Пробуждение стихий (ЛП)

— Вален ждёт тебя, — говорит он. — Здесь всё начинается.
Киваю, чувствуя, как сердце бьётся чуть быстрее.
— Дальше ты сама, — добавляет он. А потом, чуть тише, с едва заметной ноткой сожаления: — И, если быть откровенным… иногда я всё же скучаю по тишине.
Он разворачивается и уходит, его широкая фигура постепенно растворяется в коридорах форпоста.
Я смотрю ему вслед.
  
А потом поворачиваюсь не просто к тренировочному кругу и Валену, а к тому, что вот-вот изменится. К той части себя, что больше не принадлежит прежней девушке из деревни. К той, которую я ещё не до конца понимаю.
На мне тренировочная туника: мягкая, прочная ткань с усиленными швами на плечах и рукавах. У Лиры такая же. Я вспоминаю её улыбку, когда она этим утром шнуровала сапоги и говорила, что идёт на отработку движений после завтрака. Баланс, координация, пока без излишеств.
Теперь она где-то на другом конце форпоста. А я здесь. И чувствую себя такой далёкой от неё… и от дома.
Здесь движется только ветер, перекатываясь по открытому полю. Мы достаточно далеко, чтобы обычные звуки форпоста, такие как звон металла, голоса, далёкое рычание драконов, растворились в тишине. Вален вчера сказал, что это мера предосторожности. На случай, если что-то пойдёт не так.
Не знаю, должно ли это внушать спокойствие или тревогу. В любом случае, не утешает.
Поле простирается во все стороны, ограниченное плотной полосой деревьев, что тянутся к восточным утёсам. За ними земля спускается вниз, в дикую, нетронутую местность, где туман цепляется за долины, а реки глубоко прорезают камень.
Место, где сила может развернуться во всю ширь и без последствий.
Ну что ж, начнём.
Вален стоит в нескольких шагах, руки скрещены на груди, взгляд пристальный, будто он ждёт, когда что-то внутри меня раскроется.
— Начни с малого, — произносит он. — Мне нужно понять, где лежат твои основы.
Я киваю, перекатывая в пальцах камешек. Он прохладный, шероховатый, с краями, сглаженными временем. Земля — стихия, которую я чувствую, как саму себя.
Я прижимаю ладонь к почве и тянусь.
Призыв камня.
Камешек дрожит, потом медленно поднимается, зависая над пальцами. Второй камень шевелится у сапога, отзываясь на безмолвный зов.
Вален издаёт короткий, ровный звук.
— Хорошо. Ещё раз.
Я позволяю камням упасть, выдыхаю медленно, ровно, и снова прикасаюсь к земле.
Формование почвы.
Грунт под пальцами становится мягче, превращается в тонкую пыль и вновь оседает.
Чувство земли.
Я опускаюсь на колени, кончиками пальцев скользя по почве, и мир подо мной отвечает. Лёгкая вибрация насекомых, зарывающихся вглубь. Вес птицы, севшей на ветку вдалеке.
— Ты перенёс вес на правую ногу, — усмехаюсь я.
— Неплохо, — поднимает бровь Вален.
Одно за другим я показываю ему базовые заклинания земли.
Призыв пыли — проще простого. По моему зову в воздух поднимается лёгкое облако земли.
Метка земли — я провожу пальцем по гладкому камню, оставляя на нём тонкий, чёткий след.
Но когда он просит показать Плетение корней, я медлю. С этим заклинанием у меня всегда было что-то не так, словно пытаюсь двигать то, что не откликается на мой зов. Всё же я тянусь к ближайшей лозе, заставляя её шевельнуться. Она отвечает, но неохотно, медленно, натужно, словно против воли.
— Слишком напряжённо, — Вален наблюдает, не отводя взгляда.
— Есть немного, — выдыхаю сквозь сжатые зубы.
— Вернёмся к этому позже, — кивает он. — Попробуй Весоплетение.
Я улыбаюсь. Это моё.
Собираюсь, сосредотачиваюсь, и делаю себя легче. Шаг — и я почти не ощущаю землю под ногами. Потом меняю поток, впуская тяжесть. Почва пружинит подо мной, сапоги вдавливаются в неё, стойка становится непоколебимой.
Острый взгляд Валена следует за каждым моим движением.
