вернулся к порождениям. — Наверное, чтобы поднять свою силу до 20.000, мне понадобится не меньше полувека!
Саяна замолчала, а я осмотрела сначала место сражения, а после с помощью артефакта проверила, есть ли на ком-то из моих «подопечных» ранения. Только у жнеца была пара царапин. Можно было подождать, но я решила попробовать новое выученное заклинание «Весенний родник». Особенность заклинания была в том, что оно исцеляло маленькие раны, но в течение долгого времени. Применив такое заклинание, я смогу быть спокойна за его здоровье и не отвлекаться от разговора.
— А, ты спрашивала, как поднять оценку, да? — сказала Саяна, как только я закончила колдовать. — Кроме быстрых, вроде смены снаряжения и изучения заклинаний, есть простой и муторный вариант: нужно убивать как можно больше порождений тьмы, потом пойти во Дворец Света. Там тебе зачтется, что ты столько вкладываешь в процветание мира и противостояние тьме — сила исцеления увеличится, а с ней поднимется и оценка.
— Стой, подожди, мы же не убиваем, а исцеляем? — растерялась я.
— А, тут чуть иначе. Мы сейчас в одной команде с дамагерами. Сколько убьет команда, которую мы полечим, как мы эту команду полечим, столько нам «плюшек» от света и прилетит. Там сложная и странная формула, но на самом деле все элементарно: чем сильнее команда, чем лучше ты их лечишь, тем больше ты увеличиваешь свою силу, — закончила объяснение Саяна, после чего радостно сказала: — О, скоро перебьем эту группу — и можно идти домой.
Мы почти закончили со сражением: та толпа порождений, которых «привел» за собой Никрен, превратилась в пару десятков. Может, мне попробовать кого-нибудь стукнуть? Надо у Итана спросить…
— Система мира Линерос поздравляет вас с достижением! — механический голос, который я слышала лишь один раз в жизни, раздался совсем рядом, заставив меня испуганно вздрогнуть.
— О, Элис, ты убил один миллион порождений? Поздравляю! Сможешь прокачать атаку в этот раз, — Саяна как ребенок захлопала в ладоши.
— Спасибо, — скромно ответил Элис.
Перед ним появилось голубое окошко с надписью, а рядом с его фигурой возник полупрозрачный голографический салют.
— Ладно, заканчиваем побыстрее, сегодня у нас есть повод хорошенько отметить достижение Элиса! — Саяна крикнула так громко, что вся наша команда услышала.
Кай подошел ко мне поближе и спросил у Саяны:
— А что за достижение? Я такое впервые за четыре года вижу.
— Ну, ты же впервые в столице? — похлопал его по плечу подошедший Никрен. — Тут такое часто бывает. Если ты достигаешь определенного уровня или вытворяешь что-то знатное, что помогает в борьбе с тьмой, то тебе от системы прилетает такая табличка. А, Саяна, спасибо тебе за лечение, что ли.