Шепот 3 (СИ)

— Я уже говорил, я тебе не киллер. Я убиваю беглых, на которых есть ордер! В крайнем случае, если мне угрожает опасность. А не просто расстреливаю разумных без разбора. К тому же Шихар мне нравится, отличный парень. Есть какие-то другие варианты?
— Двадцать тысяч!
— Другой бы охотник обиделся на моём месте, но я скажу: сто.
— Да ты охренел⁉ Сто тысяч за человекоподобную обезьяну?
  
— У этой обезьяны на спине кайанский крейсер приклеен. Ты считай просто взяла и выбросила на помойку «АЗВ», но зажимаешь мне сто штук? Я никак не пойму ты бедная принцесса или богатая проститутка?
— Ладно, — почти сварливо рявкнула Альтия, ругаемся уже как парочка всю жизнь женатых старичков. — Но прямо сейчас ты синьку не получишь. У меня её просто нет. Я уже и так слила из «Варактора» больше чем следовало. Теперь выходит ещё и «АЗВ» слила впустую. Однако, если дело выгорит, отец заплатит. Для него сто тысяч небольшая сумма. Слово даю, стреляй.
— Слова ничего не стоят. Хотя, раз ты стукач… Арахи ведь тоже могут оставить тебе плохой отзыв, да?
— Конечно могут. Мы все повязаны. Всё, ты меня уже запугал. Я прониклась, я всё отдам, честно. Стреляй уже! Если не выгорит, мы всё равно оба с Ранты живыми не выберемся.
— Выгорит, не выгорит, — выдыхаю, расслабляюсь и успокаиваюсь. — Живыми не выберемся… Всегда одно и то же.
Вот поэтому я и не люблю влезать в политику. Проигравшая сторона всегда стремится вычистить своих рядовых исполнителей. Победившая тоже, но чужих исполнителей. В случае ничьей — вообще всем исполнителям трындец. Но даже если ты на стороне победителей — гарантий никаких. Замкнутый круг.
До мишени два километра, а на лужайке ещё и ветер крепкий, не то что в зарослях. Прогретая почва огромной «поляны» создаёт мощный восходящий поток. Можно было бы «собрать» снаряд с разгоном и донаведением, но это дорого и может выдать наше положение.
Сомневаюсь, что после убийства собрата донники просто разбегутся от страха. Скорее всего они разбегутся и начнут искать нас в джунглях чтобы оторвать всё, что им покажется лишним или неприятным. И задницей чую далеко убежать не успеем. Именно поэтому Белый Волк и заказал для этой операции самый тихий ствол из ВОСТов. Аборигены должны подумать, что стреляют вообще с другого направления. Так будет больше времени на отступление.
Но главная проблема в том, что стрелять очень не хочется. Ни за двадцать тысяч, ни за сто, ни за миллион. Как бы там ни было, а нечто похожее на совесть у меня есть. И эта штука не позволяет убивать невиновных за синьку, будь по другому я бы работал на чёрный рынок, а не на ГиО. На чёрном рынке правила проще, вернее их просто нет, да и оплата выше.
Я торговался в надежде что Альтия передумает. Да, раньше я позволял себе некие вольности, но тогда за спиной была дочь. Это могло многое оправдать, по крайней мере для меня. Теперь же…
— Шёёёп!
Через несколько секунд пуля просвистела у головы Шихара, но никто этого не заметил, даже сам Шихар. Тут бесконечно гудят разные насекомые. И некоторые гудят громко и быстро. Ещё одного «жука» пропустили мимо ушей.
— Ты промахнулся? — в голосе Альтии больше удивления чем возмущения.
Понимаю, трудно поверить, что с таким винтарём я знатный мазила.
— Это был пристрелочный.
— Шёёёп!
Второй снаряд попал чётко во вход одной из полуземлянок. А вот воспламенились оба снаряда почти одновременно.
Спирт не так уж легко загорается, особенно охлаждённый и с большим количеством примесей. Потому что горит именно смесь паров и кислорода, а не сама жидкость. Например, в стопке холодного абсента можно легко погасить спичку.
В ямах выдерживают охлаждённое и ещё не очень крепкое Илуно. Такой алкоголь относительно плохо загорается. Но если уж загорелся, то фиг потушишь, как и зажигательные снаряды от корпорации ВОСТ.
Содержимое землянок вспыхнуло быстро и весело. Синее пламя взметнулось метра на четыре. В такое лопатой песок не побросаешь — слишком жарко. А водой тушить вообще нет смысла — горючее легче и будет плавать на поверхности.
