Лик Ветра. Том 3 (СИ)

– Давай тарелку, жрать хочу безумно. А то, что будет завтра, произойдет завтра и уже не с нами сегодняшними, – Гровин Баггз принялся жадно, ложка за ложкой, уплетать ужин.
– Куда дальше? – спросил Вакин, когда тишина и сопение ему наскучили.
– Доберемся до Каана, а там посмотрим. Надо будет продать несколько реликвий, а то золото на исходе, да и кобыла не такая резвая как раньше.
– Ну нет. Это же через всю пустыню. Еще не хватало напороться на иркарайцев или какую Лунную Кошку.
– А выбора у нас нет, друг. Если есть мысли, где еще найти парочку магов, то говори, я с удовольствием послушаю. В Стологе сказали, что магичку в последний раз там видели. А так как в лаборатории старого чародея ничего не оказалось, – безбородый кивнул в сторону пещеры, – это наш главный шанс отыскать Священный Камень.
– А какого черта нам маги сдались, если ты сам сказал, что Сарвилл Кхолд какой-то там хренупник, без которого мы пятую печать не откроем и что он к Антакриэль и на версту не подойдет.
– Тут все гораздо сложнее, чем представляется твоей дурной башке, Вакин. Из разговора между странником и чародейкой я точно понял, что он туда не сунется, но ни слова не слышал о том, что без него эту печать сломать вообще невозможно. Кое-что мне удалось раздобыть.
Гровин Баггз достал из мешка небольшую шкатулку, открыл ее и в кипе соломы нащупал маленький сосуд с красной жидкостью.
– Это кровь Сарвилла Кхолда. Пусть мы не сможем привезти к озеру самого медведя, но думаю его часть нам сгодится не хуже. – Он повертел в руках флакон.
Глаза Вакина расширились, а рот приоткрылся, словно Гровин Баггз сказал ему о том, что только что отрыл здоровенную золотую глыбу в самом сердце Призрачных Гор.
– Это что получается? Мы с тобой пятую печать откроем и если там действительно будет Священный Камень, то в историю войдем?
– Не только в историю, дубина! О нас будут слагать свои завывающие баллады расфуфыренные барды, каждая гномья баба захочет от тебя детей, а наш народ построит тебе самую грандиозную статую и состаримся мы в имении, в котором будем до самой старости купаться в эле и закусывать бараньими боками! Ни один людской король так не жил и жить не будет.
– Тогда чего мы тут рассиживаемся?! – Вакин вскочил на короткие ноги и своим возгласом разбудил храпящего доселе гнома.
– Сядь и не рыпайся, отвисшая задница! Вот и Бовина разбудил.
– Чего? – отозвался проснувшийся гном.
Соня еще несколько мгновений пустым взглядом смотрел на приятелей, затем рухнул на землю и захрапел.
– Кровь Сарвилла Кхолда это еще не все, что нам нужно. Понимаешь? Чтобы сломать печать нам нужны маги всех четырех стихий. А этих магов по всей Неймерии ищи свищи. Как дордонийская Инквизиция принялась их словно поваленные деревья сжигать, так теперь ты хрен одного отыщешь. Я уже молчу о четырех, да еще и с разным способностями.
– Да уж, – отозвался Вакин, на этот раз раздосадовано. – Выходит, рано радоваться…
– Радоваться не рано! Потому что раньше ты наобум по континенту шлялся, а теперь конкретную цель преследуешь. Просто надо рогами упереться и открыть последнюю дверь во что бы то ни стало.
– Верно ты говоришь, Гровин. Значит в Каан, искать магов?
– В Каан.
***
Каан находился на северо-востоке Дордонии и мирно граничил с Сумеречной Пустошью. Городок был небольшой и жил за счет огромных плантаций с фруктами и овощами. Те путники, что верили в существование дриад и опасались встречи с ними, непременно проезжали через Каан по пути на самый север Неймерии.
Главная дорога, ведущая непосредственно к воротам, ложилась между двумя исполинскими статуями гномов, положивших рукояти таких же огромных как они сами каменных молотов на землю и перекрещенных высоко наверху.
– Это все бывшие земли гномов, Бовин, – поучал Гровин Баггз. – До тех пор, пока люди не приплыли на Неймерию все эти просторы принадлежали нам.
Вечно сонный гном кивал и озирался в надежде заинтересовать самого себя, но вопреки стараниям не переставал время от времени широко зевать.
