Магическая таверна (СИ)
— О, да ты с добычей, Даэль! — иронично проговорил Лэйд, подойдя и осмотрев нашу колоритную компанию. — Убегал за одним, а поймал двух. Судя по тому, как ты трепетно держишься за этого паренька, он тебе чем-то дорог.
— Привет, Лэйд.
— Ха! — услышав мой голос Сэмион сверкнул глазами. — Это и не паренёк вовсе. Ника, кто бы мог подумать!
Смутившись, я позволила заклинанию прерваться и иллюзорная личина стекла с лица как вода. Парни в ответ тоже преобразились. Неуловимо стали выше ростом, раздались в плечах, а Даэль снял маску. Я заворожённо пронаблюдала, как она трепещет «крылышками» в его руках. Прелесть! Изумительная штука. Хочу такую же.
— Даже не думай, — категорично заявил Даэль, убирая маску в карман, догадываясь о моих размышлениях. — Я всё ещё жду объяснений почему ты здесь, одна, когда должна быть в академии.
— А я не одна, — протянула я, решив, что лучше получать выволочку не в одиночку.
И оттягивая момент признания. Пока хозяйственный Гэллаис осматривал карманы бесчувственного беглеца, по-прежнему лежащему на мостовой, я размышляла о том, как помягче выразиться о «припылённом», чтобы мои слова не расходились со словами Тео. Лэйд тоже времени даром не терял. Склонившись над поверженным врагом, он оплёл его руки и ноги водными пу́тами. В темноте это выглядело как мерцающие голубоватыми отсветами всполохи, текуче обогнувшие запястья и щиколотки мужчины, пробираясь к нему под штанины. Очень вовремя к нам присоединился Тео. Иллюзия ложной внешности с него тоже сползла, и сын ректора шёл в своём истинном виде, таща за собой едва передвигающего ноги владельца лавки древностей. Толстый мужчина, с которым мы недавно пили, шёл сам, но еле-еле, отдувался, постанывал и весьма натурально на каждом шаге закатывал глаза, словно собирался вот-вот рухнуть в обморок.
— Куда ты меня тащишь? — на ходу причитал он. — Я не хочу идти. Рука болит и мне домой надо.
— Не притворяется, — заключил Гэллаис, когда Тео дотащил-таки лавочника до нужного места. — Рука у него болит. Зачем вам сдался этот человек?
— Ты за ним следила? — мгновенно подключился Даэль. — Этот толстяк что-то сделал?
— Да нет, не за ним, — недолго думая пояснил Тео. — Этот просто договаривался о чём-то в таверне с нужным типом. А вот уже тот собрался Нику убить. К сожалению, мы его упустили.
Даэль замер, осознавая сказанное.
— Что он собрался сделать?!
Бешенное драконье рычанье раскатилось по тёмному переулку. Лавочник, которого приволок Тео, глухо охнул и осел на подогнувшихся ногах, глаза закатил совсем не показательно и постарался слиться с темнотой.
Ох, Тео, Тео… Кто же так сообщает шокирующие новости?
— Я тебя чего просил? — напустился Танар'ри на Тео. — Присматривать за Никой! А ты вместо этого ломанулся с ней в самое пекло. К тому же я уверен, что идея отправиться в таверну принадлежит Нике, а ты её радостно поддержал!
— В таких случаях лучше поддержать и возглавить, чем сопротивляться.
— Рррр! — вместо слов несётся по переулку.
Кажется, пора смываться. Я потихоньку отступила от Даэля на крохотный шажок, но Танар'ри немедленно перестал рычать и уставился на меня, подозрительно прищурившись. Я отступила ещё на шажок.
— Куда?! — прошипел Даэль, и подхватил меня под локоток.
Вроде ласково. Со стороны вообще могло показаться что чувственно, но я-то ощутила какими стальными капканами сомкнулись на теле его пальцы! И вроде бы ничего особенного не сказал, а мурашки по спине побежали. Под лихорадочные удары сердца я выдержала его взгляд.
— Никуда, — заверила я дракона. — Тут гуляю.
— Ну-ну.
Тяжёлая рука переместилась мне на талию.
— Даэль, — зашипела в ответ я, начиная заводиться. — Прекрати вести себя как двинутый собственник!
— Драконы, к твоему сведению, большие собственники.
— Ты меня, может, тогда в клетку посадишь?
Даэль призадумался. Вид такой, словно идея ему пришлась очень даже по вкусу, а я похолодела. В родном мире своему жениху я оказалась не нужна. Стас выкинул меня при малейшем несоответствии ожиданиям, а тут ситуация обратная. Меня не желают отпускать ни в коем случае, и я не знаю нравится мне это или нет. Даэль мрачно сверкнул глазами, словно угадывая о чём я думаю.
— Чем плохо под моим крылом?!
Он снова рычит, тихо, но очень яростно.
— Предлагаю отправиться куда-нибудь, чтобы обсудить всё спокойно, — предложил рассудительный Гэллаис. — Тут совсем не место и не время.
