Наваждение генерального (СИ)

«Под контролем» было громким заявлением. Но если кто и мог раскрутить эту историю так это я.
- Поняла, шеф.
- Спасибо, Ульян, - сказал он, и в глазах на мгновение промелькнула благодарность, тут же исчезнувшая.
Я постояла секунду, чувствуя, как мысль просится наружу.
- Ладно, выкладывай, - сказала я, прислонившись к косяку с напускной беззаботностью. - Ты нанял меня из-за моих непревзойденных навыков или просто потому, что у тебя слабость к брюнеткам?
  
Стас усмехнулся, наша привычная словесная перепалка уже началась. Он встал из-за стола, хищник, медленно приближающийся к своей жертве.
- Ульяна, - начал он низким голосом, - ты просто блестяще делаешь свою работу. Лучшая. Но я бы соврал, если бы сказал, что твоя... привлекательность не делает наше сотрудничество еще слаще.
Прежде чем я успела придумать остроумный ответ, Стас подошел ближе. Его рука легла мне на талию, и между нами вспыхнуло такое напряжение, что я с трудом могла его вынести.
Это было похоже на электрический разряд. Будто он зажег спичку, и мы были готовы шагнуть в это пламя. Поцелуй становился все глубже и сносил все преграды между нами.
Одним плавным движением Стас повернулся и запер дверь кабинета. Механизм щелкнул, словно ставя точку в нашей длинной истории. Мое сердце гулко стучало, эхом отдаваясь в тишине кабинета.
С неожиданной нежностью Соколов усадил меня на край стола. Прохладная поверхность дерева касалась моих бедер, а его дыхание обжигало кожу.
- Стас... - прошептала я, голос дрогнул между протестом и мольбой. Остальные слова утонули в нашем страстном поцелуе.
Одежда соскользнула с тихим шорохом. Все разумные мысли испарились, уступив место острому желанию.
Мир сузился до звука его расстегнутой ширинки - резкого и многозначительного. Я завороженно смотрела, как он освобождается с уверенностью, граничащей с дерзостью.
- Черт, Стас, - выдохнула я, пытаясь спрятаться за юмором, - тебе там в коньяк твои поклонницы виагры не подмешали?
Его смех прозвучал низко и хрипло. Ни говоря ни слова, он вошел в меня с собственнической уверенностью. Жар разливался по телу, отвечая на его движения.
- Ох уж эти твои шуточки, Ульяна, - прошептал он. Его руки легли мне на бедра, направляя и притягивая ближе.
И вот он на мне, обнимает с такой нежностью, что перехватывает дыхание. Моя спина касается прохладной поверхности стола, документы разлетаются в стороны, но я чувствую только его - полностью, всецело.
Мое тело вторит его движениям, каждое из которых приближает меня к грани чего-то невероятного.
- Стас... - выдыхаю я. Наши тела переплетаются в ритмичном танце. Не важно, как сильно мы шумим. Мир за запертой дверью перестает существовать.
И когда волна наслаждения накрывает меня, это похоже на стихийное бедствие - содрогания проходят по всему телу.
Со стоном он последовал за мной в блаженное забытье.
В те несколько секунд, пока по телу пульсировало наслаждение, я забыла о слияниях, слухах и статьях. Существовали только мы - несовершенные, безрассудные и полностью поглощенные друг другом.
Послевкусие нашей страсти еще покалывало тело, когда я соскользнула со стола и аккуратно разгладила юбку. Ноги были ватными, но я заставила их подчиниться. Я не могла сдержать хитрой усмешки: будь столы способны говорить, нам бы пришлось убить этот.
- Стас, - промурлыкала я, поправляя ему галстук, - Как бы мне ни нравились наши... сверхурочные, мне, пожалуй, стоит вернуться к работе.
Он одарил меня волчьей улыбкой - той самой, что несомненно очаровывала не только инвесторов.
- Я всегда знал, что ты мастер многозадачности, Ульяна. Но это, - он неопределенно махнул рукой в сторону разбросанных документов и ставшего теперь греховным стола, - этот уровень эффективности выше всяких похвал.
- Ладно, - фыркнула я, направляясь к двери с максимально возможным достоинством, - я же перфекционистка. Помнишь?
Тихо щелкнув замком, я бросила взгляд через плечо.
- Постарайся не слишком скучать по мне, - бросила я небрежно.
- Это невозможно, - ответил он низким голосом, посылая мне волны тепла.
Но вот опять - в его глазах мелькнула какая-то уязвимость. Неужели Станислав Соколов, мужчина, который, разбил столько сердец, действительно начинает что-то чувствовать?
Нет. Только не сейчас. Я мотнула головой, отгоняя назойливую мысль, и выскользнула за дверь.
Соберись, Ульяна. Пресс-релизы не напишут себя сами.
  
