Биомеханический барон (СИ)

— Но зачем им всё это? — киборг стоял, как поленом ударенный.
— Потому что они — марионетки изначальной Тьмы. А она породила остальные миры не просто так. Это — источники колдовской силы, благодаря которой Тьма и существует. Но подпитка работает только в том случае, если подавляющее большинство жителей так или иначе присягнули Бездне и служат исполнителями ее воли. Именно для этого ей и нужны проклятые владыки, которые поглощают захваченный манород, превращают в чистую энергию и передают львиную долю хозяйке. А на сдачу обеспечивают себе бессмертие, могущество и власть. Эти отношения — своего рода симбиоз между двумя паразитами, отчего все это выглядит вдвойне омерзительней.
— Вы можете предупредить моих людей об угрозе? Как-то передать, что Бездна все еще рядом?
— Ваши правители прекрасно об этом осведомлены, — самодержец вновь улыбнулся — на этот раз гораздо теплее. — Именно поэтому сделали упор на технологии и науку и весьма преуспели на этой стезе. Скажи, будь добр, что есть лучший двигатель прогресса?
— Война… — как завороженный выдохнул Захар.
— Вот именно. И ты — прямое тому доказательство. Теперь осознаешь, как велика ваша жертва? И сколь многое пришлось отдать ради свободы? Вы превратили цветущий сад в выжженные руины, лишь бы не стать безвольными рабами в руках темных кукловодов. Никогда не забывай об этом. Никогда.
— Но как скоро вернется Тьма?
— На этот счет не переживай. Сейчас твой мир ей не нужен, магии там все равно нет. А вот наш — как кость в горле. И прежде чем завоевывать остальные планеты, нужно устранить самую опасную преграду на пути. Но вряд ли твари нападут прямо сейчас — они еще не готовы для полноценного вторжения. В этом есть и моя заслуга, но надолго выкроенного времени не хватит. Поэтому ответь, Захар Михайлович — готов ли ты идти до конца?
— Готов, — без раздумий выпалил киборг. — Даже если Тьму невозможно победить. Даже если на это уйдет вечность. Даже если велик шанс погибнуть. Но я не позволю превратить и этот мир в руины. Он стал мне достаточно дорог, чтобы рискнуть ради него шкурой. Про свою родину и говорить нечего. От нее и так почти ничего не осталось, но я не дам этим мразям навредить моей семье. И если понадобится — сложу за это жизнь.
— Рад слышать, — Петр улыбнулся. — На сим мы ненадолго отложим внешнюю политику и займемся внутренней. Как я понял, в мое отсутствие здесь скопилось больше дерьма, чем в авгиевых конюшнях. И все это предстоит вычистить как можно скорее.
— Если что — я в деле.
— Вот и славно. Ну а пока готовься праздновать. Я уже слышу крики в порту. Люди радуются моему возвращению — и я не собираюсь огорчать их гнетущими вестями, едва сойду на берег.
Император поднял руку и выстрелил ослепительным лучом до самых облаков. Корабль окутал сияющий туман, отчего издали казалось, будто крейсер целиком выплавлен из чистого золота. Ликующие крики грянули канонадой — люди стекались на пристань со всего города, хлопали в ладоши и подбрасывали в воздух чепчики и шляпы.
Никто даже не подозревал, что «Благовест» на самом деле несет далеко не благие вести. Но все это — дела далекого будущего, к которому все еще успеют подготовиться. А сейчас пришла пора отметить важную точку в противостоянии с извечным врагом. И несмотря на все грядущие трудности, этот бой трудно назвать поражением, ведь Тьма еще не нанесла ответный удар, а человечество получило одного из самых могущественных чародеев в истории всех миров.
Теперь стороны противостоят на равных. Тьма получила возможность для нового нападения, Свет — для еще более прочной защиты. Значит, еще ничто не предрешено и будущее зависит не от богов, не от стихий, а от воли людей и правильности принимаемых решений. И насчет последнего Захар ни капельки не сомневался.
— Так чем же тебя соблазнила Бездна в моем лице? — спросил Петр, примеряя второпях доставленный на борт парадный мундир. — Богатством? Славой? Мощью?