— Отличный контроль, — признаёт он. — Но это всё низшие формы магии. Посмотрим, что будет дальше, — он отступает, жестом указывая на открытое поле. — Подними землю, Амара.
Я замираю, делаю глубокий вдох, крепко упираюсь ногами в почву. Потом тянусь и толкаю.
И земля отвечает ударом.
Разряд энергии пронзает меня, резкий и ослепительный. Почва не просто сдвигается. Она взрывается.
Из точки подо мной расходится волна, трещины змеятся по поляне, гул раздаётся из глубины, словно само сердце земли пробудилось.
Я судорожно втягиваю воздух, отступаю назад. Но сила не останавливается. Она прорывается сквозь меня. Горячая, дикая, неукротимая.
Из-под земли вырывается острая плита камня, едва не сбивая Валена с ног. Я не могу её сдержать. Магия не просто откликается, она захватывает меня целиком.
— Амара! — голос Валена с трудом пробивается сквозь рёв рушащейся земли.
Паника сжимает грудь. Я пытаюсь удержать контроль, но чем сильнее сопротивляюсь, тем яростнее всё становится. Магия не борется со мной.
Это я борюсь с ней.
Вален делает два быстрых шага и хватает меня за плечи. Его голос звучит резко, но спокойно:
— Дыши. Почувствуй это, но не сопротивляйся.
Я жадно втягиваю воздух. Земля всё ещё содрогается под ногами.
— Слушай её, — говорит он твёрдо. — Землю нельзя подчинить силой, Амара. Нужно стать её частью. Позволь ей узнать тебя. Позволь ей успокоиться.
Я сжимаю кулаки, стараясь не тянуть и не отталкивать, а просто быть. Не двигать магию, а измениться самой.
Сосредотачиваюсь на его руках, их весе, тепле, ощущении устойчивости.
Дрожь постепенно стихает. Земля снова становится неподвижной.
Вален кивает.
— Именно так. Почувствуй перемену. Прими её. Земля терпелива. Если слушать, она ответит.
Магия ещё гудит в крови, беспокойная, но больше не разрывающая меня изнутри. На поляну ложится тишина. Я смотрю на глубокую трещину, рассёкшую землю, и мои руки дрожат. Никогда прежде я не вызывала ничего подобного.
Это одновременно захватывает… и пугает до онемения.
Вален выдыхает, проводит рукой по лицу. Его взгляд скользит по разломанной земле, потом возвращается ко мне.
— Что ж, — бормочет он, — думаю, на мой вопрос ответ найден.
Из трещины поднимается лёгкий пар, вьются струйки пыли над разбитым камнем. Энергия не уходит. Она по-прежнему живёт во мне, гудит под кожей, дикая и нетерпеливая.
Но Вален не останавливается.
— Теперь, — говорит он, отступая на шаг, а в голосе его невозможно уловить эмоций, — попробуй Воду.
— Что? — моргаю я, не сразу веря в услышанное.
Он указывает на озеро у края поля. Его гладкая поверхность неподвижна, отражает бледное небо, словно зеркало.
Я качаю головой, тяжело дыша.
— Вален, я… я не знаю как. Я никогда не владела водой.
Он не выглядит удивлённым. Взгляд становится острее, руки спокойно складываются на груди.
— Она уже внутри тебя, — произносит он.
Я выдыхаю коротко, ошеломлённая тем, что только что сделала земля, что сделала я.
— Но я… — начинаю, но Вален перебивает:
— Ты владела высшей магией Земли, — говорит он ровно. — Это не то, чему тебя учили. Это то, что в тебе проснулось, — он кивает в сторону озера. — С водой то же самое.
Колеблюсь, переводя взгляд на гладкую поверхность. Озеро неподвижно, едва заметные круги ряби. Я всегда думала о воде как о чём-то отдельном, текучем, далёком, к чему можно прикоснуться, но не подчинить.
— Я не знаю, с чего начать.
— Знаешь, — поправляет Вален. — Просто не осознаёшь этого, — на губах мелькает лёгкая усмешка, но взгляд остаётся острым. — Закрой глаза.
Я медлю, потом подчиняюсь.
— Забудь про землю, — говорит он. — Забудь про почву под ногами. Про тяжесть, камень, устойчивость.
  
Проще сказать, чем сделать.
Но я стараюсь. Сосредотачиваюсь на дыхании. На воздухе вокруг. На…
— Теперь, — голос Валена становится мягче, но настойчивее, — не заземляйся. Отпусти.