Зависимый-2. Я тебя верну (СИ)

— Ну вот и наша принцесса, — к нам подходит Настя и тут же наклоняется к Алисе. — Я же обещала тебе, что сегодня они точно приедут. Можешь выбирать любую. Или даже две, — выстреливает в меня лукавым взглядом.
Я закатываю глаза и отрицательно качаю головой.
— Да я шучу! — смеётся Настя. — Таисия Сергеевна, Вы же хотели куда-то отлучиться, да? Идите! Мы с Алисой ещё и рыбок покормим.
— Да, мам! — оживлённо подключается дочка. — Иди! Настя сказала, что она мне ещё попугая даст на руках подержать.
Мне вновь хочется закатить глаза, потому что любовь Алисы к животным не знает границ.
Но она такая… Всегда такой была. С самого раннего детства, когда ещё и говорить-то не умела, с лёгкостью находила способы общаться с братьями нашими меньшими. И всегда с большим трудом общалась с людьми. Заговорила она поздно, но чисто и полными предложениями. Вдумчиво. Правильно. И, несмотря на свою замкнутость, Алиса разбирается в людях намного лучше, чем некоторые взрослые.
Настя ей нравится, и я доверяю дочери. Именно поэтому после минутного обдумывания всё-таки оставляю её в зоомагазине. Предварительно расцеловав щёчки, обещаю, что очень скоро вернусь. И шёпотом умоляю Настю смотреть за ней в оба глаза.
Не сказать, что ухожу от них в полнейшем спокойствии, поэтому буду стараться всё сделать быстро.
Мне просто нужно платье!
Праздничное, но не сильно вычурное. Элегантное, как выразился муж.
У него скоро юбилей, и по этому случаю состоится банкет в его фирме. Мы редко где-то бываем вместе, поэтому у меня нет такого наряда, которое соответствовало бы поводу…
Быстрым шагом прохожу весь второй этаж и, не найдя нужного отдела, поднимаюсь на третий. Всё время оборачиваюсь, потому что по-прежнему чувствую какую-то незримую угрозу.
Ругаю себя за паранойю и за то, что постоянно думаю о Спартаке.
Хватит, Тась! Он уже давно о тебе не думает! Да и никогда не думал!
Лишь на четвёртом этаже мне попадается отдел с вечерними платьями. Продавец-консультант встречает меня весьма радушно. Девушка явно скучала, ведь в магазине я единственный покупатель. Она активно помогает мне выбрать несколько фасонов и сопровождает до примерочной. Та оказывается достаточно просторной, но закрывается лишь плотной шторой.
Сняв одежду, примеряю первое платье. Чёрное. Немного коротковато, но сидит на мне превосходно. Однако я не знаю, как мой муж отнесётся к такой длине.
Потом надеваю платье с вырезом на спине. Нежного голубого цвета, который делает мои глаза ярче. Оно мне очень нравится, и я почти согласна его купить…
На вешалке остаётся третье платье. Оно вульгарного красного цвета, и я не знаю, почему согласилась взять его в примерочную. Продавщица настояла на том, что я должна его примерить, а я постеснялась отказаться.
Вздохнув, всё-таки надеваю платье. Неожиданно оно оказывается лёгким и приятным телу. Облегает меня как вторая кожа. Скромное декольте, идеальная длина, струящаяся юбка… Несмотря на цвет, платье мне подходит. Я кружусь на месте, рассматривая себя с разных сторон.
Может, стоит рискнуть? В моём гардеробе никогда не было ничего подобного.
Улыбаюсь своему отражению. Я нравлюсь себе именно в этом платье.
Собираюсь его снять, чтобы надеть свою одежду, но замираю, потому что внезапно отчётливо слышу тяжёлые шаги, которые быстро приближаются к примерочной.
— Мужчина, Вам туда нельзя! — восклицает продавец, но штора уже распахивается.
На меня движется гора из мускулов, обтянутых спортивной кофтой.
Вжимаюсь спиной в зеркало, с губ срывается какой-то невнятный писк.
Несмотря на то, что на голове вошедшего капюшон, я сразу же узнаю в нём Спартака.
Сначала меня сшибает с ног его бешеной энергетикой. Её ни с чем не перепутаешь.
Цепляюсь за стену, чтобы не упасть. Прижавшись к зеркалу, в шоке смотрю, как Спартак занимает собой всё свободное пространство примерочной. Стягивает капюшон с головы, и я, наконец, вижу его глаза. Они полны боли и безумия.
Он торопливо пробегает взглядом по красному платью. Кажется, этот цвет ещё больше выводит его из себя. Губы мужчины сжимаются в тонкую линию, а взгляд мечется к моему лицу. Горящие глаза обшаривают его, словно в поисках ответов…
 