Глава 28 
 
Первые лучи солнца робко проникали сквозь шторы. Я лениво потянулась. Комната была залита золотистым светом утра. Задорное щебетание птиц за окном напоминало, что город остался где-то далеко.
Мы с Соколовым, наконец, улетели в отпуск. Деревянный домик на природе казался абсолютно другим миром после бетонных пейзажей города. Стас ворчал всю дорогу, но его угрюмость растаяла где-то между аэропортом и дорогой с чудесным видом.
Повернув голову, я посмотрела на Соколова Его дыхание было ровным, грудь медленно поднималась и опускалась. Лицо, обычно строгое и напряжённое, выглядело почти юным, когда было расслабленным. Прядь волос выбилась и мило легла ему на лоб. Мне захотелось убрать её, но я не осмелилась. Нарушить эту идиллию казалось преступлением.
Я скользнула взглядом по его телу - загорелая кожа, широкие плечи, крепкие мышцы. Он был воплощением физического здоровья. А вот за его психическое состояние я всерьез беспокоилась - какова цена, которую он платил за то, чтобы управлять огромной корпорацией?
Опершись на локоть, я невольно улыбнулась. Мне пришлось устроить перед Соколовым целую защиту дипломной работы, чтобы уговорить его вырваться из трудовых будней.
- Ты так и собираешься пялиться на меня все утро, или всё-таки сделаешь кофе? - его голос, еще сонный, прервал мои мысли.
- Буду пялиться, - ответила я. - Определенно буду. Кофе подождет.
- Ах ты нахалка, - пробурчал он с притворным раздражением.
Соколов потянулся и приоткрыл глаза. Они сфокусировались на мне, и я почти физически ощутила момент, когда его мозг переключился в рабочий режим.
- Эй-эй, - мягко осадила я его, прижав палец к его губам. - Сегодня никаких мыслей о работе. Я собираюсь выбить из твоей головы эти дурацкие волнения безудержным экстримом.
Он вздохнул.
- Ульяна, насчет этого...
- Тсс, - перебила я его, не давая тревогам испортить это прекрасное утро - Может, тебе это даже понравится. А если нет - то тоже хорошо. Наконец, тебя будет бесить еще что-то кроме работы.
Он засмеялся, и я придвинулась ближе.
- Ладно, - сдался он, обнимая меня за талию. - Но, если что-то пойдет не так, я буду во всем винить тебя.
- Договорились, - засмеялась я, целуя его в щеку. - А теперь пойдём, у нас обширная программа
Я стояла на крыльце и вдыхала аромат кофе.
- Опять изменяешь мне с кофе? - донесся до меня голос Стаса, всё ещё сонный, но весёлый.
- Как обычно, - отозвалась я. - Это самые стабильные отношения в моей жизни за последние годы.
- Обещаю, я не буду ревновать, - отозвался он, и я почти услышала его улыбку.
- И правильно, - я сделала ещё один глоток. - Потому что от него я отказываться не собираюсь.
- Хорошо, может, немного поревную, - пробормотал он.
- Ревность тебе не идет, - ответила я.
- Иди сюда.
Он протянул руки, и я подошла к нему с кружкой в руке. Его объятия были такими крепкими, что мне стало трудно дышать.
- Давай не портить утро серьезными разговорами, - перебила я. - У нас сегодня и так эмоциональный денек предстоит.
  
- Ты же в курсе, что на рафтинге убиться можно? - спросил он с сомнением.
- Кто не рискует, тот не пьет шампанского, - подтвердила я.
- Это звучит как слова настоящего адреналинового наркомана, - засмеялся он.
- Или человека, который пытается убежать от бесконечного потока мыслей в голове, - добавила я тише.