Наваждение генерального (СИ)

- Не скажу, что сильно удивлён, - пробормотал отец. - Я всегда знал, что у неё с головой не в порядке.
- Станислав, - окликнул меня второй полицейский, возвращая к реальности. - Нам нужно, чтобы вы подтвердили последовательность событий с записью, которую предоставил ваш брат. Вы сможете это сделать?
- Конечно, давайте.
Полицейские запустили видео, и я наблюдал за собой на экране телефона Георгия. Размытое изображение показывало человека, который шагал прямо в ловушку, подстроенную Вероникой.
  
- Станислав, вы собираетесь подавать заявление?
- Да, - ответил я гневно. - Пусть получит по заслугам.
- Я понял вас, Станислав, - кивнул полицейский, быстро делая пометки.
- Спасибо за сотрудничество, - добавил его напарник, и они собрались уходить.
- Благодарю, - сказал я, поднимаясь, чтобы проводить их.
- Всего доброго, Станислав.
Георгий встретился со мной взглядом. В его глазах было братское беспокойство, которое всегда меня раздражало.
- Зачем она это сделала? - озвучил Георгий мой невысказанный вопрос. - Она хотела, чтобы ты сломался. И чтобы Ульяна это увидела.
- Публичное унижение, - усмехнулся я, проведя рукой по волосам.
- Папа? - Георгий повернулся к отцу. - А ты что по поводу этого всего думаешь?
Отец скрестил руки на груди, а морщины на его лице стали ещё глубже.
- Обычная женская зависть и ревность. Вероника не смогла смириться с соперницей. У неё всегда была слабость к тебе. Она просто больная, сын. Такие как она готовы на все.
- Даже подмешать наркоту и нанять актрис.
- Станислав, - начал отец, и его голос принял тот самый наставнический тон, который означал, что сейчас будет лекция. - Тебе нужно подумать о будущем. Как ты собираешься решать вопрос с Ульяной?
- Решать вопрос? Я даже не уверен, что там осталось что-то, что можно решать.
- Сын...
- Давай не будем, - перебил я, не желая погружаться в разбирательства. - Сейчас я просто хочу, чтобы Вероника получила по заслугам. Что касается Ульяны... - Я замолчал, так и не договорив.
- Ну ладно, - вмешался Георгий, хлопнув в ладони, - Давайте сосредоточимся на том, что мы можем сделать. Вероника сделала это с одной-единственной целью - чтобы разлучить тебя с Ульяной. Ты должен позвонить ей и рассказать, как обстоят дела на самом деле.
Я только усмехнулся.
- Сын, эта девочка заслуживает того, чтобы услышать правду от тебя, - настаивал отец.
- Заслуживает. Конечно, она заслуживает луну с небес и звёзды вдобавок, а вместо этого получила меня. Повезло ей, да?
- Стас...
- Уже слишком поздно - оборвал я его, горечь происходящего кольнула меня.
В груди что-то сжалось, когда перед глазами вспыхнул образ Ульяны: её улыбка, её смех, блеск в глазах.
- Слишком поздно?
- Уверен, она меня теперь ненавидит.
- Ты слишком драматизируешь сынок, - попытался успокоить отец. - Ты взрослый мужчина, хватит сопли на кулак наматывать.
- Неужели? - бросил я в ответ почти шепотом. - Я игнорировал её больше месяца, папа. Я молчал пока Вероника играла в свои извращённые игры. Если бы я был на месте Ульяны, я бы сжёг все мосты.
- Может, пусть она это сама решит? - предложил он.
- Думаешь, мне это в голову не приходило?
Я резко встал, и стул с грохотом упал на пол.
- Чёрт, я бы тоже хотел верить, что она меня простит. Но давай посмотрим правде в глаза - я трус. Я даже ни разу не сказал ей, что чувствую, потому что боялся до усрачки.
- Тогда скажи ей сейчас, сын, - настаивал отец. - Расскажи ей всё. Если не ради неё, то ради себя.
- Отлично, - пробормотал я, снова уставившись в окно. - Просто прийти к её двери и сказать: "Прости, Ульяна, что я был идиотом, но давай продолжим с того места, где остановились, как тебе идея?" Звучит просто замечательно.
- Начни с правды, - посоветовал отец. - Остальное приложится.
Я сидел сгорбившись на стуле. Зазвонил телефон Гоши.
Он взглянул на экран и, извинившись, вышел за дверь.
- Наверное, опять кто-то просит комментарий на мой счет, - вставил я, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку.
Но отец не улыбнулся. Он подался вперёд, сложив руки на столе, и его серьёзный взгляд дал понять, что разговор ещё не окончен.
- Стас, насчёт Ульяны...
- Ах, да, давай продолжим мусолить эту тему, - перебил я с сарказмом.
- Сын, послушай, - снова начал отец, - Ульяна... то, как эта девочка смотрит на тебя... она ведь тебя любит. Когда в последний раз у тебя было такое? Такое только раз в жизни и бывает. Она лучшее, что было в твоей жизни.
- Лучшее, говоришь?
Сердце сделало странный кульбит. Лучшее. Эти слова значили больше, чем я был готов вынести.
- Лучшее, - подтвердил отец, медленно кивая.
- Хорошо, допустим, ты прав, - выдохнул я, изучая царапины на поверхности стола. Смотреть на них было легче, чем встретиться с его взглядом. - А что, если она не сможет меня простить?
- Не узнаешь, пока не попробуешь, - просто сказал он.
- Легко тебе говорить, - пробормотал я. Но где-то внутри знал, что он прав.
- Ничего в жизни не даётся легко, - заметил отец, поднимаясь. Его рука мягко коснулась моего плеча. - Подумай об этом.
Он бросил на меня многозначительный взгляд и добавил.
- Просто обещай не закрываться, когда она придёт.
- Что значит "когда она придёт"?
И именно в этот момент дверь открылась и вошел Георгий.
А за ним вошла она. Ульяна.
  
