Зависимый-2. Я тебя верну (СИ)

Дочка нервно кусает губы, явно не решаясь высказаться. А я почти не дышу. Застываю в ожидании того, что именно хочет сказать Алиса.
И Спартак молчит, глядя в глаза дочери. Сейчас он кажется особенно открытым и от этого — уязвимым.
— У тебя такие же глаза, — наконец произносит дочка смущённо. — Такого же цвета, как у меня, — а повернувшись ко мне, практически требует моей поддержки: — Ведь правда, мамочка?
Боже…
Я с трудом сглатываю горький ком в горле и выдавливаю:
— Да… такого же цвета.
— А у папы глаза серые, — продолжает Алиса выдавать какие-то свои детские умозаключения.
А может, не настолько они и детские?..
— Так, ладно… На сегодня достаточно! — резко поднимаюсь с колен. — Нам уже пора.
Бросив взгляд на запястье, сверяюсь с часами. Мы уже больше часа здесь. А ещё нужно добраться до торгового центра. Позвонить Ивану…
— Ну, мамочка… — протягивает Алиса, надувая губки. — А когда мы ещё придём?
Я смотрю на Спартака и ищу в его взгляде поддержку. Прямо сейчас он должен отпустить нас. Алиса пока не готова к правде, да и я тоже.
— Завтра, — отзывается Спартак, снимая перчатки с дочери. — Вы можете прийти завтра.
— Правда? — дочка с мольбой смотрит на меня.
— Не знаю… Завтра?
Кусаю губы. Объяснять Алисе при Спартаке, что завтра суббота, и её папа весь день будет дома, мне не хочется.
— Ну пожалуйста! — взмаливается дочка, сложив ладошки вместе.
— Мы попробуем, — бросаю я неопределённо.
— Попробуйте, Тась, — Спартак проникновенно смотрит мне в глаза.
Я этого не выдержу… Нужно срочно уходить.
— Пойдём, Лисёнок.
Разворачиваюсь и иду к выходу из спортзала. Когда оказываюсь в коридоре, Алиса хватает меня за руку. Я чувствую, как Спартак идёт вслед за нами. Мы проходим сквозь гостиную, попадаем в прихожую. Он помогает Алисе одеться. Всё делает так, словно у него в этом вопросе колоссальный опыт. Да и вообще, они прекрасно спелись за такое короткое время.
— И кто же твой муж, Тась? — неожиданно грозно рычит Спартак мне в самое ухо, когда мы почти выходим из квартиры.
Алиса переступает порог первая. А меня Спартак хватает за локоть, удерживая на месте.
— Я… Ты же не хотел знать, — без подготовки ответить на его вопрос не просто сложно, а почти нереально.
— А теперь — хочу! — отрубает он. — Меня беспокоит то, как он обращается с ней, — кивает на Алису. Говорит очень тихо, но как-то до мурашек устрашающе.
— Давай не будем всё усложнять, — наконец нахожу в себе силы ответить.
Резко выдернув руку, выхожу в коридор.
— Пока, Лисёнок, — добродушно говорит Спартак, глядя на Алису. Но когда его взгляд возвращается ко мне, из него летят искры недовольства и решительности.
И я почти уверена, что теперь Спартак всё выяснит сам!
  
Глава 10
 
— Я вот понять не могу, Тась. Так уж сложно купить чёртово платье?
Андрей рывком сдирает часы с запястья и бросает их на прикроватную тумбочку. Переводит взгляд на меня, и черты его лица ожесточаются.
— Я же сказала, что купила его! — отвечаю с несколько наигранным возмущением. — И объяснила тебе, что отдала его там же, в торговом центре, немного ушить. Оно мне велико.
На самом деле я просто забыла чёртово платье. В квартире Спартака! И теперь мне нужно как-то умудриться за ним вернуться…
— Ладно, будем считать, что я тебе поверил, — отмахивается от меня Андрей, словно не купился на мои выдумки. — Давай лучше спать. Завтра чертовски сложный день…
Оставляет свою трость возле кровати и, устроившись на ней, поворачивается набок, ко мне лицом. Я натягиваю одеяло под самый подбородок, чтобы муж не шарил по моей ночной сорочке похотливым взглядом.
Иногда с ним такое бывает…
Месяцами будто и не видит во мне женщину, а потом вдруг начинает зажимать по углам и вести себя крайне пошло. Совершенно забывая, что эту — интимную часть наших отношений — мы давно обговорили.
Да, по паспорту я его жена. И ношу его фамилию. И должна соблюдать чёртовы правила. Но всё остальное у нас просто не склеилось. Его желания на нас двоих было просто недостаточно.
 
