Академия некромантов. Дракон в моей голове. Книга 2

После этого он рассказал, где находятся хозяйственные подсобки с тряпками, настоями и другими вещами для уборки. На каждой бутылке, как он заметил, есть надпись с указанием, для чего тот или иной настой предназначен. Также дух предупредил, что за настоями и зельями нужно обращаться только к нему и использовать их строго по назначению, поскольку создание таких средств – дело затратное и долгое. Если лить их в каждый угол без нужды, зелья быстро закончатся, и до поступления следующих мы будем мыть и убирать грязь своими руками и обычным хозяйственным мылом. Поэтому главное в нашем деле – экономия.
  
В общежитие мы вернулись с чувством лёгкой усталости, будто уже успели отдраить несколько кабинетов. Эльза шла по коридору молча и задумчиво, но, едва мы зашли в комнату, она тут же схватила меня за руку.
– Я не верю, что мы на это согласились! – воскликнула девушка. – Луна, ты даже не представляешь, во что мы ввязались! Не все ликвидаторы соглашаются на работу в академии некромантов.
– Что?! – возмущённо мяукнул Морфиус, который до этого спокойно сидел у стола и уплетал блины со сметаной. Причём было совершенно непонятно, когда он успел их принести. И откуда? Я точно помнила, что в столовой на ужине блинов не было. Но спросить об этом не успела.
Кот вскочил на месте и завопил:
– Ликвидаторы?! Луна, что ты натворила?
Я вздохнула, прошла к столу, подцепила один из блинчиков, макнула в сметану, сунула в рот и, жуя, спокойно ответила:
– Ректор Найтфорд предложил работу, и мы с Эльзой согласились.
– Ну как мы… Луна согласилась, а я не смогла её бросить, – вздохнула подруга и направилась к шкафу.
– Ликвидаторами?! – хрипло повторил кот.
– Да! – кисло подтвердила я.
– Оооо… – Морфиус сполз со стула на пол. Но тут же вскочил на задние лапы, приподнял бровь и, щуря глаз, сквозь зубы прошипел:
– Внучка великой ведьмы и вдруг – ликвидатор?! Уборщица магической грязи! Дочь рода Селестра должна убирать за магами и их практикантами?! Да я всех прокляну, кто до этого додумался!
Арк одобрительно хмыкнул:
– По поводу проклятий совершенно согласен. Пора бы уже поискать книгу с самыми жуткими.
Эльза не выдержала и расхохоталась.
– Луна, кажется, твоей второй личности не нравится твой выбор.
– Моя вторая личность слишком говорливая, – вздохнула я.
– Но в одном она… ох, извини, он прав, – тут же поддержала дракона фейри. – Я бы на твоём месте поискала книгу по проклятиям. Неизвестно, с чем мы столкнёмся на работе. Лучше изучить побольше всякой тёмной магии. И я бы советовала использовать не академические книги, а что-то посущественнее.
– Библиотека Института Элестии, – подсказал фамильяр.
Я кивнула.
– Решено, в выходные идём в город. А сейчас нужно приступить к урокам. Вечером нас ждут кабинеты некромантии и высшей магии.
– У меня от тебя уже сердце болит, – кот застонал, театрально приложив лапки к груди.
Но я больше не обращала на него внимания. Бросила сумку на кровать и начала вытаскивать из неё учебники.
Я уже почти всё вытащила, когда в глубине сумки что-то блеснуло. Я сунула руку и выудила оттуда зеркальце.
– Ух ты! – тут же услышала от Эльзы. Она стояла у стола, убирая остатки ужина Морфиуса, и как раз повернулась ко мне. – Красивая вещичка. Что это такое?
– Зеркальце, – ответила я, поворачивая его в руках. – Единственное, что осталось от бабушки. И то по случайности. Я как раз вчера утром закинула его в сумку и совсем забыла.
Мне стало невероятно тоскливо. Крохотное зеркальце помещалось у меня в ладони, и эта маленькая безделушка – всё, что осталось мне в наследство. Я осторожно протёрла стекло.
Эльза подошла и присела рядом. Положив руку мне на плечо, она ласково его сжала.
– Случайности не случайны. Может, твоя бабушка где-то там, свыше, знала, что может произойти, и хотела, чтобы хоть что-то осталось у тебя в память о ней. Знаешь, оно выглядит очень необычно. Может, оно магическое?
В глазах Эльзы вспыхнул живой интерес. Она аккуратно взяла зеркальце из моих рук и внимательно его осмотрела.
– Красивое плетение. И судя по всему, очень старое.
– Самое обычное, – фыркнул Морфиус, забираясь на свой лежак на подоконнике. – В нём нет магии. Я проверял.
Эльза скосила взгляд на фамильяра.
– Магии, может, и нет, но память о бабушке более ценна. Судя по плетению, оно действительно очень старое. Такое давно уже не делают.
Фейри протянула зеркальце обратно мне.
– Храни его, Луна. В любой древней вещи заключена магия рода. Это не волшебство, а энергия её прежнего владельца.
– Ерунда. Обычная побрякушка, – фыркнул Морфиус, хотя его уши заметно дёрнулись, и по мордочке было понятно, что слова Эльзы всё же его заинтересовали.
Я прижала зеркальце к груди.
– Эльза права. Для меня оно не обычное. Я буду всегда носить его с собой как талисман. Это единственное, что осталось от бабушки… – Голос предательски дрогнул. Я всхлипнула, и слёзы сами покатились по щекам. Эльза мягко обняла меня, а потом, наклонившись, прошептала на ухо:
– Никому не говори, что это зеркальце досталось тебе от бабушки. Если кто-то увидит и спросит, скажи, что купила его на городской барахолке. Я думаю, что если черномаги не позволили взять тебе ничего из дома, вероятно, и это зеркальце захотят отобрать.
«А рыжулька не только образована, но и умна! – отметил Арк с одобрением. – Она мне всё больше нравится».
Морфиус тоже уловил слова Эльзы и тихо мяукнул:
– Согласен, черномаги ничем не побрезгуют. И даже такую мелочь отберут, не раздумывая.
На том наш разговор окончился. Я осторожно положила зеркальце на тумбочку и, глубоко вздохнув, попыталась взять себя в руки. Эльза принесла учебники, и мы сели разбирать домашнее задание.
 