Глава 57 
 
- Привет, - тихо сказала Ульяна, и её голос прозвучал мелодией, полностью обезоружившей меня.
- Привет, - эхом повторил я.
Это звучало очень глупо. Ну а что ещё сказать, когда перед тобой стоит воплощение твоих желаний и страхов?
- Георгий рассказал мне...
- Подожди, - перебил я. Возможно, это была отчаянная попытка собрать последние крупицы смелости, пока я окончательно не утратил решимость. - Ульяна, я должен тебе сказать...
Напряжение в комнате стало почти осязаемым. Взгляд отца метался между нами. Без лишних слов он вышел. Следом Георгий ускользнул так же незаметно. В комнате повисла тишина.
- Георгий рассказал мне всё, - повторила Ульяна.
- Всё? - эхом отозвался я, стараясь сохранить видимость невозмутимости.
- Про Веронику, девушек, видео с камер наблюдения, - её глаза были, как море, а я - корабль, готовый в нем утонуть. - Я верю, что ты не изменял мне, Стас.
Слово «верю» стало спасательным кругом, брошенным в бурю наших отношений, и я вцепился в него самой отчаянной хваткой.
Затем она добавила:
- Но это не оправдывает того, что ты игнорировал меня. Целый месяц, Стас. Этто очень долго! Ты хоть понимаешь это?!
- Да, - выдохнул я, потому что чувство вины сидело глубоко во мне. - Я был идиотом. Полным...
- Мудаком? - подсказала она.
- Мудаком, - с готовностью согласился я. - Прости, Ульяна.
- Ты же понимаешь, что мне понадобится время? - спросила она мягко.
- Если бы я только мог, - пробормотал я, проводя рукой по волосам в бесполезной попытке унять тревогу. - Я бы вернулся и хорошенько себя отмудохал.
- Мне нравится эта идея, - тихо заметила Ульяна, и, наконец, улыбнулась.
Мне хотелось так много сказать - эмоции буквально рвались наружу.
Её взгляд был словно открытая книга, которую я боялся читать до конца.
- А я-то думала, Станислав Соколов не извиняется.
- Похоже, теперь извиняется, - ответил я и сделал неуверенный шаг вперёд. Сердце гулко колотилось, - И еще кое-что…
- Что? - недоверие в голосе Ульяны пронзило меня.
- Я люблю тебя. Я безумно люблю тебя, Ульяна.
  
Мир словно застыл, время остановилось.
- Стас… - её голос дрогнул, словно плотина дала трещину. Слёзы струйками потекли по её щекам.
Ульяна обняла меня с такой силой, что у меня перехватило дыхание. Но вместе с этим мне вдруг стало легче дышать.