Магическая таверна (СИ)
В тот же вечер мы поехали смотреть жильё. Квартира оказалась хорошая, в ней напрашивался совсем маленький косметический ремонт, отсутствовала кое-какая мебель, но в целом это были хоромы! С гордостью я начала планировать как обустрою наше гнёздышко. Подгрузив сайты с мебелью, я показывала Стасу приглянувшиеся шкафы, полки и кровать, не замечая, что мой почти муж внезапно помрачнел и в выборе участвует неохотно, отговаривается общими фразами. Он даже начал бурчать что-то вроде: «Ника, не торопись», но я не приняла во внимание. Решила, что он обязательно порадуется, оценит мои усилия, когда увидит, как изменится наше жильё. Как же я ошибалась! Увидев сумму заказа, Стас впал в уныние и резко сообщил, что мы поживём так, как есть. А я вдруг внезапно выяснила, что все деньги, которые мы вдвоём собирали, находятся на его личной карточке. Раньше я тоже не придавала этому значения, согласившись с женихом, что хранить наличность в конверте дома — это неразумно.
Впервые я столкнулась с тем, чтобы умолять и выпрашивать. По непонятной причине Стас обживать наше жильё не хотел, а когда я всё-таки на свой страх и риск заказала шкаф и с гордостью продемонстрировала ему выбор, грянула буря. Стас вскочил, грохнул кулаком по столу и начал орать, чтобы я не лезла куда не положено. Эти деньги его, я лично ничего не заработала, и не имею ни малейшего права тратить. Без его дозволения тратить.
«Не слушаешься меня?! По-своему сделала?» — брызгал слюной он, а я в шоке смотрела на него, не узнавая человека, с которым провела столько лет, так стремительно он изменился. Лицо перекосило, глаза побелели, он выдавал мне эпитеты, от которых кровь стыла в жилах. В моей семье никогда не обзывались, тем более такими словами.
«Я тебя проучу!» — гремел Стас. «Ты за каждую копейку мне отчитываться должна, потому что ты здесь никто, и это всё моё!»
А я думала мы заодно и друг друга понимаем…
При ссоре что-то сломалось у меня в душе и одновременно загорелось ответной яростью. Так жгло, что мне казалось, будто я сейчас совершу нечто ужасное. Даже картинка в воображении сложилась: из моих ладоней вырываются яркие лучи пламени и поджаривают Стаса до корочки. Это вышло настолько живо, так непохоже на обычную меня, что я сама удивилась дикому видению. Но зато ни капельки не усомнилась, что оно возможно. И впервые позволила себе рявкнуть на жениха, заявив, что наши отношения закончены. Пусть подавится всем своим!
Выскочив из квартиры на площадку, я бросилась к лифту, но потом передумала и пешком поднялась на этаж выше. Села на ступеньки. Слёзы душили меня. Обида захлестнула так крепко, что сдержать всхлипы не получалось и подспудно я ждала, что сейчас Стас одумается, кинется за мной в погоню. Он найдёт меня тут, попросит прощения за грубые слова и безобразной сцене найдётся объяснение. Однако Стас из квартиры носа так и не высунул, зато через пару часов, когда я, добравшись до нашего съёмного жилья собирала сумку с вещами, чтобы переночевать у подруги, позвонила его мама и стала кричать, что я зажралась, раз ворочу нос от её мальчика.
«Он себе другую найдёт, а куда денешься ты?» — поучала несостоявшаяся свекровь.
Одна часть меня ужасалась свершившемуся расставанию, боялась неопределённости и одиночества, а другая частичка души, неимоверно далёкая, но такая убедительная, кричала, что я поступаю правильно. Впервые за долгие годы.
У подруги я отсиживалась несколько дней. Полина поддерживала меня во всём как могла, а сегодня вечером, так и не дождавшись звонка от Стасика, я поехала на наше старое жильё сама, чтобы выяснить всё до конца. Раз жених не звонит и не пишет, то нужно выяснить почему. Каково же было моё удивление, когда замки на двери оказались поменяны, а на стук в дверь мне открыл едва одетый Станислав. За его спиной маячила полуголая девица.
«Кто там, Стасечка?» — с придыханием пропела она.
Мой ошалелый взгляд Стасечка выдержал героически и с ехидцей, ногой подпихнув к двери заранее собранную сумку:
«Пока, Ника».
