Лик Ветра. Том 3 (СИ)

– Маги до сих пор существуют, – вдруг вместо странника заговорила Лиана. – Армия Творса состоит из одних волшебников и как я уже говорила, они оказались не безупречны в битве на берегу Дастгарда. Любой, кто дышит, способен умереть. Маги – не есть Боги. Также на примере западной империи вы можете видеть, что ни один творсиец не прислуживает волшебникам, а скорее наоборот, магия существует на благо людей.
– Мы не знаем, почему предки людей приплыли на Неймерию, – подхватил медведь. – От кого они бежали? Или от чего? Несколько десятилетий мы сами сознательно убивали собственную силу. То, что возможно было единственным, что способно защитить нас в будущем. Доверие. Вот от чего высохла земля Неймерии. Все мы с вами смотрим друг на друга не как союзники, братья, предки одних и тех же людей, а как звери, защищающие свою территорию от чужаков, не понимая, что это не принесет нам пользы. Настало время изменить мир. Сделать население Неймерии способным постоять за себя и живущим в мире друг с другом.
– Ты говоришь о мире, сынок, собираясь на войну, – один из ярлов Холденфелла взял слово.
– Если одержу победу – он настанет.
– А если не одержишь? Значит все мы зря стирали свои задницы добираясь до этой Богами забытой крепости? – король гномов Дранг Сутулый присоединился к полемике.
Сарвилл глядел на него какое-то время, но не отвечал ни слова. Гном продолжил:
– Выходит так. А я не люблю тратить время бесполезно, как в нашем случае непременно случиться, если твоя армия, странник, проиграет. Гномы присоединяться к Нордхоллу в походе на Дастгард. Но командовать армией буду я лично!
У Сарвилла перехватило дыхание. Ноэми обернулась на Сутулого и удивлённо посмотрела. В амфитеатре тут же воцарился гул из говорящих голосов, нагромождающихся друг на друга.
– К порядку! – бородатый старик стучал палкой по каменному полу. – К порядку!
После нескольких попыток сделать это же действие, в амфитеатре вновь стало относительно тихо.
– Ваше Величество, я верно понял, что вы хотите быть в союзе с магами? – странник хоть и с первого раза все понял, но все же решил задать этот вопрос, не доверяя собственному слуху.
– Все верно. Вы меня убедили. Я останусь в Нордхолле, чтобы тщательно спланировать наступление. В конце концов южане давно не получали хорошей трепки от северного народа! Ха!
– Творс тоже присоединиться к страннику, – сказала Лиана. – Госпожа Туавиллик, вы не имеете ничего против того, что наша страна встанет за магов.
– Я согласна отстаивать свободу волшебников, Ваше Величество. Творс первым обозначил свои намерения не истреблять, а поддерживать магов. В этом случае, я считаю, цель оправдывает средства.
– Самое сердце Дордонии, славный город Аард поддержит странника, – заявил барон Ноген. – Однако вы должны обещать мне уступить права на трон после того, как Рогар Вековечный будет свергнут. С того самого момента именно Аард будет столицей Дордонии, как ему всегда и полагалось.
– Ничего не имею против, барон.
Сарвилл кинул взгляд на конунга Холденфелла.
– Север с самого начала на твоей стороне, медведь. Если ярлы согласятся пойти на юг взяв свои армии, то твоя сила будет еще больше.
– Расколотые Острова встанут за странника, при условии, что мы заберем военные трофеи!
– Тодден омоет свои мечи кровью южного короля!
Сарвилл благодарно кивал всем в ответ. Следом началась настоящая кутерьма. Кто-то бросался обещаниями примкнуть к страннику, кто-то сдержанно соглашался держать нейтралитет. Монахи вызвались помогать армии в качестве целителей. Пограничные деревеньки предпочли остаться в стороне, почувствовав свою значимость после участия в Свободном Конвенте. Графы, лорды и бароны разных земель и королевств в своем большинстве остались в стороне, сохранив тем самым возможность после окончания войны присоединиться к победителю.
***
Эти же вечером из тронного зала, где с недавних времен начал править своей армией Сарвилл Кхолд, доносились звуки флейты, арфы, лютни, барабанов и других инструментов, создающих веселую атмосферу на празднике, принявшем сегодня всех знатных личностей, приехавших на Свободный Конвент.
