Биомеханический барон (СИ)

— Господа! — вновь произнес Юсупов. — Прошу голосовать! Кто за герцога Сабурова?
Киборг уже не видел двор, но задом чуял, как за сибиряка-здоровяка поднялась в лучшем случае четверть рук. Больше ждать нельзя, и если уж один раз прием сработал вполне успешно, то почему бы его не повторить?
— Кто за герцога Мейера?
За спиной охотника вспыхнули золотые крылья, а меж ними — ревущая реактивная струя. Верхом на ней верзила взмыл метров на сорок над землей и приземлился прямо в фонтан, лишь чудом не напоровшись на статую.
Немного не рассчитал впрыск маны и вместо медленного спуска рухнул с грацией подбитого пепелаца. И падение вышло настолько сильным, что от удара во все стороны брызнули высокие волны и почти полностью осушили бассейн.
Холодные брызги и всплеск адреналина привели дворян в чувство. Аристократы встрепенулись, выхватили оружие и возвели пред собой колдовские барьеры. И когда Захар выпрямился, на него нацелили пару дюжин револьверов, рунических пистолей и зачарованных шпаг, с кончиков которых готовились сорваться молнии и огненные протуберанцы.
— Кто это? — зашептались девушки за спинами отцов и кавалеров. — Демон?
— Для демона слишком красив.
— А крылья-то какие… Чистое золото.
— Это магия Света. Кто же он такой?
— Господа! — Захар усилил ветром голос, и тот горной лавиной прогремел над двором. — Выборы придется отменить. Среди нас — посланницы Бездны: соблазнительницы, ведьмы и суккубы. Их цель — выбрать новым предводителем господина Мейер, дабы он увел чародеев из города и сдал его Тьме без боя.
— Возмутительная наглость! — немец задрал тонкий нос. — Кто вы вообще такой и от чьего имени говорите?
— Верно, — Юсупов качнул объятой пламенем саблей. — Будьте добры представиться и объясниться.
— Вы меня не знаете, ибо я прибыл издалека, — киборг приосанился и расправил плечи. — Мое имя — Захар Михайлович Титов-Зарецкий. Мой титул — барон. Мое звание — витязь Пресветлого Престола. А это, — парень поднял кулак и резко разжал пальцы, — моя дворянская грамота.
В присутствии тварей святая стигма полыхнула, как фосфорная вспышка фотоаппарата. Знать невольно отпрянула и зажмурилась, а бестии зашипели, как змеиный клубок на сковородке.
Но вопреки ожиданиям, не попытались сбежать, несмотря на численное превосходство врагов, а, наоборот, бесстрашно шагнули вперед. И только тогда пришелец заметил, что дворяне словно обратились в восковые статуи, замерев во встревоженных и воинственных позах.
Демоницы подошли к краю фонтана, и с каждым шагом их лица преображались, а относительно скромные одеяния превращались в некое подобие чешуйчатых купальников с бахромой из ржавых цепей, вычурными наплечниками, шипастыми наручами и высокими хитиновыми «сапогами».
Глаза бестий залили чернила, когти отрасли, как у тигриц, а волосы водопадами скатились аж на задниц. В своих истинных обличьях они лишились земной красоты и привлекательности, превратившись в сущие отродья, при одном взгляде на которые у любого уважающего себя мужчины не зашевелится ничего, кроме пальца на спусковом крючке.
Блондинку разнесло до совершенно невменяемых размеров, жирные бурдюки вместо грудей свисали до живота, живот болтался в районе коленей, а ноги напоминали туго набитые мешки с картошкой.
Рыжая, наоборот, отощала до состояния ходячего скелета, и сквозь тонкую как папирус бледную кожу проступали не только вены, но кости и даже кишки.
Мышцы брюнетки раздулись так, что Захар впервые за долгие годы ощутил легкую зависть. Он и мужиков таких габаритов встречал крайне редко, а уж женщин и вовсе не видел. Оставалось лишь гадать, сколько галлонов стероидов надо в себя вколоть, чтобы выглядеть, как перетянутая бечевкой ветчина.
Впрочем, и на такой товар наверняка найдется купец, но охотник глядя на них испытывал лишь одно желание — поскорее отправить эту нечисть обратно в ад. Вот только нападать уродины не торопились, а решили покрасоваться и потешить свое извращенное самолюбие.