— Нет, — проворчал киборг. — И я чувствую себя последней дешевкой. Потому что мне пообещали некую свободу и шанс исправить свою жизнь. Сделать хоть что-то хорошее — так любил повторять ваш двойник. А вместо свободы я повесил себе очередное ярмо. А вместо подвига невольно помог злейшим врагам.
— Но ты действовал из самых благих побуждений, — самодержец окунул пальцы в помадку и подкрутил кончики усов. — И преследовал действительно достойную цель. Выходит, и впрямь сделал что-то хорошее. И кто знает — быть может, я больше пригожусь живым здесь, чем в камне — там.
— В этом не сомневайтесь, ваше величество, — Алабин положил на туалетный столик ворох телеграммных лент. — Вся планета уже знает о вашем возвращении. Электричество в проводах и впрямь творит больше чудес, чем в заклинаниях. Великие князья в столице в спешке заметают мусор под ковер и делают вид, что никакого дележа и не предвиделось. Американцы передумали отправлять контингент в Европу, а тамошние царьки отводят войска от границ. Нет, этим собакам не выбили зубы, а лишь растащили по будкам, но грызня откладывается надолго. Так что вы уберегли от Смуты не только Россию, но и весь мир. И за это, черт возьми, надо выпить.
— И мы выпьем, — Петр молодецки подбоченился. — Такой пир закатим, что в историю войдет. Отворяйте кладовые, отпирайте лабазы — и пусть празднуют все: от князя до последнего нищего. Одними надеждами сыт не будешь — так что будем пить и плясать до упаду, ведь мы это заслужили. А уж потом, — взгляд императора сделался столь колючим, что того и гляди пронзит насквозь, — начнем воздавать по заслугам.
Радио разнесло указ во все края, и очень скоро веселье охватило всю страну. И стар, и млад, и мещанин, и колдун, и крестьянин, и батрак — все высыпали на улицы, обнимались и благодарили бога за спасение. Над мрачными и притихшими городками и весями зазвенели веселые мелодии, да и само солнце, казалось, засияло ярче от счастья.
Все вмиг забыли о тяготах и лишениях, ибо верили, что повелитель вернет в страну закон, достаток и покой. Холопы и горожане выставляли столы прямо вдоль улиц и накрывали их всем, что осталось в закромах. И от радости такой даже черствые сухари вкушались слаще пирожных, а посеревшие сарафаны и протертые рубахи казались краше самых вычурных камзолов и бальных платьев.
— Вам бы тоже не помешало обновить гардероб, — сказал Петр, стоя в темноте трюма.
— Мне не так-то просто найти вещи по размеру, — самодовольно отозвался охотник.
— Знаете, я ведь тоже — не тощий мальчик. Подберем вам что-нибудь по статусу, господин граф. Или вы предпочли бы герцога?
— Я предпочел бы обойтись без повышений, — Захар улыбнулся. — Не сочтите за наглость, но с баронством как-то привычнее. Да и зачем мне новый титул? Я не собираюсь оседать в родовом гнездышке, обзаводиться уймой слуг и наживать богатства. Теперь для меня найдутся задачи поинтереснее и поважнее.
— Понимаю, — царь кивнул.
— А вот о ком хочу попросить — так это о своих друзьях. Галаганы и Титовы оказали мне неоценимую поддержку, и без них я бы не справился. Эти люди искренне любят свою страну и готовы ради нее на все. Не терпится кого-то наградить — дайте им столько, сколько возможно. Они заслужили.
— Говорят, юный Алексей очень храбр и боек, — Петр ухмыльнулся. — Заберу его в столичную академию. Негоже пропадать такому таланту, а сильный чародей лишним не будет. Особенно теперь.
— Премного благодарен, — витязь склонил голову.
— Сестру сделаю графиней и тоже устрою при дворе. Если у вас, — император подмигнул, — нет на нее иных замыслов.
— Нет, ваше величество, — после недолгих раздумий сказал киборг. — Моя стезя — борьба с Бездной. А ее сложно совмещать с женитьбой и семейными хлопотами. Уверен, госпожа Ева найдет себе более достойного мужа. Более надежного и… смирного. Осядет с ним в безопасном месте и родит с десяток ребятишек, которым не будут угрожать черти на каждом шагу. Она и так потеряла слишком многое, чтобы однажды лишиться еще и семьи.