Недотрога для ректора. Академия Даркайна

Я уже едва не плакала от боли, которая с каждой минутой становилась всё сильнее. Сохранять лицо было практически невозможно, вдобавок колено пульсировало так, словно в него вколачивали раскалённые гвозди.
Чудо, что я нашла в себе силы немного улыбнуться. Жалко и криво, но всё же.
– Извините, ректор, за дерзость, но сегодня не смогу – надо пересчитывать листики на ёлке.
  
Даррайн Орхард изменился в лице, забыв про то, что воин должен быть невозмутим.
Глаза мужчины расширились от изумления, брови взлетели вверх, а рот приоткрылся, словно он не поверил собственным ушам. На лице промелькнуло что-то похожее на растерянность.
– Разрешите переодеться и пойти к лекарям? – прошептала я, стараясь не показывать, насколько мне больно и плохо.
Даррайн мотнул головой, будто очнувшись, и впился цепким взглядом в моё травмированное колено. Я прикрыла глаза в попытке восстановить сбившееся дыхание и не опираться так явно на перила.
– К лекарям пойдёшь сейчас, и я помог…
Остаток фразы потонул во взволнованном голосе запыхавшегося Матиаса.
– Ректор Орхард, разрешите сопроводить студентку Дельвиг в лекарскую? – выпалил старшекурсник, ловко притормаживая рядом с крыльцом и на ходу отвесив низкий поклон воину. – Только что услышал, что она пострадала на пробежке из-за выходки одной из студенток.
– Из-за выходки одной из студенток, – недобрым голосом повторил за ним Даррайн, а я стиснула зубы, стараясь не завыть от стыда и досады.
Ну вот кто просил Ринвуда вмешиваться?
Я очень не хотела, чтобы Даррайн узнал об этом инциденте. Нет, не потому, что я предполагала, что мой несчастный вид вызовет у него жалость, а меньше всего мне надо, чтобы меня жалели. Но теперь он будет думать, что я слабая, раз другие девушки могут вывести меня из строя.
Так, стоп! А какая мне должна быть разница, что он обо мне думает?
Главное, чтобы держался от меня подальше и не цеплялся, припоминая мне каждый из грехов отца.
Тем временем Орхард опасно прищурился и процедил ледяным тоном:
– Вот оно что… Ладно, Ринвуд, помоги ей, только идите не быстро, без резких движений.
– Не переживайте, ректор Орхард, – Матиас ослепительно улыбнулся и ловко подхватил меня на руки.
Я даже пикнуть не успела, как оказалась прижатой к довольно крепкой груди парня. Но той всё равно было слишком далеко до силы и мощи Даррайна.
А Ринвуд, как назло, добавил:
– Сделаю всё по высшему разряду.
 