— Да, — поддержал откровенно веселящийся Лэйд. — Я такого Даэля ещё не видел. Желаю насладиться новым Танар'ри в комфорте. Ведь погоня — это просто погоня. А хорошая ссора ещё и зрелище.
— Мы не ссоримся. — Даэль взял себя в лапы. — Но таверна для обсуждения дел сейчас не вариант.
— К нему, — Тео потряс толстяка, который старательно имитировал обморок. — Этот ныл, что живёт неподалёку и просил доставить его домой. Причём, когда понял, что я дракон, хотел прокатиться верхом.
— А ты что?
— А я не ездовой, — сын ректора обиделся. — И потом, у меня крылья слабые. Летаю я мало, потому что много времени провожу в лабораториях.
— Что ж ты тогда про способность лететь до Тол-Галлена нам заливал? — изумился Лэйд.
— В команду вступить хотелось, — честно признался Тео и преданно-преданно посмотрел блондину в глаза. — Примите?
— После такого очешуительного признания? Бегом на полигон, парень! Тренируй дракона.
Всё это время Даэль сурово смотрел на меня. Когда путь был выбран, Тео растряс лавочника на адресок, а Лэйд, крякнув, взвалил на спину так и не пришедшего в себя беглеца, Танар'ри молча взял меня за руку и повёл за собой. В неровном свете фонарей его лицо было затемнено, по чертам бродили искажающие тени, но зато хорошо был виден точёный профиль с упрямо выпяченным вперёд подбородком.
Идти оказалось недалеко.
— Лавка «Альтрийское гостеприимство», — прочёл Гэллаис и хмыкнул, отпирая двери.
Ключ ему ещё раньше протянул трясущейся рукой сам лавочник, пришедший в себя ровно настолько, чтобы дошагать до родного заведения и ошалевший от захватнического поведения драконов. Строго говоря, в нашем сборище были не одни драконы, присутствовали три человека, хоть полтора из них номинально, и эльф, но на фоне широкоплечих парней другой расы мы как-то терялись. Ещё и Тео крылья раскрыл. Лэйд шагнул внутрь первым, свалил с себя бесчувственную ношу и с наслаждением распрямил спину.
— Ты в следующий раз жертву не так крепко прикладывай, — посетовал он Даэлю, потирая поясницу. — Таскать эсшаорские тяжести удовольствие маленькое.
— Он покусился на Нику, — проворчал Дан. — Запустил в неё артефакт «дыхание ветра». Пусть скажет спасибо, что жив остался.
— А. — Лэйд покосился на лежащего кулем человека и пошевелил пальцами, добавляя магических пут. — Тогда заслужено. Только моя спина ни при чём.
— Строго говоря, он не эсшаорец, — вставила я, припомнив как человек кричал и ругался. — Он разговаривал на языке моей Родины.
Высвободив руку из захвата Даэля, я прошла в лавку и онемела, забыв обо всём. Танар'ри тоже шагнул вперёд, молча замер за моей спиной. Тео зашёл следующим, протиснулся между собратьев и также застыл столбом, оглядываясь.
— Ничего себе, — присвистнул он.
Мы увидели необыкновенное.
Судя по входу лавка должна была оказаться небольшой, но внутри нас ждало огромное организованное пространство с красиво размещёнными вдоль стен полками. Вернее, как таковая полка стояла одна, располагалась по длине стены — правой, но зато выглядела настолько внушительно, что дух захватывало. Пафосная, из красного дерева, с выступающими через равные промежутки разделяющими столбиками, она от пола до потолка была забита книгами, даже на вид очень древними. Корешки фолиантов тускло отсвечивали в полумраке, столбики потрясали проработанной тонкостью резьбы и упирались в потолок, заканчиваясь помпезной лепниной, позолоченной и очень пышной. Лепнина изображала то ли закрученный цветок, то ли пасть неведомого зверя, скалящегося из цветка, играя воображением. Колоритная полка переходила в не менее эффектную стену, притягивающую взгляд сразу от входа. Тоже из красного дерева, украшенная богатой резьбой, на ней среди прихотливых завитушек и резных овалов застыли в разнообразных позах фигуры разных существ и животных. Большинство из них изображало обычные сцены из жизни, но внимание перетягивали выполненные почти в натуральную величину и выпирающие из панно образы полуобнажённых танцовщиц. Их груди и бёдра блестели глянцем благородного дерева, оставляли полное ощущение тёмной кожи и замершего вот-вот движения. Вырезанные украшения едва прикрывали стратегические места (а кое-где и не прикрывали), и отблёскивали в полутьме позолотой, как и лепнина. Гипнотизирующее эротизмом панно делилось надвое небольшой, по сравнению с первой, но зато округлой, сильно выдающейся вперёд полкой, отчего создавалось впечатление, что она может провернуться вокруг своей оси, открыв тайный ход в некое подземелье.