Магическая таверна (СИ)

— Ушёл! — скрипнул зубами Даэль. — Снова ушёл!
Лэйд и Гэллаис замерли на полпути, бросившись хватать врага.
— Обожаю оборотней, — заключил блондин, наблюдая за остаточными всполохами портала. — А у этого нездоровая тяга к магическим перемещениям.
— Можно вычислить куда он отправился? Примерно? — подскочивший ко мне Даэль с волнением заглянул в глаза. — Ты в порядке? — тихо прошептал он.
Я кивнула. Голова гудела, перед глазами плавали разноцветные точки после магических взрывов, но это были мелочи по сравнению с тем, что я могла обуглиться, как прикрывшее меня кресло.
— Как раз занимаюсь этим вопросом, — ответил Даэлю Гэллаис.
А Лэйд помог Тео выбраться из-под стола. Бедняга был белее мела. Кажется, он вообще потерялся от стремительности развернувшихся событий.
— Я помогу с выяснением портала, — пролепетал он.
Всё-таки учёный в нём неискореним. Теперь можно было выдохнуть и оглянуться по сторонам. Комната… впечатляла. Когда-то роскошный кабинет главы академии лежал в руинах. Всё, что могло быть сломано щепками валялось на полу, книги сгорели, стол обуглился, со стёклами вообще беда. Ни одного не уцелело. Кресло дотлевало живописной горкой угольков. Вестальд Ирр мрачно посмотрел на него:
— Это намёк что пора передавать должность другому? — угрюмо проговорил он. — Когда вы ввалились всей дурной и ярой компанией, я хвостом чуял неприятности.
Прерывая его слова в кабинете раздался мелодичный перезвон и в воздухе раскрылась серебристая арка портала. Торжественная и нарядная, такая могла принадлежать только императору, мы все это сразу поняли. Венценосный родитель Даэля пользовался правом властителя страны и проходил порталом куда угодно. Он опоздал всего на минуту, иначе увидел бы массу интересного. А так довольный взгляд императора натолкнулся на впечатляющую разруху, и мужчина онемел.
— Что тут произошло?! — властно воскликнул он. — Почему кабинет выглядит, будто по нему потоптались драконы?
Собственно, так оно и было. И не только потоптались.
Играя желваками на скулах, император оценил колоритный вид сына. Он не тронулся с места, но глаза у него потемнели, а выражение лица стало кровожадным. Чувствовалось, виновнику нападения не поздоровится.
— Кэнстин?
— Советник Гирш Фан оказался предателем и хотел убить Нику, — лаконично отчитался Даэль.
— Что? — император шокировано изогнул бровь. На лице отразилась крайняя степень изумления. — Мой советн… Ладно, разберусь. И снова в эпицентре твоя избранная.
Прищурившись, император шагнул ближе ко мне, сосредоточенно изучая лицо. Мне даже поплохело от такого внимания. Я как-то не привыкла, чтобы меня императоры разглядывали. От этого мужчины веяло силой и властью, а глаза были подозрительно похожи на глаза Даэля. Только у Даэля они были серыми, часто темнели, как грозовое небо, а у императора серо-голубыми, но с такими же янтарными всполохами возле зрачка. Похожесть улавливалась и в абрисе губ, гордом профиле. Фамильное родство у мужчин налицо. И император тоже огненный дракон, догадалась я, пугаясь веющей от него силы.
— Отец, — предупреждающим тоном проговорил Даэль, закрывая меня от него крылом.
Император вздохнул.
— Какой прогресс. Надо почаще разглядывать твою избранную. Ещё немного и на письма отвечать согласишься.
Он покосился на пол, где посреди разрухи и дотлевающего ковра лежало частично обугленное письмо с золотыми вензелями. Бумага, очевидно, была жаропрочной, раз не сгорела. После такого этот представительный мужчина уже насмешливо воззрился на меня. А я вдруг вспомнила рассказ Даэля, что император быстро утешился в объятиях другой женщины, когда жена и мать его сына пропала, и перестала трепетать в испуге. И даже умудрилась изобразить положенное случаю приветствие. Правда подозреваю, что полускрытая за крылом Танар'ри, выглядела нелепо. Властитель Эсшаора хмыкнул.
— Вы идёте со мной, — тоном, не терпящим возражений, заявил он взмахом руки поднимая уцелевшее письмо в воздух и притягивая к себе. — Отныне вы живёте во дворце, и я обеспечиваю вашу безопасность.
 
