( Не ) настоящая жена для магната (СИ)

— Марина, — сдавленный стон перерос в отчаянный крик.
В груди, там, где горел послеоперационный шрам, стало пусто. Словно кто-то залез туда своей костлявой рукой и сдавил разодранное сердце.
Колени подкосились и обмякшая Маша полетела в бездонную пропасть. В голодную черную дыру, которая неумолимо засасывала ее, чтобы проглотить навсегда.
***
Артем начал напрягаться, когда не нашел ее среди раненных. Несколько беременных женщин сидели перед каретой скорой помощи и смотрели на него пустыми, мертвыми глазами, от которых хотелось спрятаться, увернуться… только не видеть их звенящую обреченную пустоту.
Взрыв произошел на первом этаже, недалеко от стойки регистрации. Девушка, встречавшая посетителей клиники, погибла. Ее изуродованное тело выносили в черном мешке. Не повезло еще нескольким сотрудницам, дежурному акушеру и пяти женщинам. Все они находились в непосредственной близости и Смерть забрала их с собой.
Она была везде. Летала над разрушенным крылом клиники, кричала во все свое кровавое изодранное горло и медленно уничтожала гниющей аурой. На месте красивого ультрасовременного здания перинатального центра теперь стоял пылающий, пепельно-черный остров. Клубы едкого дыма все еще поднимались от догоревших останков, напоминая кадры их фильма ужасов.
О том, что там, среди этих руин покоятся останки невинных детей Артем запрещал себе думать.
Поморщившись от боли в плече, мужчина отмахнулся от назойливого фельдшера и бросился к своим людям.
— Где Марина?
— Ищем… Скорее всего увезли вместе с другими пострадавшими.
— Найдите ее. Немедленно.
Отвернувшись от очередной машины реанимации, стиснул зубы. Да так, что почувствовал, как крошится эмаль. Проклятое чувство страха и беспомощности не отпускало, сдавило клещами, не давая вдохнуть.
Где ты, Котенок? Почему не отзываешься?
Он задержался всего на несколько минут. Отправил ее с медсестрой, а сам собирался обсудить план ее питания. Идиот!
Какого черта ты не пошел с ней?! Почему не почувствовал?! Не учуял приближающуюся катастрофу?!
Если с ней или с ребенком что-то случится… если…
Кости угрожающе затрещали, обжигая изодранные кулаки. Артем поранился, когда вытаскивал из палаты беременную женщину. У бедняжки из-за страха начались схватки, она не могла ходить. Пришлось руками выбивать путь сквозь горящее марево. Неся незнакомку к выходу, задыхаясь от удушающего запаха гари и дыма, Артем мысленно умолял бога, чтобы и ее девочке кто-то помог.
Перед глазами запрыгали черные точки.
Не будет никакого «если»!
Марина жива. С ней не могло ничего случиться. Процедурная находилась в другом крыле, он почти не пострадал от взрыва.
Сейчас его люди обыщут периметр, поговорят со специалистами и узнают, куда увезли его жену. Съездят и заберут ее.
Нет! Он сам ее заберет. Сейчас же сядет в машину и помчится к ней. Плевать на раны, и не такое видали.
Королев сжал губы.
С каждой секундой ожидании внутренности стягивало все сильнее.
Так нельзя.
В таких ситуациях нужно сохранять бдительность. Как бы тяжело не было, но они выкарабкаются.
Все будет хо-ро-шо!
— Тим, что там? Есть новости?
Плечо нещадно ныло, боль вгрызалась в тело отравленными клыками, но он уже ничего не чувствовал. Пока ждал ответа, казалось сердце отсчитывает целые годы, а не секунды, и дышать все труднее от волнения и поднимающейся волнами паники.
Развернулся резко, вгляделся в затуманенный взгляд друга и с ужасом увидел там свою казнь. Душа заледенела и все внутри застыло, распарывая натянутые нервы тонким лезвием жуткого предчувствия. И глаза скользят по каменному лицу полковника, по холодной линии губ и четкому отпечатку вины на каждой клетке. Тяжело дыша, пытался сдержать крик. А потом, набрав полные легкие кислорода, схватил Чернова за лацканы и заорал надрывно:
— ТИМАААА, — и ни звука в ответ. Только взгляд стеклянный и вина. Отчаяние.