 
– Что было, то прошло, – лениво отозвался он и вновь широко зевнул.
– Эх, телячья твоя голова, ничего ты не понимаешь. Давай расскажем молодому, Вакин, как наши предки все просрали.
– А чего тут рассказывать? – Вакин держал вожжи старой серой кобылы. – Пришли люди и своим числом надавали нашему народу под зад. А мы, рады стараться, умчались в Призрачный Горы и с их позволения там обосновались.
– Рассказчик из тебя, как девственница из пятидесятилетней куртизанки, – махнул рукой безбородый. – Много лет назад гномы правили всей Неймерией, – начал он историю на свой лад. – Даже эльфы ходили по нашим землям на цыпочках, потому что гнев тогдашних королей был тверд и безжалостен. Не нужна была нашему народу никакая магия, потому что один гном в ярости стоил десяти размахивающих своими ручками эльфов.
– Ну что ты языком чешешь? – Вакин вернулся в беседу, пользы которой изначально не принес. – Эльфам всегда все равно было на земли и власть. Изумрудный Лес и небольшие храмы по всему континенту – это все, на что они когда-либо претендовали.
– Это тебе сейчас так кажется, балда, потому что они давно носу из леса не показывают. А что до гномьих богатств – им всегда дело было.
– Не все равно им было, когда наши короли свои носы в их дела совали! Но по-другому ни их, ни нас не учили.
– Да ладно! А как ты объяснишь вторжение Иллана Таасина в Город Гор? Такое было одно и не говори, что твои предки не рассказывали о кровавой битве у Соколиных Вершин?
Вакин не обернулся, но Гровин Баггз догадался что тот нахмурил брови.
– Я слышал, что мы первые напали на отряд спящих эльфов, взяли пленников, потом жестоко пытали и в конце концов убили. Это спровоцировало конфликт и тогда остроухие пришли к Соколиным Вершинам мстить.
– Складно поешь, брат. Да только ни толики правды в этой басне нет. Слушайте тогда оба, как дело было, пока Гровин Баггз жив и может вам истину поведать.
Кобыла уже протаскивала телегу с гномами через небольшой мостик, что помогал преодолеть ров перед воротами города.
– Эту историю мне рассказал мой дед – Сандал Баггз. Он тогда служил в армии короля и патрулировал Змеиный Тракт у подножия Призрачных Гор. Всю правду я знаю с его слов, так что можете не сомневаться в том, что так на самом деле и было, – Гровин Баггз облизнул пересохшие губы. – В то Долгоночие стоял жуткий мороз и другого такого мой дед не припомнил больше за всю свою жизнь. И вот решив отлучиться для того, чтобы отлить, он зашел глубже в лес. Вороны тогда орали словно проклятые какие птицы, вспоминал мой предок, а красная луна на небе предвещала кровавый рассвет. И вот стоит он у дуба, делает дело и видит, как вдалеке, сквозь лысые ветви и тьму, огонь светит. Он, ясно дело, сразу за секиру схватился и медленно пошел к костру проверить, не бандиты ли какие там свое логово обустроили. Вскоре добрался дед до лагеря, в котором десяток лежанок был расстелен, но ни единой души вокруг не было, хотя костер такой силы горел, что с самых Южных Земель виднелся. Зашел он в лагерь, а там кровь повсюду. Тьма и смерть по поляне гуляют…
– Кудах! – завопил внезапно Вакин, а внимательно следящий за рассказом Бовин от неожиданности подпрыгнул и заставил гномов расхохотаться на всю улицу, прохожие на которой до этого момента не обращали на странников никакого внимания.
– Ну и трусливая ты курица, новичок! – Вакин не мог остановить свой смех.
Бовин лишь обиженно посмотрел на товарища и вновь повернулся к Гровину Баггзу.
– Эльфьи уши на ветках висели повсюду и самих тел видно не было, понимаешь? – Гровин Баггз вопрошал с огромными глазищами.
Новичок кивнул.
– Ничего ты не понимаешь! Значит это, что когда гномы тот отряд обнаружили… Вернее, то, что от него осталось, эльфы уже все поголовно мертвы были. А та сволочь, что сказы наплела остроухому королю, своей выгоды искала. А быть может этот ваш Иллан Таасин специально все подстроил, чтобы повод иметь на гномов напасть. Потому как именно тогда в Призрачных Горах огромную шахту продолбили и целые залежи золота нашли.