Даэль перехватил письмо на подлёте.
— Достаточно приглашения на бал. Понял, учёл. Придём.
Император нахмурился, метая молнии взглядом. Кажется, я начинаю понимать, почему у них с Даэлем нашла коса на камень. Гэллаис, Лэйд и семейство Ирр делали вид, что их тут нет, с преувеличенным вниманием изучая разруху. А у меня в голове нещадно закружило. Сказалось нервное напряжение. Ноги подкосились и, если бы не Дан, за которого я ухватилась, я бы упала. Даэль тут же подхватил меня на руки, прижимая к груди.
— Что с ней? — озадачился император.
Что ответил Даэль я не расслышала, так как голову окончательно повело и сознание потащило по обрывкам затухающих звуков, выключая.
— …отнесу её в комнату, — донеслось до меня.
Дальше голоса стали ещё тише и глуше. Не знаю, чем закончилась встреча с императором, потому что дальше я бессовестно наслаждалась теплом и надёжностью, исходящими от Даэля. «Приятно-то как», — шелестело в голове. Дан нёс меня по коридорам, я ощущала покачивание, стук мужского сердца под щекой и тело плавно погружалось в расслабляющую истому.
  
Глава 22. Яркий бал не всегда на пользу
 
…Мы усваиваем мало из побед, и многое из поражений
Тусклый полумрак разливается над сокровищами на полу. Они позвякивают, приятно рассыпаются под ногами, стопы утопают в золотой подстилке по щиколотку. Знакомые, уносящиеся ввысь потолки. Как и аура силы, витающая вокруг. На этот раз она не выпихивает, а кружит рядом, ластится к коже, её прикосновения словно касания шёрстки, только не котёнка, а грозного хищника, за бархатной мягкостью которого скрываются стальные когти: расслабляться не стоит.
Я иду, ощущая упругое сопротивление монет. Впереди две плиты, две могилы. Мощный драконий хвост обвивает ложа, его шипы грозно торчат из золотой подстилки, монеты как продолжение чешуи… Всё здесь застыло во времени, выглядит так же, как в прошлый раз. Остановившись на почтительном расстоянии, вглядываюсь в застывшие фигуры. Я уже знаю кто это. Маэдо Ридэль Танар'ри и Алиенора Танар'ри. Дракон-бунтарь со своей возлюбленной демонессой. Император, выбравший любовь вместо власти и женщина, отдавшаяся любви безраздельно, хотя её и мужчину много чего разделяло. Предки Даэля.
Белёсое марево заволакивает обзор. На минуту отвожу глаза, а когда смотрю снова, то одно ложе выглядит пустым. Да, точно! Шаг вперёд позволяет убедиться в этом. Вздрогнув, панически оглядываюсь. Император-дракон с величественным мечом в руках продолжает лежать, а женская фигура со своего места исчезла. Никак хозяйка усыпальницы решила поприветствовать меня лично. Я пячусь, но звон монет меня выдаёт. Быть тихой не получается. Да ещё грозные шипы драконьего хвоста… Мне кажется или они сдвинулись, сужая границы?
Крепкая, но небольшая рука ложится мне на плечо, и я вскрикиваю. Бездна! Так и поседеть можно! Однако в фигуре, что до этого была невидима, как я не крутилась, угрозы не чувствуется. И мне жаль, что за глубокими складками плаща и широким надвинутым капюшоном не видно лица демонессы. Только тонкая рука указывает на изящество её владелицы. Алиенора протягивает мне свиток.
«Найди нас», — шепчет в голове голос. «Ближе по сердцу, чем по крови».
Она разворачивает меня к каменным плитам усыпальницы, и я вижу коленопреклонённую фигуру мужчины, над которой в полный рост стоит император Ридэль. И его огромный, сияющий чёрным огнём волшебного камня меч плавно опускается сначала на одно плечо мужчины, потом на другое. А рука Алиеноры начинает бешено меня трясти.
 
— Ника, Ника! — обеспокоенный голос Даэля настойчиво зовёт меня.
Никак не получается вырваться из тягучего сновидения, однако Даэль настойчив. Оказывается, за плечо меня трясёт он, а не Алиенора.