Магическая таверна (СИ)

Дальнейшее воспринималось урывками.
Шарсу кричит. Это больше похоже на клёкот, как у птицы — так он тоже колдует, и на лбу Лэйда вздуваются жилы, ему тяжело держать. Каким-то образом пленённый шарсу рвёт сдерживающие его путы и выбирается на свободу. Злобное существо оглядывается.
Гэллаис кидает в него светящуюся сферу. Мощная бомба, закачанная силой нескольких артефактов, врезается в недочеловека. Летят перья, кажется, выжить после такого невозможно.
Алый свет пентаграммы сначала схлопывается, а потом усиливается в разы. Воздушной волной выносит дверь, выворачивает камни проделанного Даэлем прохода. Взрыв разносит подвал в щепки, сияет ослепительный свет, но алый пробивается сквозь него, несётся к нам.
Даэль обращается драконом. Словно в замедленной съёмке я наблюдаю, как он крушит всё вокруг своей тушкой, продолжая прикрывать меня. Он огромный, доламывается часть стены, разлетается убогая мебель и бо́льшей своей частью дракон вываливается из тесной комнаты, бешено хлещет хвостом. Алый свет врезается в чешуйчатый бок, и Дан рычит. Оглушительно ревёт от боли, пышет жаром. Ювелирно клацает зубами рядом с окаменевшим от шока советником, но нет, не кусает, а с особым садизмом наступает на оборотня чешуйчатой лапой. От любителя порталов не остаётся и мокрого места, я даже успеваю увидеть последний ужас на его лице. Дракон снова ревёт. Когти взрывают каменный пол словно картон.
Сбоку своя битва. Шарсу ещё цел, хоть это удивительно. Гибкие путы воды гоняются за ним, он уворачивается, но сосредоточенный нахмуренный Лэйд не намерен уступать. Гэллаис сыплет заклинаниями. Даже Тео что-то творит. Против такого магического напора злодею не выстоять.
А мой дракон вдруг как-то странно застывает и смотрит на суету.
— Даэль!
Огромная голова обращается ко мне. В чешуйчатой груди закипает пламя. Я вижу, как оно разгорается, разливаясь по контурам чешуек, подкрашивает чёрный цвет. Сейчас дыхнёт. Узкий драконий зрачок как ход в другую Вселенную и этот зрачок пристально изучает меня. Ноздри на драконьей морде трепещут. Мощный взрыв сбоку обжигает тело. Сносит с места, словно тряпичную куклу, отправляет в бреющий полёт. Взрывная волна разом выдавливает из лёгких воздух. Меркнущим сознанием улавливаю, что лечу на развороченную в хлам стену, а значит приземлюсь прямо на камни. 
  
Эпилог 1. Таинственный
 
— Принёс?
— Да.
Свёрнутый аккуратным четырёхугольником кусочек ткани был извлечён из кармана и предъявлен.
— Девчонка клюнула на этот платок, как Вы и предполагали, мой лэр.
Оба собеседника долго смотрели на ничем не выдающийся лоскут шёлка, думая каждый о своём.
— Разверни, — наконец приказал первый. Его голос хрипло раздался в гулком пространстве, отразившись от сводов. — Хочу ещё посмотреть.
Второе существо подчинилось. Коричневатыми, с длинными изогнутыми когтями пальцами он развернул платок и разложил его на ладони, являя рисунки взгляду своего лэра. Какое-то время оба визави снова молчали, внимательно рассматривая символы, изображённые на платке. На блёклом контуре материков Эсшаора располагались более яркие круги с разнообразными символами в каждом. В центре красовались скрещенные меч и свиток, а вокруг них — хоровод юных лун. Первый раздражённо нахмурился. Яркие, угольно чёрные с красным отливом жёсткие перья взъерошились, выдавая его неудовольствие. Шевельнулись на плечах и верхней части спины, приподнимая роскошный «воротник», ниспадающий с затылка почти до талии. Существо нахохлилось и стоящий у трона на ступенчатом возвышении подчинённый невольно повторил движение.
— К сожалению, без самой девчонки этот лоскут бесполезен, — с опаской и со всей возможной почтительностью проговорил он. — Простите, мой лэр. Каким-то образом иномирянке удалось расшифровать первый. Я полагаю, она сможет и второй. Но её захват сорвался, так как девушку защищал весьма агрессивно настроенный принц Танар'ри.
— Рыжий?
— О, нет. Старший из братьев.
— Ну да.
 
