Прими мою дочь, любимая

Взяв под локоть, Янис тянет меня к лестнице. Мы молча поднимаемся, а следом за нами и прислуга.
– Ровно час. Я справлюсь, Янис Ибрагимович, – бормочет Алия.
– Не сомневаюсь, – отвечает он, а потом обращается ко мне: – Лин, все необходимое бери. Поговорю с папой, и уедем.
– Хорошо.
Янис уходит, а я сажусь на край кровати и наблюдаю за тем, как Алия складывает мои вещи в чемодан, а потом переходит к одежде Яна. Минут через сорок я забираюсь на диван с ногами и жду, когда появится муж. Нет ни капли желания оставаться тут. Прав Янис: давно надо было съехать. А мы все терпели и терпели, считая, что не нужно ссориться с родителями. Но свекровь перешла все границы.
  
Дверь резко распахивается. Надежда Мирославовна заходит в спальню и, стоя на пороге, снова прожигает во мне дыру своим убивающим взглядом.
– Не стыдно?
– Мне? За что мне должно быть стыдно? Это вас совесть мучить должна. Из-за вас я потеряла своего малыша.
Слышу, как приглушенно ахает прислуга, но сразу же выходит из комнаты, при этом бросив на меня сочувствующий взгляд. А я встаю и в упор смотрю на свекровь, которая ненавидит меня. И понятия не имею, чем заслужила эту ненависть.
– А что ты думала? Что без наказания останешься? Я из-за тебя лишилась сына – и вот, ты получила ответку.
Дверь распахивается, и на пороге появляется Янис. Судя по его лицу, он все слышал. Свекровь вскрикивает, когда Ян резко тянет ее назад, крепко сжав руку чуть выше локтя.
– Тебе недостаточно того, что ты сделала?! – кричит куда громче, чем некоторое время назад в гостиной. – Ты больше ни меня, ни Айлин не увидишь! Больше никогда не приблизишься к нам! Ты поняла меня?! Держись как можно дальше, иначе я за себя не ручаюсь. Клянусь! Клянусь, не посмотрю, что ты моя… тьфу! Даже вслух произносить не могу! Тошнит!
 
