Алый жакет

— За красавицу Глорию! — С этими словами его дедушка поднял бокал, едва все успели сесть. — И пусть она составит достойную пару молодому Филипу.
Молодой Филип окинул взглядом присутствующих. На этот обед явились все. Его родители, дядя, брат и сестра, их супруги, кузены, дети — все. Стало ясно, что они неправильно поняли причину, по которой он собрал их вместе. Он сделал попытку поправить их.
  
— Глория работает в компании «Фаст Фудс» и неплохо разбирается в нашем бизнесе.
Дед просиял.
— Прекрасно. Вдвоем вы горы свернете.
— У нее есть некоторые соображения по поводу расширения рынка. — Фил не сдавался, упорно пытаясь повернуть беседу в нужное русло. — Она привезла с собой интересные разработки.
Его дед хихикнул.
— Тебе незачем было делать это, девочка.
— Да, я привезла с собой некоторые материалы, — спокойно произнесла Глория. — Чтобы вы могли принять правильное деловое решение.
Глория решила, что спокойным тон ее ответа назвать было нельзя. Возможно, в ней помимо ее воли заговорило раздражение. Трудно сказать наверняка. А вот Фила все происходящее явно начинало злить.
— И как же вы познакомились? — спросила мать Фила.
— Фил переехал жить в жилой комплекс, где находится и моя квартира, и сейчас он начинает свое дело.
— Ну и как твои успехи, дружище? — со смехом выдавил из себя его брат.
— Нормально. — Фил не собирался обсуждать, как далеко он продвинулся со своими тренажерами, потому что не хотел уводить разговор в сторону от предложения Глории. Это означало, что ему предстояло стоять под душем критических вопросов и язвительных подколок со стороны брата и кузенов, но, черт возьми, если все закончится успешно, дело будет стоить того.
И тут все испортила Глория, вставшая на его защиту и оказавшая тем самым медвежью услугу ему и себе.
— Все идет как нельзя лучше! Прототип тренажера по эскизам Фила уже готов и проходит стадию испытаний.
— Сдается мне, скоро нам придется искать твое имя в списке «Фортуна 500», — прокомментировал реплику Глории кузен, сидевший на дальнем конце обеденного стола.
Это вызвало еще один взрыв смеха, который продолжался, пока не заговорил дед.
— Хватит нашему Филу тратить время на всякую чушь теперь, когда он привез к нам Глорию. Я всегда говорил, что удача сопутствует только женатым. Они знают, ради чего рискуют.
— Но зато им приходится отвлекаться на посторонние дела, — сказал Фил.
— Хватит, Фил. Ты же умный парень, и единственное, что тебе всегда мешало, так это то, что ты все никак не можешь остепениться и осесть.
Такого он еще не слышал и потому был застигнут врасплох. Он молчал, не зная, что ответить.
— С такой женщиной, как Глория, — продолжал дед, кивнув в ее сторону, — кто знает, как далеко ты мог бы пойти?
— В самую точку! — сказал отец Фила и поднял свой бокал.
С точки зрения Глории, вряд ли кто-либо смог бы написать худший сценарий всего того, что происходило, даже если бы за него был обещан солидный гонорар.
Одного взгляда на лицо Глории было достаточно, чтобы Фил понял, что этому пора положить конец. Он встал и посмотрел сначала налево, затем направо. Тишина воцарилась довольно быстро. Мать вцепилась в руку отца. Все напряженно ждали. Они думают, что он собирается объявить о своей помолвке с Глорией. Ну что ж, объявление будет.
— Глория явилась сюда не в качестве моей будущей жены. Все вы неправильно поняли цель нашего приезда, и это ставит нас обоих в неловкое положение. Она находится здесь, потому что у нее есть деловое предложение, которое, как мне кажется, вы должны выслушать. Вот и все. — Он сел на место.
Глория испытала самые разнообразные чувства. Ей было неприятно слышать утверждения Фила насчет того, что она не является его будущей женой, хотя ей, в принципе, должно было быть все равно. Не раскисай, одернула она себя.