— Тася… — хрипло выдыхает Спартак, поставив ладони по обе стороны от моей головы.
Обдаёт горячим дыханием мои губы. Окутывает своим неповторимым запахом…
Мне страшно!
Я знаю, как выглядит, пахнет и двигается Спартак, когда он теряет контроль.
— У тебя есть минута, чтобы самой признаться, — шепчет угрожающим тоном.
— Простите, у Вас там всё в порядке? — доносится в этот момент испуганный голос продавца.
Я не отвечаю. Потому что не могу говорить. Спартак вжимается в меня всем своим огромным телом. Как соломинку может переломить, если захочет! А он явно хочет! Я вижу это в его диком взгляде.
— Может, полицию вызвать? — обеспокоенно продолжает продавец.
Спартак поворачивает голову и смотрит на ширму, разделяющую нас с ни в чём не повинной девушкой. Его тело начинает дрожать. Кулаки сжимаются, и я замечаю, что костяшки его пальцев разбиты.
Хватаю его за ворот кофты, вынуждая повернуться ко мне.
— Нет, полиции не нужно, — отвечаю с дрожью в голосе. — Всё… в порядке. Дайте нам минуту.
Кажется, именно столько он дал мне на признание! А мне не в чем признаваться!
— Хорошо, — отзывается девушка и вроде бы уходит.
— МОЯ ДОЧЬ! — тут же гремит голос Спартака. — Я видел её… Видел!
— С чего ты взял, что это твоя дочь? — пытаюсь говорить возмущённо. — Мы с тобой давно расстались!
— Не играй со мной, Тась, — шипит мужчина, прикасаясь лбом к моему.
Вдавливает меня затылком в зеркало с такой силой, что сейчас или оно разобьётся, или моя голова треснет.
— Не буди во мне зверя! Ты вела за руку МОЮ дочь!
Поморщившись от боли, сглатываю ком в горле. Зажмуриваюсь, не давая слезам пролиться, но одна всё-таки скатывается по щеке.
Чувствую, как Спартак ослабляет свой нажим. Распахнув глаза, ошеломлённо смотрю на то, как мужчина протягивает руку и подушечкой указательного пальца стирает влагу с моей щеки.
Как раньше…
Спартак отстраняется. Кажется, берёт себя в руки. Но я лишь успеваю отпрянуть от зеркала, как он вновь загоняет меня в угол, прижав к стене.
— Скажи! Мне! Правду! — отчеканивает, вновь теряя контроль над собой.
— Она не твоя дочь! — набравшись храбрости, выплёвываю ему в лицо.
— ПЕРЕСТАНЬ МНЕ ВРАТЬ! — рявкает он, шарахнув кулаком в стену в опасной близости от моей головы. Нависнув, парализует тяжёлым взглядом и цедит сквозь плотно сжатые зубы: — У неё мои глаза! МОИ!!
Я содрогаюсь всем телом, понимая, что загнана в ловушку. Мужчина грубо сжимает мой подбородок двумя пальцами и понижает голос до угрожающего шёпота:
— Ты пожалеешь о том, что скрыла её от меня… Пожалеешь, Тась! Слово даю!
  
Глава 2
 
Однажды Спартак уже давал мне слово. Обещал, что не обидит… И солгал.
Но сейчас мне не приходится сомневаться — это обещание, он точно сдержит.
Он всё ещё слишком близко. Сканирует моё лицо тяжёлым взглядом зелёных глаз. Схватив непослушную прядку, пропускает её между пальцами. Комкает в ладони, а потом подносит к лицу. Потянув носом воздух, нюхает мои волосы, растянув на губах хищный оскал.
— До встрече, Таисия…
Резко отпрянув, Спартак выходит из примерочной. А я позволяю себе расплакаться, окончательно расклеится и сползти по стенке.
Хочется кричать ему в спину, что это он… ОН меня вышвырнул за ненадобностью. И я ничего ему не должна! И он не имеет права требовать от меня правды! Я ничего не сделала!
Но на самом деле сделала…
И теперь ярость Спартака вполне оправдана. Но всё же не настолько, чтобы врываться в примерочную и в мою жизнь. В наши жизни! Мою и Алисы…
Чёрт! Алиса!
Быстро вскакиваю на ноги, избавляюсь от платья и наспех надеваю свою одежду. Распахиваю ширму, лоб в лоб сталкиваясь с продавщицей.