Взирая на платок светло-карими, пугающими глубокой желтизной глазищами, существо хрипло каркнуло-засмеялось.
— Мальчик решил, что она его избранная.
— Мальчик, — второе существо усмехнулось, не теряя при этом почтительности. — Этот мальчишка разнёс половину дворца. Обернулся драконом и слетел с катушек. Девчонка действительно его избранная. Были зафиксированы потоки энергии между ними, словно они общались мысленно. Это… впечатляет.
— Весьма, — сухо подтвердил первый. — А я думал вымирают не только редкие виды животных, но и редкие виды чувств. Никто не верил, что между драконом и человечкой способна установиться такая привязанность. Мы недооценили. Подобного не было уже много лет.
— Со времён первых Танар'ри.
— Ох уж эти Танар'ри. — Перья сидящего на троне существа взъерошились ещё больше. — Я насмотрелся, убирай, — приказал он. — Так что с мальчишкой?
Лоскут шёлковой ткани вновь исчез в карманах явившегося на доклад вассала. Убирая, он не торопился отвечать, создавалось впечатление что раздумывал, но в то же время знал, что ждать не будут бесконечно, тем более терпеливо. Так что лучше поторопиться.
— Он потерял память. Мальчишка теперь почти что дикий, периодически впадает в неистовство. Потребуются мощные артефакты и неизвестно какое лечение, чтобы он восстановился. Однако все его рефлексы стража сохранились. Это удивительно. После того заклинания он должен был впасть в детство.
— Плохо, это плохо, — прошелестел голос. — Столетия планирования и всё разваливается из-за какой-то иномирянки. Держите Танар'ри подальше от избранной, он нестабилен. И прикажите подсовывать забывающее питьё.
— Но… Вместе они синхронизируются и найдут сокровищницу, что нам выгодно. Они теперь связаны. Если что-то случится с Танар'ри, пострадает и человечка. Я думал…
— Не надо думать! — рявкнул обладатель чёрно-красного оперения. — Нельзя допустить, чтобы они нашли сокровищницу. Ещё рано.
— Как скажете, мой лэр. Приложим все усилия.
— Тем не менее, в расшифровке платка без человечки нам не обойтись, — раздумывающе проворчал первый. — Не трогать её пока. Понаблюдаем.
Фигура вассала почтительно склонилась в поклоне.
— Мой лэр, к сожалению, есть ещё одна плохая новость…
Голоса существ зашуршали под каменными сводами. Это был мрачный огромный зал, по которому при желании могли проехать четыре конника в ряд в полном боевом облачении и при этом не помешать друг другу. Длинный неф [25] ограниченный мощными квадратными колоннами тянулся до самого трона, два похожих нефа, но поменьше высотой шли параллельно, отделяемые от основного толстыми арками, такими же подавляющими, как столбы. Вот только конникам неоткуда было взяться в этих холодных горах, как и некому было наблюдать исполинского размера статуи, замершие в арочных проёмах бессменным караулом. Равнодушные лучи солнца скользили по ним, просачиваясь в круглые окна под потолком, текли по каменным лицам, по скрывающим фигуры балахонам. Справедливости ради стоит сказать, что некоторые фигуры были женскими — они стояли, запрокинув головы к потолку-небу, раскинув в стороны руки-крылья, с детально проработанным каждым пёрышком, а некоторые птичьими. Самые поражающие навеки замерли в полу форме, впиваясь когтистыми лапами в постаменты. Красивыми их могли бы назвать разве что инфантильные рассказчики, склонные всё романтизировать. Статуи подавляли и пугали. Горбились пернатые спины, скалились хищные зубы, всматривались в пустоту зала зоркие глаза, похожие на ящик Пандоры с заточёнными внутри ужасами.
 
— С Найтесом разберёмся позже, — прошелестело властное существо на троне, таком же массивном как всё вокруг, в ответ на доклад. — Я догадываюсь, почему ему вздумалось играть по своим правилам.
— И мы потеряли очень важного агента, после схватки со стражами. Ди Шетиэ не вышел на связь. Полагаю, он уничтожен. Как и преданный нам оборотень. Досадная потеря, так как они оба были весьма полезны. Гирш Фан поставлял с Лонгании преданных рабов, пополняя ряды «Щита и Когтя». Потребуется время, чтобы найти других.