Глава 15
 
Матиас со всех ног рванул к боковому входу учебного корпуса, где красовалась вывеска "Лекарское крыло". Каждый шаг парня отдавался нестерпимой болью, и я невольно стиснула зубы, стараясь не застонать.
Не хочу показаться слабачкой. Особенно в глазах единственного, кто отнёсся ко мне по-нормальному.
От Ринвуда не ускользнуло моё напряжённое лицо и сжатые добела губы. Парень мигом сбавил скорость, переходя на быстрый шаг, и извиняющимся тоном произнёс:
– Извини, забылся. Не люблю, когда девушки страдают.
Мне бы растеряться и смутиться, но грудь жгла досада, что Даррайн узнал правду. Какая ему должна быть разница, что я пострадала из-за выходки нахалки из свиты Мэйв?
Но умом я понимала, что не имею права отчитывать заботливого парня. Он же действовал из лучших побуждений и искренне пытался мне помочь!
– А как ты вообще узнал? – полюбопытствовала я, когда мы уже приблизились ко входу.
Матиас поморщился, будто не хотел об этом говорить, однако быстро сдался.
– Встретил Мэйв, когда она возвращалась с пробежки. Глупышка похвасталась своей выходкой и рассчитывала на мою похвалу, – признался он с досадой и тяжело вздохнул. – Эверли, мне, правда жаль. Я знаю её с детства и каждый раз твержу, что надо держать язык за зубами, иначе он принесёт ей множество проблем. Но она уверена, что ей всё сойдёт с рук, раз её отец в прекрасных отношениях с Орхардом.
Я закрыла глаза и кивнула, понимая, что если это правда, то Мэйв не даст мне жить. Ректор хоть и накричал при мне на неё, однако вряд ли захочет идти на конфликт с другом и наказывать его кровиночку.
Да и зачем ему выгораживать дочь врага?
Тем временем Матиас занёс меня в прохладное помещение, где сильно пахло йодом и острым запахом работающих артефактов, похожим на перчёную смесь. Я мигом зажала крылья носа большим и указательными пальцами. Если чихну – дёрну повреждённой ногой, а боль только-только начала затихать.
Матиас аккуратно положил меня на кушетку и обратился к симпатичной девушке, что выглянула на шум из кабинета с табличкой “Служебное помещение”.
– Шейла, отлично выглядишь! А я вот пришёл по делу. Срочному и неотложному, – он кивком головы указал на меня, и я вновь удивилась его бесконечному дружелюбию. Складывалось ощущение, что Ринвуд приятельствовал с каждым в академии.
– Льстец, – беспечно улыбнулась миловидная шатенка с гладким пучком, убранным под сеточку. – Что тут у нас?
– Что-то с коленом, – извиняющимся тоном произнесла я и указала на разодранную, окровавленную штанину.
– Вот дела-а-а, – цокнула языком Шейла, острым взглядом рассматривая рану. – Ничего, до завтра заживёт.
– Ты хотела сказать, до свадьбы? – обольстительно улыбнулся Ринвуд, но та лишь звонко рассмеялась.
– Не выйдет, Матти, я помолвлена.
– Удар в самое сердце, – кажется, парень совсем не расстроился. – Ладно, я свою задачу выполнил, теперь твой лекарский долг. Сделай для Эверли всё по высшему разряду, я отблагодарю.
Шейла закатила глаза и резво скрылась за дверью, а Матиас с тревогой посмотрел в окно:
– Моя очередь терпеть Гримстона, если я опоздаю, он задохнётся от собственного яда. Увидимся позже!
Я осталась одна в тишине лекарского крыла, слушая только тиканье больших настенных часов. Через минуту вернулась Шейла и, попросив меня не шевелиться, аккуратно надрезала штанину. Быстрыми, но ловкими движениями промыла рану и выложила в ряд на оголённый участок кожи три тонкие пластинки-артефакта.
– Последняя разработка, – пояснила она с азартным блеском в глазах, аккуратно располагая их так, чтобы лежали ровно и не скатывались. – Такие сейчас есть только у Его Величества и у нас, получили неделю назад. Стягивают ткани, обеззараживают и ускоряют заживление. В их создании участвовала сама госпожа Расана, королевский лекарь из Кэррей. Полежи так примерно часик, постарайся не двигаться, а я вернусь и проверю. Если всё пройдёт как надо – к завтрашнему утру и не вспомнишь о ране.
Шейла ушла, и я закрыла глаза. Пластинки излучали приятное пульсирующее тепло, постепенно снимая боль. Где-то через несколько минут края раны начали зудеть и чесаться, но я побоялась шевелиться, чтобы артефакты не упали.
Чтобы отвлечься, принялась считать овечек, прыгающих через забор и почти провалилась в дрёму, когда внезапно проснулась от раздражённых голосов, доносившихся из коридора.
Погодите… Это же Гримстон и Орхард!
Но что они здесь забыли? Конрад должен вести занятие!
 
Глава 16
 
  Даррайн Орхард 
Ещё десять лет назад я мог без труда спать на холодной земле вперемешку с острыми камнями. Организм, ценивший крохи отдыха, действовал в полном согласии с мозгом, и я моментально проваливался в сон, восстанавливая силы.
Первая же ночь в ректорских покоях Академии Даркайна подарила мне долгую, мучительную бессонницу. Я ворочался с боку на бок на удобной, широкой кровати и чувствовал себя отвратно.
Мысли о проклятой Дельвиг кружили водоворотом и не давали мне покоя. Зачем я вообще послушал Мунхо и подписался на эту авантюру? Настоял бы на своём и отправил Фьюррана, а сам бы остался в Воинской Школе. Моя правая рука – воин грамотный, толковый, а главное – я ему полностью доверяю.
  
Каждый раз, когда я пытался сосредоточиться на чём-то другом, перед глазами всплывало её лицо: то дерзкое и вызывающее, то растерянное и уязвимое.