Биомеханический барон (СИ)

— Ты даже после смерти заставляешь их работать, — хмыкнул киборг, в спешке перезаряжая кольты.
— Эта участь ждет и тебя, — рассмеялся чернокнижник. — Ты станешь во главе моего немертвого войска! С его помощью я покорю этот уезд, а за ним — и всю губернию!
— Хрена лысого, — парень взвел курки и вывел на линзы графики и траектории боевого протокола. — Я и дворян-то не особо жалую, а уж такую мразь, как ты, прикончу с большой охотой.
— Попробуй. И поймешь, почему я выбрал именно Ту Сторону.
Захар шагнул из-за колонны и обрушил на зомби свинцовый шквал. Он стрелял веером, с обеих рук разом, и не знал промаха — каждая пуля попала точно в голову мертвецу. Но нежить не только не подохла, но даже не сбавила темпа, надвигаясь к стрелку с трех сторон.
— Да ладно… — охотник юркнул в укрытие, резким взмахом вытряхнул гильзы из барабанов и перезарядился. — Даже в башку не берет?
Снова высунулся и высадил весь боезапас в кукловода. Но Демьян лишь громче рассмеялся, глядя, как пули сплющиваются о непроницаемые барьеры, возведенные его семейством.
— Сопротивление бесполезно, — со злостью пророкотал предатель. — Без Петра империю ждет новая власть. Власть, лишенная догм и предрассудков, открытая к истинной свободе и настоящей мощи.
— Это, по-твоему, свобода? — киборг фыркнул. — Тебя не смущает, что твой голос становится как у портового пьяницы всякий раз, когда используешь Тьму? Знаешь, в чем причина? В том, что ты сам — гребаная марионетка. Только чуть более разумная, чем мертвяки вокруг… да и то не факт. И тобой так же управляют через черное щупальце. А судя по тому, что в затылке я его не вижу, тебе засунули отросток прямо в задницу.
— Чирикай-чирикай, воробушек, — надменно хохотнул Игнатов. — Посмотрю, как запоешь, когда мои слуги будут жрать тебя живьем.
— Сперва посмотри, как им понравится моя магия.
Захар вышел навстречу нечисти, сжимая в ладонях два полуторных меча — один сплетенный из ревущего пламени, второй — из закрученного веретеном опаляющего света. И принялся крошить гадов столь неистово и быстро, словно против них вышли сразу двое бойцов. Под разящими ударами огня тела вспыхивали как пакля, а благое золото обращало их в пепел.
Но с каждым сраженным врагом сияние клинков становилось все тусклее, и киборг буквально чувствовал, как черные жгуты змеями кидаются на заклинания, выкачивают ману и отправляют прямо в Бездну. И уже после первой десятки мертвецов волшба почти иссякла, а парень выглядел так, словно из него вот-вот вынут еще и душу.
— Вот оно — первородное могущество! — Демьян победоносно поднял руки. — Разве можно отказываться от него из-за придумок замшелых святош и зажравшихся чиновников?
— А ты не думал, что эти запреты — не с пустого места? — охотник так вымотался, что едва стоял на ногах, и с трудом говорил из-за горящих легких. — И что наши соседи с Той Стороны тоже злоупотребляли Тьмой, пока не впустили Бездну в свой мир? Хотя о чем это я? Разумеется, ты ни о чем таком не думаешь — сраный ты раб.
— Раб? — патриарх рассмеялся. — Лучше быть рабом, чем трупом.
— Это как посмотреть, — Захар хищно улыбнулся. — Послужишь всяким гнидам с мое — глядишь, передумаешь.
— Я своих решений не меняю. Моя верность незыблема, и потому Бездна дарует столько силы, сколько может удержать моя бренная оболочка. Но довольно разговоров. Пора с тобой заканчивать.
И хоть маны на мечи уже не осталось, киборг сконцентрировал толики силы в два кинжала, взял их обратным хватом и приготовился задорого продать свою жизнь. И заодно включил программу самоуничтожения — взорвавшиеся модули искалечат тело так, что марионетка из него не получится при всем желании. Уж лучше так, чем пополнить воинство вонючих дохляков.
Как и ожидалось, сработал один из негативных прогнозов. Захар скоро умрет, после казнят Еву, а без ее защиты и присмотра Алексея и Сергея Ивановича ждет столь же незавидная участь. Впрочем, все могло обернуться еще хуже, а так хоть вдоволь повеселился напоследок.