Как же быстро он меня предал!
Горестно вздохнув, я отодвинула от себя чашку с безнадёжно замерзающим кофе. Не могу больше пить эти помои. И так на душе пакостно, а тут ещё гадкий вкус. Небывало чётко осознаю, что мне теперь некуда податься. Съёмная квартира не моя, Стаса видеть не хочу, а Полину стеснять дальше неудобно. У неё своя жизнь. Новым взглядом я осмотрела кафе, приглядываясь к скудным посетителям, вычисляя, кто из них местный. Спросить бы, есть ли в городке куда меня занесло какая-нибудь гостиница! Денег у меня немного, однако на один раз переночевать вне дома хватит. Посетителей, как на зло в кафе было мало, если не считать пожилую пару за соседним столиком, да молодого человека в соседнем зале. Он сидел так, что нам было хорошо друг друга видно и я поймала его заинтересованный взгляд. Тут же отвела глаза; достаточно с меня неприятностей от мужского пола! Отворачиваясь, поймала новый взгляд. На этот раз девушки-бариста, что сделала такой неудобоваримый кофе. Она смотрела на меня из-за стойки, фигура тонула в полумраке и издалека мне показалось, что её глаза блеснули жёлтым. Брр, чего только не померещится.
— Невкусный кофе?
Незаметно ко мне подобрался официант, между прочим очень подтянутый и симпатичный, и улыбнулся, одновременно смахивая со стола тряпкой несуществующие крошки.
— Вы так недобро покосились на нашу сотрудницу, будто она не угодила напитком.
Неужели мои мысли так ясно читаются на лице? Я смутилась.
— Нет, всё нормально, — соврала я, не желая обижать девушку, однако через секунду созналась. — Вкус у кофе на самом деле неважный. Не думайте, я не хочу никого обидеть, — поспешно добавила я, сообразив, что могу оставить бариста без премии, — приготовлено наверняка как всегда, но настроение поганое и вкус выходит ему под стать.
Официант понятливо усмехнулся:
— Бывает.
— А у вас есть комнаты? — тут же атаковала я, покосившись в сторону лестницы ведущей на второй этаж. Выглядела та по-домашнему уютно, с намёком. — Не сдаёте? Если я ошиблась, то посоветуйте что-нибудь в городе. Я тут впервые и нужно переночевать.
— А знаете, сдаём, — обрадовался официант. — Только мало кому требуется обычно. Если нужно, то мы быстро организуем.
— Очень нужно!
Я настолько обрадовалась, что даже о своих невзгодах на мгновенье забыла. Мне вдруг жутко захотелось спать — перед глазами поплыло, и я крепко схватилась за столешницу, покачнувшись. Ещё не хватало упасть у всех на виду! Это получится эпично. Но приступ сонливости откатил так же резко, как образовался — меня словно ведром ледяной воды охолонуло, и я от удивления поморгала. Что-то странное сегодня творится. Вроде кофе пила. Тот хоть и жуткий на вкус, но должен был взбодрить. Выпрямляясь, я снова поймала на себе взгляд девушки-бариста и её вид показался мне удовлетворённым, словно она увидела то, что ей было надо, а глаза из-под косой чёлки снова влажно блеснули неестественным светом. Звериным. Пора посетить окулиста! Я сосредоточилась на официанте рядом со мной, благо молодой человек ничего в моём состоянии не заметил, и продолжал говорить.
— Комнаты у нас неплохие, — рекламировал он. — До уюта фешенебельных гостиниц далеко, но зато и не так дорого. Кровать мягкая, удобства на этаже — всё, что требуется для того, чтобы качественно и спокойно отдохнуть. За дополнительную плату в комнату можно заказать ужин.
Он выразительно покосился на меня, и я понятливо кивнула. Ужин — это неплохо.
— Плату сейчас или потом?
— Потом, — парень засмеялся. — В любом случае сегодня на дежурстве Эйлин, — мой словоохотливый собеседник кивнул на девушку за стойкой. — Мимо неё ни один неплательщик не пройдёт. Ужин тоже она принесёт.
Оу. У меня сразу возникли сомнения в необходимости еды. Если ужин будет такой же как кофе, то, может, поголодать? Не знаю, что эта девушка добавляет в пищу, но вкус специфический. Или у меня что-то с рецепторами сегодня. Как вариант — с нервами.