Между нами повисает напряжённое молчание. Андрей не сводит с моего лица глаз, когда протягивает руку и прикасается к щеке. Невесомо проводит по ней подушечками пальцев.
— Сложный день? — спрашиваю у мужа немного нервно.
Щека горит в том месте, где он прикасается, и я пытаюсь отстраниться. Верчу головой из стороны в сторону в попытке сбросить его руку.
— Да, сложный, — задумчиво протягивает он, словно не замечая моих конвульсий. — Хочу провести несколько важных сделок, чтобы освободить неделю на отпуск.
— Отпуск?
Резко замираю. Кажется, начинаю задыхаться.
Андрей знает о подарке своей матери?
Муж медлит с ответом. Его рука ползёт к моему подбородку, и он сжимает тот двумя пальцами. Подаётся ко мне и прикасается губами к моим губам. Сначала невесомо… Однако не встретив сопротивления, углубляет поцелуй… Но не дождавшись от меня ответной реакции, резко отстраняется и с шумом втягивает воздух сквозь плотно сжатые зубы.
— Да, отпуск! — отчеканивает Андрей, возвращаясь на свою подушку. — Хочу, чтобы мы с тобой хоть ненадолго свалили из этого города.
— Я не оставлю Алису одну, — тут же заявляю непреклонно.
Резко сажусь и смотрю на него, не скрывая злости.
Неужели силой посадит меня в самолёт?
— Тась, — Андрей устало вздыхает, — Алиса будет не одна, а с моей мамой.
Да это ни черта не успокаивает!
— К тому же мы просто обидим мать, если не примем подарок. Она уже купила путёвки.
— Тогда давай полетим вместе с Алисой!
— Нет! — тут же отрезает Андрей. — Разве ты не видишь, что я пытаюсь наладить наши отношения. Наши с тобой! Алисе не место в этом путешествии. Неужели ты даже попытаться не хочешь, Тась? За что так меня ненавидишь? Я же помог тебе и твоей дочери! И маме твоей помог бы, будь ты более сговорчивой в самом начале.
Я кусаю губы, потому что мне нечего ему ответить. Швырять в него обвинения в том, что он своей помощью просто вынудил меня за себя выйти — не самая безопасная тема. Сейчас рядом нет Захара, который, в случае чего, мог бы меня защитить от разгневанного мужа. Теперь я не знаю, на что может пойти Андрей, учитывая перемены в его настроении в последнее время.
— Мы полетим во Францию! — вновь отрезает он, отворачиваясь от меня.
Нет!
Нет! Нет! И нет!
Кусаю губы с ещё большей яростью. Протест ядовито клокочет в горле, и я уже не могу сдерживаться. Но прежде чем открываю рот, чтобы обрушить весь свой гнев на мужа, до моих ушей долетает радостный лай Тайсона. И звучит он не с улицы, где ему положено сейчас находиться…
— Твою мать, она опять притащила собаку в комнату! — взрывается Андрей и молниеносно вскакивает с кровати.
Я тоже вскакиваю. Накидываю халат и едва поспеваю за ним, пока он, нещадно хромая, стремительно идёт по коридору к комнате дочки.
— Андрей!!
Возле самой двери успеваю перехватить его, вцепившись в руку.
— Что, Тась?! — резко развернувшись, смотрит на меня обвиняюще.
— Что ты намерен делать?
— Убрать чёртового пса из своего дома! Пса, которого тебе подарил Спартак! — выплёвывает муж мне в лицо.
Пропускаю его ядовитые слова мимо ушей и говорю как можно спокойнее:
— Я сама уведу его на улицу. Ты напугаешь Алису!
Чувствую, как меня начинает колотить от злости. Сама я могу стерпеть многое, расплачиваясь за помощь Андрея уже целую вечность. Но моего ребёнка не коснутся наши больные отношения!
— Сама она! Давно ли ты сама что-то можешь? — муж практически рычит мне в лицо и скидывает мою руку со своего запястья. Его кулак неожиданно врезается в стену возле дверной коробки, и я подпрыгиваю. — Ладно… — выдыхает Андрей, зажмурившись. — Иди сама! Но это последнее предупреждение.
Резко развернувшись, он идёт обратно в нашу спальню. Позабыв там трость, держится за стену и вновь выглядит жалким. Мне хочется выть от этого зрелища.