Глава 6
 
Янис буквально ввергает меня в шок своими словами и действиями. Забрав один из чемоданов и сжав мою ладонь, тянет к выходу. Мы молча спускаемся по лестнице. Честно говоря, сама не понимаю, как поспеваю за его широкими шагами.
Муж открывает дверь автомобиля, помогает сесть, а потом, положив вещи в багажник, возвращается в дом. Но долго там не задерживается – через несколько минут он отправляет другие чемоданы туда же. Расположившись за рулем, жмет на газ и выезжает.
Весь путь он молчит, хмуро глядя перед собой, не заговаривает со мной, но и мою ладонь не выпускает. Сжимает ее так, что та становится влажной.
Посмотрев на мужа в очередной раз, ловлю себя на мысли, что сомнения исчезли. Я верю ему безгранично и даже думать не хочу, что он мог бы мне изменить. Нет, у Яниса нет другой женщины. Иначе зачем ему так нянчиться со мной, ссориться с родителями? Быть со мной, несмотря на то, что он безумно любит и хочет детей, которых я в ближайшее два-три года точно не рожу? Мне надо восстановиться, а потом снова пройти курс лечения, чтобы попытаться забеременеть.
– Куда мы едем?
– В наш дом, – улыбается любимый, повернув голову, но я отчетливо вижу, что эта улыбка натянутая. Янис не в настроении, нарочно ведет себя так, чтобы меня не расстроить. – Буквально на днях я купил квартиру. Должны были привести в порядок и поставить новую мебель. Арман все еще там.
– Даже любопытно стало.
Теперь я пытаюсь улыбнуться, но получается так себе. Никогда не хотела, чтобы отношения Яна с родителями испортились из-за меня. А тут такое…
– Мне Анита утром звонила. Не хочешь с ней поговорить? Она несколько раз приезжала в больницу, но к тебе кроме меня никого не пускали. Даже мне не разрешали, но в итоге сдались после многочисленных угроз, – усмехается горько. – Я бы здание им на голову обрушил, если бы…
– Ян, перестань. – Кладу руку поверх его, глажу. – Все осталось позади. Я привыкла к потере малыша… Даже не знаю, что я сейчас ощущаю. Просто пустота. Это уже в который раз, Янис.
– У нас все будет хорошо, – заверяет он, кивая на телефон, стоящий на подставке. – Или с моего набери Аниту, или свой достань. Он в бардачке.
Тянусь именно за своим, потому что хочу узнать, кто хотел выйти со мной на связь. Я совсем забыла о нем. С того дня, как попала в больницу, я никого кроме Яниса не видела и всего один раз поговорила с сестрой. Скрыла от нее то, как потеряла ребенка. Не совсем удивительная новость, учитывая, что такое происходит не впервые. Ну и про то, что лежу в больнице, я промолчала – нечего человека дергать. Она в другой стране – работает, добивается высот. Пусть продолжает в том же духе. В любом случае ее приезд ничего не изменит.
Айдан звонила несколько раз, а вот Анита даже сообщения писала. Видимо, до тех пор, пока от Яна не узнала, где я нахожусь.
Набрав номер, подношу телефон к уху. Подруга отвечает сразу, будто весь день ждала от меня звонка.
– Айлин, – стонет она в трубку. – Как ты, моя хорошая?
– Нормально, дорогая, – улыбаюсь. От ее реакции по телу разливается тепло. – Меня наконец выписали. Едем домой.
– Я… могу приехать? Пожалуйста. Очень хочу тебя увидеть.
Кошусь на Яниса.
– Анита приехать хочет. Скажешь адрес?
– Скину ей, – кивает муж.
– Класс! – Подруга радуется, как ребенок. – Не буду терять времени. Я собираюсь и прямиком к вам! Целую!
Автомобиль Яниса останавливается во дворе элитного жилого комплекса. Напротив здания есть и детская площадка, где сейчас играют детишки. Надеюсь, окна нашей квартиры выходят именно сюда, и я смогу любоваться этой картиной каждый день.
Заходим в лифт и поднимаемся на девятый этаж из тридцати. Муж не выпускает мою руку до тех пор, пока не приходится открыть дверь. Чуть подталкивает меня в спину, чтобы я зашла. Едва шагаю внутрь, как чувствую запах новой мебели и… краски. Стены в светлых тонах, высокий потолок.
Я уже в восторге.
– Добро пожаловать, – приветствует нас Арман. – Я заждался вас. Все готово.
– Вещи принесешь? Они в машине.
– Конечно, – отвечает, глядя на меня. – Рад тебя видеть, Айлин.
– Спасибо.
Я опускаю глаза, потому что не хочу видеть этот взгляд, полный сочувствия и жалости.
Он подходит и по-братски обнимает меня, целует в макушку, а после покидает квартиру.
Арман – лучший друг Яниса. Они дружат минимум пятнадцать лет. Арман всегда называл меня сестрой и говорил, что я ему так же дорога, как его родная. И своим поведением он сейчас доказал, что никогда не врал, говоря эти слова.
На глазах моментально наворачиваются слезы от такой заботы. Как Янис, так и Арман – оба важны для меня. Первый – любимый мужчина, без которого я не представляю свою жизнь, а второй… мужчина, который не отличает меня от родной сестры.
Мы проходим вглубь квартиры. Три просторные комнаты, большая гостиная и кухня чуть меньше той, что была в родительском доме Яниса. Мебель действительно новая. Как успели за такой короткий срок все сделать? Уму непостижимо.
– Это наша спальня. Все в твоих любимых цветах, – слышу над ухом, зайдя в помещение.
Да, кремовые тона, светлые шторы, такого же цвета покрывало. А мебель бежевая. Все выбрано со вкусом.
– Мне очень нравится.
Лоджия такая же просторная. Посреди стоит круглый стол и два кресла. Сиди, пей кофе и наблюдай за детьми.
Янис садится на диван в гостиной и упирается локтями в колени, обхватывает голову руками. Я не понимаю, что с ним происходит. Подхожу, опускаюсь рядом и кладу ладонь на его плечо.
– Ян…
– Я как собака жалею, Айлин, – тихо говорит он. Подняв голову, смотрит на меня в упор. В глазах опять знакомая боль и сожаление. Раскаяние! – Отец все твердил, что мое место рядом с ним, а я тупо верил, что когда-то отношение матери к нам изменится. В итоге лишился сына.
  
– Ты же сам сказал, что…
– Лина, я уверен, что у нас будут дети! Хоть убей, но моя уверенность никуда не денется! – перебивает резко. Встает с места, внимательно глядя на меня. – Знаешь, как хреново было? Я боялся спросить у врача о твоем состоянии. Было страшно, что мне скажут одно-единственное предложение, которое просто убило бы меня! Я боялся услышать: «Мы сделали все что могли, но…», потому что я жизнь свою без тебя не представляю!