Наваждение генерального (СИ)

Быть влюбленной - это значит подарить кому-то свое сердце. Оно драгоценное и хрупкое, и ты надеешься, что его будут беречь. И вот я рискнула, и мое сердце разбилось вдребезги.
Я собиралась механически на работу, словно робот. Я понимала что меня ждет и чувствовала только одно желание - завернуться в одеяло и никуда не выходить.
- Спокойно, Ульян, - сказала я своему отражению, пытаясь набраться хоть какой-то смелости. - Бывало и хуже.
  
Весь этаж гудел, когда я пришла в офис, но я могла думать только об одном. О Соколове и его реакции.
Я решила встретиться лицом с трудностями сразу же, поэтому поднялась к нему.
Кабинет Соколова был закрыт.
Я постояла на пороге, раздумывая, не постучать ли, но его помощница пронеслась мимо с папками, избегая моего взгляда.
- Он на месте? - спросила я, притворяясь равнодушной.
- Весь день на совещаниях, потом в аэропорт. Он просил его не беспокоить, Ульяна, - ее тон давал понять, что я последний человек, с кем он хотел бы говорить.
- Понятно, - ответила я тихо.
Я вернулась к своему рабочему месту, едва сдерживая желание позвонить ему.
Я с трудом заставила себя сосредоточиться на делах и отчетах - лишь бы не думать о Соколове и зияющей пустоте, которую он оставил.
Часы томительно тянулись. Коллеги делились планами на выходные, а я молчала, стараясь скрыть израненное самолюбие.
- Может, он переспит со стюардессой и избавит меня от неловкого разговора о расставании, - подумала я, используя юмор как защиту от боли.
Пробило пять, и стало ясно: Соколов улетел, не сказав мне ни слова. Обида резанула холодом.
- Ну и скатертью дорожка, - сказала я в пустоту.
Губы скривились в усмешке, но на душе скребли кошки.
Я вздохнула, собираясь домой. Телефонный звонок разрезал тишину. Сердце подпрыгнуло - наполовину от надежды, наполовину от страха. Это он. Я подождала еще немного, прежде чем нажать на экран дрожащим пальцем.
- Да? - мой голос прозвучал отстраненно.
- Привет, Ульян... Это я, - голос Соколова звучал гулко, как будто из бездны. - Послушай, насчет вчерашнего...
- Вчерашнего? - перебила я. - Ты имеешь в виду, когда я призналась тебе в своих чувствах, а ты сбежал? Оставив меня стоять там, как идиотку последнюю?
В трубке повисла неловкая пауза. Сквозь помехи я почти слышала, как он борется со своими внутренними демонами.
- Ульяна, я... - он устало вздохнул. - Я не знаю каково это. Быть любимым. У меня была непростая жизнь, и все это мне чуждо.
- Стас, - смягчилась я. - Ты зациклился на всем худшем. Но чтобы в твоей жизни появилось что-то хорошее нужно приложить усилие. Или хотя бы попытаться пойти изменениям навстречу.
- Может быть, но... - начал он и тут же осекся.
- Выкладывай, Соколов, - подтолкнула я.
- Мне кажется, что я не создан для любви. Будто во мне что-то сломали, и я либо все испорчу, либо оттолкну, либо просто не заслуживаю этого.
- Какой же ты идиот! - вырвалось у меня.
Я вышагивала по опустевшему офису, крепко сжимая телефон.
- Ты думаешь, можешь сам решить, заслуживаешь ли ты чьей-то любви? Это не твое решение, Станислав. Мое. И я тебе говорю: ты достоин - даже если ты слишком упрям, чтобы это понять.
- Ульяна, я...
- Не закрывайся от меня, Соколов, - перебила я, со смесью мольбы и приказа. - Либо ты заканчиваешь эти кошки-мышки. Либо все кончено. Потому что я не собираюсь жить в неопределенности и ждать, когда ты разрешишь мне любить себя.
Я затаила дыхание, ожидая что он скажет. В ответ - только глухая, непроницаемая тишина.
- Ульяна, - в его голосе дрогнула решимость, - Я не хочу тебя терять.
- Тогда прекрати вести себя как упрямый осел!
  