Никто из аборигенов даже не пытался бежать к двум пылающим ямам и что-то делать. Я сразу заметил что ямы на достаточном удалении друг от друга, и вокруг растительность тщательно удалена. Аборигены знают что такое пожаробезопасность. Похоже пожары у донников время от времени случаются. И, скорее всего, не из-за молний и засухи, а из-за соседской зависти.
У каждой из ям стоял донник смахивающий на охранника, а то и двое. Но когда Шихар начал представление почти всё внимание оказалось приковано к нему. Ямы остались без присмотра. Не все, а только те, что сейчас пылают.
— Этого достаточно для вселенской распри кланов, хозяйка? — отвлёкся я от прицеливания.
— Подожги ещё третью слева и две самых дальних, — сразу же поняла мою задумку Альтия. — И больше ничего не трогай. Если у племени Дейногов ямы останутся нетронутыми, будет самое оно.
— Шёёёп!
— Шёёёп!
— Шёёёп!
Пять красивых столбов огня превратили тихую лужайку в растревоженный муравейник.
Какое-то время донники бегали туда-сюда вокруг разгорающихся ям. Затем в одну из уцелевших полетел горящий факел. Поджигателя схватили. Завязалось несколько небольших потасовок. Пока драчунов растягивали и приводили в чувство — вспыхнули ещё две ямы. Их подожгли другие донники, а не я. И тут уж начался полнейший бардак. Донники ошалело мотались по лужайке с горящими палками и пытались поджечь всё что ещё не горит.
— Ну вот теперь пора драпать, — Альтия начала складывать техно-посох в походное состояние. — Возможно за нами даже не погонятся, не придётся бросать тебя в джунглях как приманку.
— Это хорошо, а то я тоже планировал вырубить тебя где-то на полпути.
— А как же сто тысяч что я тебе должна?
— Жизнь дороже.
— Тоже верно.
— Но я рад, что ты всё-таки засчитала этот долг. Патроны для ВОСТа очень дорогие. Видишь, стоило самую чуточку посвятить меня в детали, и убийства аборигенов перестали быть необходимы.
— Ты прямо мой герой, Шёпот.
Мы спустились со сваи и побежали. Теперь за проводника была Альтия. Выяснилось, что она тоже умеет бегать в зарослях не хуже Шихара. И если бы решила в какой-то момент оторваться и бросить меня одного у неё бы это легко получилось.
Минут через тридцать я окончательно убедился что мы бежим не от лужайки к космодрому, а куда-то в сторону, ещё глубже в чащу.
— Мы странно отступаем, подруга.
— Я же не рассчитывала, что погони не будет. Поэтому есть отличное прикрытие, что всех собьёт во следа. — Альтия притормозила и дальше мы двинулись шагом. — И пожалуй, уже нет особого смысла торопиться. Мы безнадёжно опоздали. От нашей скорости теперь уже ничего не зависит.
— А от чего зависит?
— От скорости гона.
— Ну теперь-то, когда мы никуда не торопимся и у тебя улучшилось настроение, я могу узнать что это?
— Ты же заметил в каком плачевном состоянии местные сваи? Время от времени их меняют. Сразу на большом пространстве. И сначала создают ремонтную площадку. Громадную лужайку с постепенно повышающейся температурой. Через несколько часов там начинают гибнуть растения, а живность массово мигрирует. Целый поток тварей в ужасе бежит не разбирая дороги. Сейчас такой участок создаётся неподалёку.
— Нехило.
— Ага. Чтобы минимизировать потери экосферы, поверхность разогревается так чтобы зверьё бежало примерно в одном направлении. Это и есть гон.
— А как плотный поток минимизирует потери? Не лучше ли разгонять зверьё от центра в стороны?
— Множество трупов что остаются после узконаправленного гона подстёгивают развитие разнообразия видов. По-моему как-то так. Я не биолог, потом в сети посмотришь.
  
— То есть мы сейчас на пути гона?
— И лучше бы нам подыскать подходящее укрытие, — с лёгкой озабоченностью произнесла девушка озираясь. — Там где мы должны были отступать по плану, был отличный бункер. Но к нему мы не успеем при всём желании. А тут мы везде в опасности.