Недотрога для ректора. Академия Даркайна

Переодевшись, аккуратно сложила плащ, чувствуя, что на теле и ещё влажных волосах до сих пор остался его лёгкий запах. От этого внезапного осознания сердце рухнуло в пятки, а потом забилось чаще, разогревая кровь, бегущую по венам.
“Выбрось его из головы, – мысленно проворчала, демонстративно не обращая внимания на недовольную соседку. – В академии полно других дел. Орхард уже завтра забудет о моём существовании.”
  
Вечер прошёл в напряжённом молчании, а вот первая ночь выдалась бессонной.
Не от предвкушения первых занятий и неуёмной тяги к знаниям.
Я не могла сомкнуть глаз, ожидая новую подлянку от Мэйв. Она тоже не спала, в открытую заявив, что опасается задремать. Мол, хочет встретить новый день целой и невредимой.
Так мы и сидели, прислонившись спинами к изголовьям наших кроватей, изредка прожигая друг друга неприязненными взглядами.
Я сдалась первой, задремав перед рассветом, и проснулась до отвращения разбитой. До начала занятий бродила в полусне. Не помогли контрастный душ и сытный завтрак.
К моей радости, никто не воспринимал меня откровенно враждебно: максимум встретила парочку настороженных взглядов.
“Но кто-то же украл форму? – размышляла я, украдкой рассматривая девушек, склонившихся над раковинами. – Если бы это сделали случайно, то уже сообщили бы о находке. Или повесили объявление на двери общей душевой.”
Учебники решила не брать. Первым занятием стояла физическая подготовка, после которой надо было снова принять душ и уже потом бежать на теоретические занятия. На боевом факультете обучали истории материка, истории самого Даркайна, астрономии, географии, физике и другим наукам. Нашлось место и для уроков рисования. Видимо, для того, чтобы не просто хорошо ориентироваться на местности, но и понятно зарисовать все нужные объекты.
Мэйв так медленно надевала форму, что мне казалось, будто она нарочно оттягивает поход на площадку, где состоится наше первое утреннее построение. Но времени гадать, зачем ей понадобился именно боевой, у меня не оставалось. Я поправила спортивную кофту перед узким зеркалом в полный рост и невольно бросила взгляд на висящий на дверце шкафа плащ.
Придётся снова встретиться с Даррайном, чтобы его отдать. Эта мысль мне так не понравилась, что я невольно скрипнула зубами, чем заработала ещё один сердитый взгляд от соседки-аристократки.
На утреннем построении собрался весь наш женский боевой факультет, и я насчитала два десятка девушек, что разбились на группки по три-четыре человека и взволнованно обсуждали свой первый учебный день. Мэйв смотрелась королевой среди верной свиты, а я стояла отдельно, радуясь, что никто не обращает на меня внимания и лишний раз не задевает.
Рано я расслабилась.
Неприятности начались, как только к нам вышел короткостриженый мускулистый блондин с суровым взглядом карих глаз и тонкими, почти белёсыми губами.
Одетый в просторные коричневые штаны и безрукавку, он прошёлся вдоль нашего нестройного ряда, рассматривая нас так брезгливо, словно мы были не людьми, а тараканами.
– Меня зовут Конрад Гримстон, и на ближайшие пять лет я ваш бог и царь. Предупреждаю сразу: не надейтесь получить привилегии за выдающиеся формы или красивые глаза.
В нашей шеренге воцарилась напряжённая тишина, а незнакомая шатенка справа от меня едва сдержала рвущийся с губ смешок.
– Посмотрите друг на друга, – Гримстон прищурился и, заложив руки за спину, сделал шаг назад. – Такими чистыми, опрятными, без синячка и царапины, вы видите друг друга в последний раз. Неженкам здесь не место, и я вообще не понимаю, какой смысл отправлять вас в бой. Но раз Его Величество издал соответствующий указ, посмотрим, на что способны. Сегодняшнее занятие вы посвятите тому, что будете меня удивлять.
Конрад сделал паузу, растягивая губы в жутко неприятной ухмылке, больше похожей на волчий оскал. Скользил взглядом по каждой, задерживаясь буквально на секунду-две будто делал мысленные пометки.
– Мда. Всё ещё хуже, чем я ожидал. Что ж, начнём с…
Я и не удивилась, когда он ткнул в меня пальцем, а слева раздалось довольное хмыканье Мэйв:
– С тебя.
 