 
В самом центре, над головой танцующих, свешивалась огромная люстра, усеянная восковыми свечами и освещающая зал настолько ярко, что вполне могла бы справиться сама, без поддержки тех, что горели вдоль стен тронного зала. Музыканты расположились рядом с седалищем короля севера, на широком пьедестале в самом конце зала. За троном высокое окно – от пола до потолка – сделанное в виде мозаики, разбрасывало лучи заходящего солнца – синие, оранжевые, пурпурные, красные и других цветов.
Столы, стоящие вдоль стен, были усыпаны яствами – фруктами, мясом, вином, медовухой, сыром и другими блюдами, которые вряд ли ожидаешь увидеть на севере, но с приготовлением которых местный повар справился отменно. Сам ужин закончился совсем недавно и отплясывающие народные танцы гости еще не совсем растанцевавшись частенько путали движения.
Сарвилл стоял у стола с бокалом в руке. На нем была золотистая туника с плотно облегающими черными штанами, а на ногах красовались начищенные до блеска кожаные сапоги. Он постоянно касался непривычно зачесанных назад каштановых волос и смотрел по сторонам, выглядывая кого-то и как только увидел, появившуюся в зале Ноэми, тут же остолбенел.
– Ты выглядишь… – произнес он, не в силах подобрать слова.
– Поразительно? – ехидно улыбнулась она.
На волшебнице было темно-синее платье в пол с глубоким вырезом – широкие рукава, свисающие до самого пола, на плечах расшитые серебряными нитками узоры, а перекрестная шнуровка на спине плотно стягивала грудь. Иссиня-черные локоны, собранные на затылке и рассыпающиеся словно грозди винограда, были усыпаны блестками и пахли мускатным орехом и розмарином. На ее шее красовался кулон с водой из озера Антакриэль, который когда-то медведь подарил ей в Аарде.
– Поразительно! Даже это слово не может выразить моего восхищения до конца.
Волшебница ответила лёгкой улыбкой.
– Ты тоже оделся сносно. Впервые за все время нашего знакомства, – добавила она.
– Готов пожертвовать твоими комплементами, чтобы как можно реже залазить в эту неудобную одежду, – странник потянул за подол туники, пытаясь растянуть ее.
– Твои планы слишком грандиозны, медведь, чтобы надеяться на то, что тебе редко придется надевать подобный наряд. Смирись. Угостишь меня вином?
– Конечно.
Сарвилл взял со стола бокал и наполнил его. Протянув стакан, он на мгновение засмотрелся на ее васильковые глаза, и она тоже совсем забыла об осторожности. Их пальцы прикоснулись. Его как будто поразило молнией, а стакан выпал из рук. Вино растеклось по полу.
– Прости, – Ноэми приложила ко рту ладонь, чувствуя свое бессилие помочь ему.
Медведь выпрямился, оглядываясь по сторонам. Танцующий вокруг народ не обратил никакого внимания на происшествие.
– Ничего страшного, – ответил он. – Но как бы это не вошло мне в привычку – валиться с ног при виде тебя.
– А по-моему, в этой привычке нет ничего зазорного. Ведь ты же обещал когда-нибудь найти способ безболезненно прикоснуться ко мне? На тот случай я должна обладать ощущением, что у меня осталась власть над тобой. Что бы не говорили женщины, но этот скромный пункт в отношениях всегда является дополнительным плюсом в выборе партнера.
– В таком случае, я охотно приму это к сведению, – улыбнулся медведь и отвернувшись, чтобы налить в другой бокал вина, добавил. – Когда найду способ…
В этот момент музыканты начали играть следующую композицию и все, кто был в центре зала тут же принялись стучать каблуками под быстрый ритм бубна.
– Кто все эти люди? – спросил Сарвилл, оглядывая танцующую толпу.
– Бароны, баронессы, герцоги и герцогини… Все, кого ты пригласил на конвент приехали со своими женами и мужьями, детьми и родителями, советниками и их семьями. Перед тобой все высшее общество Неймерии. Хотя, конечно, не в его полном составе.