Естественно, его семье хотелось, чтобы у Фила появилась корпоративная жена, такая, какой была ее мать для отца и какими были все присутствующие тут женщины. Неудивительно, что Филу хотелось бы порадовать свою семью. В этом была своя логика, но быть корпоративной женой — не ее удел. Даже ради Фила она не готова поступиться своими целями. Даже ради него.
Но ведь он и не просил тебя стать его женой, верно?
Потому что он знает, что я скажу «нет». Ой ли?
— Да! — сказала Глория вслух и тут же почувствовала на себе взгляды всех, кто сидел за столом. — Клюквенный соус. С целыми ягодками. Мой любимый.
— Секрет рецепта Чатни передается в нашей семье из поколения в поколение, — нарушила неловкую паузу бабушка Фила. — Я поделюсь им с тобой, дорогая.
Оставшаяся часть обеда прошла в приглушенных тонах. А затем все выслушали выступление Глории, которая раздала им копии своего доклада с таблицами и красиво вычерченными диаграммами.
Однако взамен, кроме вежливого внимания, они с Филом ничего не получили.
— Прости меня. Я никак не думал, что так получится, — тихо сказала Фил, едва они очутились наедине.
Они спустились с крыльца. Небо мрачно нахмурилось, а по земле мела поземка. Крупицы снега попадали за шиворот и, уколов холодом, таяли на шее.
— Я тоже виновата, — отозвалась Глория. На нее нашло какое-то оцепенение. Она с глупой беззаботностью связала все свои надежды с дедушкой Фила, а тот увидел в ней лишь потенциальную жену для своего внука.
— Но я виноват еще больше, — мрачно произнес Фил и потянул руку за ключами от машины. Ветер ослаб, и на небе среди свинцово-серых туч появилась не очень светлая, но все же явственно выделяющаяся проталина, за которой угадывалось слабое зимнее солнце. Он открыл дверь машины и придержал ее, чтобы Глории было удобнее садиться. — Я знаю, что тебя преследует кошмар — стать однажды чьей-нибудь корпоративной женой, и ты думаешь, что мне нужна именно такая супруга, но ты не подходишь на эту роль и поэтому не хочешь связывать себя даже интимными отношениями. У меня это в голове не укладывается. Ведь ты — богиня секса. Вспомни нашу фантастическую ночь. Зачем подавлять в себе зов пола?
Глория рассмеялась против воли.
— Моя голова была занята презентацией. Мне было не до секса.
Фил тихо сказал:
— Как ты могла забыть о том, что было между нами. Ведь это не поддается описанию. Если у тебя случится временная потеря памяти, я буду рад помочь тебе освежить ее в любое время.
— Ты пытаешься меня рассмешить, но это плохо тебе удается.
— Ты воспринимаешь все слишком серьезно.
— А ты нет. — Она вздохнула. — Ты слышал, что они сказали? Ты должен остепениться, обзавестись семьей.
— Меня не волнует ни в малейшей степени то, что они сказали!
— Нет, волнует. — Она сделала паузу, дав ему время обойти вокруг машины и сесть на место водителя. — Тебя это волнует настолько, что ты на несколько месяцев перевернул свою жизнь кверху ногами, сделал из нее бедлам. И все для чего? Чтобы попытаться воссоздать этапы трудного, но победного пути твоего дедушки в этой стране? А если по правде — неужели ты ни разу не нарушал правила своей игры?
— Ну… Новый год, и еще смокинг.
— Но ведь ты купил подержанную вещь.
— Значит, нет. Пока что я играл честно.
— Я восхищаюсь тобой, — сказала Глория совершенно искренне. — Но мужчина, который идет наперекор своей семье, должен поступать иначе. В противном случае, исчезает логика.
— Глория, я поставил перед собой цель и принял вызов потому, что нахожу это увлекательным. Все то, что я делаю, очень интересно и дает мне дополнительный приток энергии, если хочешь знать. Если бы я делал это только ради того, чтобы заслужить их одобрение, вряд ли это доставляло бы мне удовольствие. И если я не похож на человека, который идет наперекор своей семье, так это потому, что до сегодняшнего вечера у меня не было никаких причин делать это.
  
— Думаю, что у тебя их нет и теперь, — решительно произнесла Глория, стараясь не слушать свой тоненький, протестующий внутренний голосок, пробивавшийся, наверное, из подсознания. — Я хочу строить свою жизнь по-другому.