Глава 12
 
Сдерживая растущую неприязнь к вредному Гримсону, я делала шаг вперёд и вытянулась по струнке. Ладони прижаты к бокам, спина прямая, подбородок слегка приподнят.
Замерла без движения, а Конрад противно хмыкнул:
– Не помню, чтобы одним из критериев зачисления на боевой была “глухота”. Кто-нибудь из вас слышал команду “смирно”?
Зубы заскрипели сами собой, выдавая раздражение, а за спиной послышались сдавленные смешки.
– Я просил удивить меня, а не насмешить своих товарок, которые спят и видят, лишь бы найти себе выгодную партию!
Смешки мгновенно стихли. А я в это время мысленно прикидывала: он точно хочет, чтобы его удивили, или ищет повод прицепиться?
Какой же неприятный тип. С парнями он также себя ведёт? Или его принудительно поставили обучать женщин, вот он и срывает на нас злость.
Тем временем Конрад сухим, колючим голосом спросил:
– Чем ты лучше своих однокурсниц?
Дураку понятно, что вопрос был с подвохом. Насколько мне было известно, при поступлении все сдавали одинаковые нормативы. Или он уже в курсе про моих родителей и ждёт честного признания, что я дочь Залара?
– Сегодня первый день занятий, – ответила ему после секундной паузы. – Я ещё не знаю, на что способны девушки, стоящие здесь, поэтому не могу ответить.
А вот про себя не удержалась и добавила: “Единственное, на что способна одна из них – это кража моих вещей. В этом я не сомневаюсь.”
Конрад криво ухмыльнулся, неприязненно дёрнув уголком рта, и, почесав квадратный подбородок, благостно кивнул:
– Умница, не стала выпендриваться. Удивила честностью. Все слышали?
– Так точно, – вразнобой ответил многоголосый хор, в интонации которого не было ни капли оптимизма. Вряд ли кто-то из них ждал, что меня – белую ворону, похвалит жуткий преподаватель.
А тот продолжал щедро плескать масло в огонь всеобщей неприязни:
– Не каждый из вас способен сходу признать, что они – блёклая серая масса. Которая только и ждёт момента, чтобы попасться на глаза смазливому боевику.
Пользуясь тем, что всё внимание девушек было приковано к Гримсону, что расхаживал перед нами как бойцовый петух, я маленькими и аккуратными шажками вернулась в строй.
Напряжение среди нас звенело в воздухе натянутой стрелой.
– Лучше сразу признайтесь, что вам, таким красивым, ухоженным и вкусно пахнущим, не место там, где обрываются жизни! Где проливается пот и кровь! Своими визгами вы будете отвлекать союзников и привлекать врага! Так что примите действительно здравое решение и помогите декану факультета бытовых артефактов. У него впервые за декаду недобор на курсе.
Слова Конрада лились грязной, дурнопахнущей рекой, а когда поток жестокого красноречия иссяк, он снова мазнул по нам взглядом:
– Ты, шаг вперёд.
Бледная, как простыня, Мэйв вышла из строя, и я заметила, как дрожат её пальцы, собранные в кулаки. Каково же было моё удивление, когда блондинка уверенно произнесла:
– Я с детства умею точечно направлять воздействие артефактов. Сам король был впечатлён демонстрацией моих умений. Считаю, что среди тех, кто находится здесь, мне нет равных.
Гримсон поморщился, словно залпом выпил стакан уксуса:
– Его Величество известен своим благородством. Кормит бесплатно бездомных, жертвует большие суммы приютам и хвалит бесталанных отпрысков.
Мэйв дёрнулась и буквально залилась краской, но в этот раз уже никто не посмел рассмеяться.
  
– Вернулась в строй! – рявкнул мужлан, глядя на нас как на муравьёв. – А теперь дружной кучкой марш пять кругов вокруг площадки! Чтоб ни одного слова друг с другом – каждая смотрит вперёд и рвётся к победе. Слышали? Чтобы у всех вас на лицах было написано страстное желание стать лучшей, и доказать, что я неправ! Буду вглядываться в физиономию каждой! Счастливица, которая придёт первой, получит высшую награду – мой бесценный совет. Неудачница, ставшая последней – пересчитает все листья на ёлке в парке.