Киборг испепелил еще двух мертвецов, после чего волшба окончательно иссякла. Патроны на ремне закончились еще раньше, но сдаваться никто не собирался. Против шайки дохляков сгодится и рукопашная, которой пришелец владел гораздо лучше стрельбы и уж тем более колдовства. Метко стрелять — дело нехитрое, особенно с модулями, а вот драка — это настоящее искусство.
Захар скакнул к самому шустрому трупу, вогнал пальцы под ребра и с разворота швырнул в колонну, как тряпичную куклу. От удара хребет сломался в трех местах, и все что оставалось твари — корячиться на полу и зловеще хрипеть. Но и это длилось недолго — Демьян не стал тратить ману на бесполезного слугу и просто отключил его.
Зато оставшаяся дюжина усилила натиск, пытаясь обступить охотника, повиснуть на одежде, разорвать зубами артерии, выцарапать глаза. Захар уклонялся от атак так же легко и непринужденно, как мастер кун-фу — от пьяных паралитиков.
И в ответ нещадно карал ударами всех четырех конечностей. Ладони со свистом рассекали воздух и разрубали шеи, кулаки проламывали черепа, пятки вколачивали носы прямо в мозги, а брызги крови обильно летели во все стороны.
Искалеченные тела падали как подкошенные и в лучшем случае могли только ползать и хрипеть. То, что мертво — умереть не может, но и полноценно сражаться тоже. Особенно, когда в тушке не осталось ни одной целой косточки. Но в то же время Захар освобождал Игнатова от необходимости управлять всей оравой сразу.
И как только освободилось достаточное количество жгутов, еретик немедля направил их на врага. Черные щупальца обвили лодыжки, запястья, грудь, приподняли на метр над землей и потянули во все стороны. Одно время Захар сопротивлялся — со скрипом, скрежетом, но кое-как сдерживал натяжение силой мышц.
Но затем магия взяла верх над плотью, а в глазах зарябило от логов и боли в выворачиваемых суставах. Предатель с перекошенной рожей смотрел на мучения пленника и разве что слюну не ронял, но парень все равно не сдавался.
Хотя и понимал, что шансов у него не больше, чем у маленькой мушки в тенетах австралийского паука. И даже последние толики Света на коже ни капли не ослабили страдания — ублюдок тянул силу прямо из Бездны, а в запасах киборга кончилось даже «на донышке» и оставалось только «на стеночках». А этого явно не хватало против столь могучего чародея.
Но тут боль заметно уменьшилась, и патриарх самодовольно произнес:
— Ты проиграл, но я дам тебе последний шанс. Нет нужды отдавать жизнь за этих трусов и слабаков. Примкни к настоящей силе — и будешь щедро вознагражден.
— Чем? — охотник хрипло усмехнулся. — Щупальцами в жопе?
— Нет, — Демьяну стоило немалых усилий, чтобы сдержать гнев, но в тот момент через него, похоже, вещали сами темные хозяева. — В первую очередь — свободой. Помоги нам — и сможешь сам решать свою судьбу. Уж молчу про более… приземленные выгоды. Хочешь свою собственную страну? Мечтаешь править миллионами подданных? Наслаждаться гаремом из тысяч самых умелых и охочих красавиц? Карать и миловать всех, кого пожелаешь? Создать собственный культ, где тебя бы почитали, как святого? А то и вовсе сравняться с божеством в глазах согбенных дикарей? Тьма подарит тебе возможности, о которых ты прежде не смел и мечтать. Просто присягни ей — и обретешь могущество, которому позавидуют сами императоры!
— Ну да… — парень фыркнул. — Ты-то, гляжу, свободней некуда. Ни разу не марионетка.
— Это наше последнее предупреждение, — голос вновь сорвался на демонический рык, а перед лбом киборга завис заостренный отросток. — Мы все равно тебя получим, но тогда ты лишишься разума и воли. А мы бы не хотели терять столь выдающийся рассудок. Подумай хорошенько, стоит ли и впрямь становиться куклой на ниточках, если можно утопать в наслаждениях и утехах.
— Можно чуть ослабить руки? — попросил пришелец. — Совсем чуть-чуть, а то затекли — сил нет.
Жгуты самую малость ослабли.
— Благодарю. Вот мой ответ, — он оттопырил средние пальцы. — Достаточно наглядно? Или вслух тоже озвучить?