— Перед тем, как ты сдохнешь, мы бы хотели представиться, — надменно произнесла брюнетка. — И ты запомнишь наши имена надолго. И будешь орать их до крови в глотке, когда тебя будут медленно рвать на части. Имя мне — Адора. Унтер-лейтенант первой когорты пятого легиона!
— Имя мне — Аннабель, — прогудела толстуха. — Младший сержант второй когорты шестого легиона.
— Имя мне — Арделла, — болезненно прошептала анорексичка, будто подувшее с кладбища моровое поветрие. — Старшина третьей когорты седьмого легиона…
— Что же, — киборг обнажил клинок. — Потанцуем, дамы?
Адора запрокинула скуластую рожу и гортанно захохотала.
— Глупец. Мальчишка. Наивный остолоп. Наша сила — не в грубой драке. И очень скоро ты познаешь ее во всей красе.
Бестия оскалила острые как иглы клыки и щелкнула пальцами. И в считанные секунды обратилась в смиренную и кроткую девицу в чепчике, закрытом платье и пышной юбке. Но стоило ей отступить от воды, как облик вновь изменился на дородную барыню с копной каштановых волос.
Ее товарки повторили тот трюк и буквально растворились в толпе, подобно хамелеонам надевая случайные маски. И отыскать их было столь же непросто, как проследить за шариком под наперстком безумного шулера.
Сразу после этого толпа ожила, пришла в движение, и киборг окончательно потерял все следы — не помогли даже модули и сенсоры. Но спрятались твари не просто так — они готовили удар, и долго ждать его не пришлось.
— Господин ангел, — к парню подошла дама бальзаковского возраста, взяла за руку и прижала к выпирающей из декольте груди. — Вы же нас спасете? Помогите нам — и моя благодарность не заставит себя долго ждать. А я очень щедра к молодым и сильным мужчинам.
— Варвара Петровна, что вы себе позволяете?! — вперед шагнул невысокий полный старичок с пышными усами. — А вы, сударь, почто этому потворствуете? Стоите и улыбаетесь, будто только того и ждали? Сдается мне, вы на мою жену не только лапу положили, но и глаз! Немедля извинитесь, не то вам не избежать дуэли!
— Да-да, — великан судорожно скользил сенсорами по дворянам в тщетных попытках отыскать суккубов, но те как в воду канули. — Извини, отец.
— Отец?! — шпага старика полыхнула огнем. — Ах ты наглая недоросль! К барьеру!
Захар не глядя выхватил револьвер и ткнул дуло в мясистый нос вояки. И холодная сталь остудила пыл ловеласа, но чары уже разливались повсюду подобно вирусу и заражали все больше людей. Девушки и женщины начинали источать животную страсть, и несмело, но настойчиво оказывать знаки внимания близстоящим джентльменам.
Которые, как несложно догадаться, не являлись им ни мужьями, ни женихами. Пока все ограничивалось легким флиртом, игривым кокетством и заискивающими взорами, но скоро темной магии станет больше, и все закончится либо оргией, либо побоищем, либо побоищем во время оргии. И хорошо, что дамы в основном приставали к друзьям и знакомым, но если начнут клеиться к врагам, проблем не избе…
Грянул выстрел. Следом раздался истошный визг. Захар вздрогнул, как от электрохлыста и завертел головой, не сразу заметив, где произошла беда. Дьявольская волшба витала в воздухе, как пары спирта, отравляла разум, искажала взор, внушала странные мысли и мешала сосредоточиться.
И это — у киборга, что уж говорить про всех остальных. А самое паршивое — модули не видели в происходящем ничего подозрительного, как организм не реагирует на раковые клетки, пока не станет слишком поздно.
Начинка будто перешла в спящий режим, лишь изредка откликаясь на прямые и настойчивые команды, которые приходилось повторять по два-три раза, чего прежде не случалось даже при критических повреждениях системы.
Причину долго искать не пришлось: стихия Тьмы скопилась во дворе, как газ в старой шахте, и не помогала даже стигма — шрам вовсе потух, будто забоявшись встречи со злом. И очень скоро черная волшба рванет так, что похоронит весь цвет Ялтинского уезда.
А без дворян ни собрать манород, ни захватить корабль, ни в Бездну отплыть не получится. И судя по всему, для решения этой проблемы придется полагаться на собственный разум, а не расчет миниатюрного суперкомпьютера, от чего Захар давным-давно отвык. Но если не вычислить гадин в кратчайшие сроки, все закончится прямо здесь — и весьма прискорбно для всех причастных.