Глава 4
 
Сегодня нам повезло: учебный год только начался, и практических занятий почти не было, за исключением пары уроков в кабинете зельеварения. Уборки там оказалось немного – нужно было собрать чашки с парт, помыть их, подмести и вымыть полы. Зато на завтра было запланировано сразу три практики: две у некромантов и одна у высших магов. Все занятия для старшекурсников, а значит, работы будет значительно больше.
– Нужно как следует отдохнуть, – предупредила Эльза, когда мы вернулись в комнату.
Мы не раздумывая приняли душ, сделали домашнее задание и отправились спать.
Проснулась я от едва слышного звона – звука, напоминающего тот, что иногда возникает в ушах при резком скачке давления. Я прислушалась. Нет, это было что-то другое. Судя по всему, на улице все ещё стояла ночь. Лунный диск был виден в окно, значит, время едва перевалило за полночь.
Мой взгляд скользнул по комнате, освещённой голубоватым лунным сиянием. Или не только лунным? Что-то ещё слегка мерцало, оставляя слабые блики на стенах.
Сердце учащённо забилось, когда я заметила, что свет исходит от бабушкиного зеркальца, лежащего на тумбочке. Оно светилось мягким, нереальным сиянием, напоминающим экран старого телевизора, и издавало тот самый тихий звон.
Это было странно. Ночник был выключен, хотя я точно помнила, что Арк зажёг его перед сном. Он собирался изучить несколько глав из книги по общей магии.
Я перевела взгляд на Морфиуса. Кот мирно спал на своей лежанке, свернувшись в клубок. Он даже ухом не повёл. Неужели фамильяр ничего не слышит? Всегда считала, что у животных слух гораздо лучше, чем у людей.
Мой взгляд переместился на фейри. Эльза тоже спала, тихо посапывая, обняв подушку.
– Арк, ты ведь видишь это и слышишь, правда? – прошептала я, чувствуя нарастающее беспокойство.
  
Ответа не последовало.
– Арк? Ты же говорил, что никогда не спишь… – начала я, но мой голос тут же дрогнул, от пугающего осознания: внутри меня пустота. Я больше не чувствовала дракона. Никакого эха его мыслей, никакого знакомого давления в сознании. Только мои собственные мысли и моё участившееся дыхание.