— Герман увез ее, — ответ, который он уже слышал в воспаленном сознании. — Машину уже пробили, в городе объявили план-перехват…
 
Пальцы сами по себе разжались, и Артем отпустил его.
Отступил на шаг, не сводя с него обезумевшего взгляда.
В грудь будто раскаленную кочергу вонзили. Вдолбили поглубже и развернули пару раз, раздирая в кровавый фарш.
Герман.
Крыса, о которой он подозревал с самого начала.
Тот, кого он лично к ней приставил. Велел защищать.
Сука!
Не исключено, что и взрыв этот произошел не случайно. Спланированный адский спектакль, чтобы отвлечь внимание. Посеять панику и хаос… и забрать ее прямо у него из-под носа.
Вдруг рация в руке Чернова заработала.
— Машину зафиксировали в десяти километрах от МКАДа, когда заезжал на заправку. Едет в сторону поселка, координаты я уже отправил.
Артем знал, что услышит такой ответ. Гордеев начал действовать. И пока они искали врага в стороне, тот уже давно проник к нему в дом и притаился в ожидании.
Если с его Мариной что-то случится… Если она или ребенок пострадают… Он собственноручно предателя кастрирует. Отрежет ему гениталии и заставит сожрать. А потом снесет весь этот город до основании, но отыщет Гордеева. Вытащит из-под земли и отправит прямиком в ад.
— Объект видели? Она с ним?
— Кассир видел кого-то на пассажирском кресле, но лица не разглядел.
— Продолжайте слежку.
Людей продолжали эвакуировать с места трагедии, полиция и МЧС приступили к разбору завалов.
Артем коротко отдал указания привезти необходимую технику и помочь властям. В больницы, куда доставили пострадавших уже перевели необходимые суммы на медикаменты и оборудование.
Сам сел в машину и в сопровождении небольшого отряда двинулся вдогонку Герману.
Королеву так и казалось, что он видит перед собой эфемерный автомобиль. Старенькая серая «Мазда», неприметная, не привлекающая лишнего внимания. А в она — его душа и жизнь. Его Марина.
Он представлял, как она наверное испугалась, как волнуется, не зная, где он и как. Его маленькая бесценная девочка…
Спереди и сзади бесшумно ехали машины сопровождения. Черные, прошитые броней, тонированные в танк. У каждого из подготовленных вооруженных вояк была четкая установка.
Артем привык к осторожности. Привык, что в этой жизни нужно всегда быть начеку и оглядываться. Но еще никогда его не предавали «свои». Никогда еще он не оказывался в ситуации, когда били со спины…
Неожиданный телефонный звонок отвлек его внимание.
Мама.
Наверняка узнала о случившемся, теперь переживает.
— Артем?! Темочка, ты как? С вами все в порядке?!
Тяжело дыша, сглотнул невидимый ком. Дрожь и неподдельный страх в голосе родного человека сводила с ума. Кивнул в ответ, не сразу сообразив, что она его не видит. Собрался и заставил себя заговорить.
— Все хорошо, мам. Не переживай.
— А Мариночка? Она точно в порядке? Дай мне ее услышать…
Марина…
Ты же в порядке, сладка? Ты же не сдалась и не сломалась?
И, словно получив удар в солнечное сплетение, выдавил хрипло:
— Марина… она спит. Испугалась немного, а так все нормально. Я позвоню позже.
— Тем, — в любимом голосе появились знакомые нотки. Мать всегда так говорила, когда чувствовала неладное. — Ты же не врешь мне? С Мариной точно все хорошо?
— Точно. С ней ничего не случится. Я этого не позволю!
И отключился. Еще одного вопроса просто не перенес бы. Ложь давалась с трудом, царапала глотку, будто туда ржавых гвоздей натолкали.
Артем ненавидел неправду. Презирал ее. Каждой клеткой.
Но еще больше он ненавидел СЕБЯ. За то, что врал. Да еще и так нагло. Так… безнадежно.
Он так и сидел со смартфоном в руках, глядя в пустоту. Час или два. По ощущениям — целую вечность. На деле — минут десять. Артем потерялся. Перестал мысленно отсчитывать каждую секунду. Как в бездну провалился. Без конца и края. Темную. Беспросветную. Пока телефон в руках вновь не ожил.