Глава 32 
 
Станислав
Несколько дней спустя, я сидел на совещании среди своих топ-менеджеров, но мысленно был где-то далеко.
- Станислав Андреевич? А вы что думаете?
Я моргнул, неохотно возвращаясь из глубин сознания, где улыбка Ульяны была светом в конце тоннеля. Я подбирал слова, чтобы ответить хоть сколько-нибудь по теме.
Что сделала со мной эта женщина?
- Мм... - вырвался нервный смешок. - Не могли бы вы повторить? - я неопределенно махнул рукой в сторону докладчика.
- Конечно, - удивился тот с плохо скрываемым раздражением. Он повторил вопрос о прогнозах рынка, но мое внимание все равно ускользало.
- Да-да, - кивнул я, делая вид что слушаю. - Перед нами определенно стоит задача... задействовать активы, чтобы максимизировать... синергию. - Это была чистой воды лабуда. Мой рот существовал независимо от мозга, объятого пламенем страсти.
Присутствующие кивнули, кто-то недоуменно посмотрел, но совещание продолжилось. Я не мог думать о делах. Перед глазами стояло растерянное лицо Ульяны.
Позже, один в офисе, я уставился в светящийся экран, ничего не видя. Цифры и графики казались такими же бессмысленными, как и мои мысли.
Я сделал еще один глоток коньяка, чувствуя, как теплое горькое пламя скользит по горлу.
- Станислав Андреевич, - голос вырвал меня из раздумий.
Это был Михаил, один из моих помощников - паренек, только что из университета, с шилом в одном месте.
- У вас все норм? Вы уже час смотрите в эту таблицу!
В этом вся молодежь. Сама непосредственность. Ни один из сотрудников постарше не осмелился бы разговаривать со мной в таком тоне.
- Проблемы на личном фронте, - признался я с вымученным смешком. Это было правдой, или достаточно близко к правде.
- А, понял, не дурак, - рассмеялся Миша, садясь напротив. - Ох уж эти дамы! Они же всем нам мозг выносят, да?
- Ты даже и не представляешь, - ответил я.
- Хотите обсудим? - предложил он, с искренней готовностью выслушать.
- Спасибо, Миш, но я уж как-нибудь сам. - Я наклонился вперед, оперся локтями о стол, будто близость к монитору могла вернуть меня к реальности.
- Как скажете, - Михаил встал с понимающим кивком. - Просто помните, шеф, никакая женщина не стоит того, чтобы так убиваться.
- Поздно, - прошептал я себе под нос, когда он вышел.
Оставшись один, я тяжело вздохнул.
Ульяна заслуживала большего, чем мои метания. Это в конце концов просто подлость. Я же сам изначально вел себя, как альфач гребаный, а теперь кого я напоминаю? Зассавшего сопливого пацаненка?
Я знал, что должен сделать - признаться в своих чувствах и перестать бегать от любви.
- Твою же мать, Ульяна, - прошептал я, сердце ныло от страха и тоски. - Что ты со мной сделала?
Я молча сидел какое то время, пока назойливое мигание телефона не привлекло внимание. Еще один пропущенный звонок от Ульяны. Сердце сжалось.
- Ладно, - пробормотал я, уставившись на экран.
Она заслуживала объяснений, какого-то жеста, внимания - но я не мог заставить себя позвонить ей.
Вместо этого, с чувствуя себя последним предателем, я пролистал список контактов и остановился на другом имени.
Имени, которое когда-то вызывало трепет, а теперь было просто призраком из прошлого.
- Привет, это я. Стас, - сказал я глухо, когда она подняла трубку.
- Стас? Что-то случилось?
- Послушай, мне нужно тебя увидеть. Сегодня вечером, - выпалил я.
- Все хорошо? - повисла неловкая пауза.
- Объясню, когда приеду.
- Хорошо, буду ждать, - в ее голосе слышалось удовольствие.
  
Глава 33 
 
Станислав
Я сбросил вызов и встал из-за стола. Надевая пальто на ходу, выскочил на улицу и сел в машину.
  
Водитель петлял по городу, свет фар разрезал сумерки. Уличные фонари зажигались один за другим. Я прислонил голову к прохладному стеклу, наблюдая, как сливается в единую массу.
- Почти приехали, - прошептал я себе, как заклинание, чтобы успокоить нервы.