Лик Ветра. Том 3 (СИ)

– Это прекрасные новости, матушка! – Лиана встала из-за стола так внезапно, что задремавший за ним Седрик проснулся.
Принцесса обняла мать.
– Вы уверены, что нам больше ничего не угрожает? – сердце королевы волнительно билось всю ночь, и она не могла поверить в то, что все кончено.
– Даже если у нападавших еще остались силы, они не посмеют атаковать нас снова. Иллюзионист сделал большое дело. Бороться с иллюзиями не только глупо, но и смертельно опасно.
Антина облегченно выдохнула. Ей как будто просто нужны были слова о том, что все хорошо, чтобы поверить в это.
– Благодарю вас, господин Орегх. Вы можете идти.
Паладин поклонился и развернулся, чтобы покинуть покои королевы.
– И… спасибо, – Антина произнесла ему в след, на мгновение сбив шаг рыцаря, но не остановив его.
– Пожалуй, на этом моя миссия тоже завершена. Замечательно, когда дело не доходит до крайностей, – алхимик закончил складывать маленькие бутылочки в шкатулку и завернув ее в ткань ушел с позволения знатных особ.
Лиана осталась наедине с матерью. На улице стало спокойно. Ночь за окном больше не пугала постояльцев палатонесского дворца.
– Теперь ты станешь королевой Творса? – спросила принцесса.
Антина в ответ удивленно посмотрела на дочь.
– Я уже знаю, что отец убил дядю. Мне очень жаль.
– Мой брат был хорошим человеком, – глаза королевы наполнились слезами. – Его никогда не пугала смерть…
Королева зашлась кашлем. Лиана поднесла стакан воды.
– Все хорошо?
– Я в порядке, милая, – Антина незаметно спрятала окровавленный платок. – Мы защитили столицу твоих предков и это самое главное.
– Позволь завтра с утра зайти к тебе. У меня есть просьба. Она касается Сарвилла.
Хватающий за все нутро приступ вновь вернулся к королеве. Лиана хотела побежать за помощью, но мать остановила ее.
– Не надо… – произнесла она хриплым голосом. – Мне уже лучше.
– Ты не больна, матушка?
– Простуда. Иди спать. Нам нужно уберечь тебя, если заразно это.
– Ты уверена, что тебе не нужна моя помощь? Хорошо. Тогда я проведаю Аталя и пойду к себе. С первыми петухами пришлю к тебе Седрика, у него есть чудесная микстура, которая обязательно поможет вылечиться.
Королева улыбнулась в ответ. Она обняла дочь и поцеловала ее в лоб.
– Спасибо, что нашла меня, моя девочка, – сказала она вслед уходящей дочери. – Каждую минуту помни, что мать любит тебя.
Лиана поклонилась и покинула покои королевы.
Антина подошла к письменному столу и села за него, отвернувшись спиной к выходу. Попугаи в накрытой тканью клетке проснулись и зачирикали.
– Закрой дверь и запри ее на засов, – сказала она, не поворачивая головы.
В этот момент дверь заскрипела и тихо хлопнула.
– Тебя прислал Магистр Туамон, верно? – Антина помедлила несколько мгновений и продолжила. – Он подстроил нападение на целый город, чтобы каждый в Творсе думал, что это Рогар Вековечный отправил убийц Палатонес? Ведь в таком случае, никто и не подумает на то, что старый советник замыслил убить последнего ребенка Торла Уйлетана. Если Антина Уйлетан окажется случайной жертвой большого горя – это не станет такой трагедией и не вызовет подозрений. Красивый ход. Но слишком простой. Если бы я не знала, что умру с минуты на минуту по воле Касандры, то никогда не позволила бы этому случиться.
Антина знала, что как только перестанет говорить, ее убьют. Но говорить было уже нечего.
***
Пожилой странствующий старик брел по разбитой купеческими повозками дороге, то и дело спотыкаясь о торчащие из земли камни и задыхаясь от собственной торопливости.
Еще ранним утром он увидел, как река из простолюдинов и аристократов, прибывающая с запада торопиться в Палатонес на какое-то важное событие. Бросив все свои пожитки, что умещались в двух мешках и крепились к одной палке с разных сторон, чтобы удерживать равновесие на его плечах, он спешил за конвоем, который уже давно обогнал его, но до сих пор виднелся на горизонте.
По собственному опыту старца и его ощущениям он должен был оказаться в столице к обеду. Именно в полдень в Палатонесе всегда происходили все самые знаменательные события, на которых ему в свое время довелось бывать – рождение первенца Торла Уйлетана, когда император предстал перед своими подданными и гордо возвысив мальчика над толпой восклицал – «Узри своего наследника, великий Творс!»; похороны жены сошедшего с ума владыки, когда та умерла при родах Антины Уйлетан, единственной его дочери. Еще будучи мальчиком, пожилой старец бежал по этой дороге, чтобы увидеть воочию свадьбу Рувина Уйлетана с бабкой великого Драго Нэссой Турион, где с императорского стола такие бедняки как он получали свою порцию яств в честь праздника. Настолько длинные свиты спешили в Палатонес только по величайшим поводам и сегодняшний день был явно из таких.
 
Крона Великого Древа, торчащая из-за стен города, была тем самым маяком, в чью сторону тянулись жители выселок, потому что именно под ним происходили все древние традиции и ритуалы, связанные с императорской семьей – под деревом устанавливали украшенную сцену, подобную той, на которой по вечерам актеры театра «комедии и драмы» показывали свои спектакли местным жителям, а самый бездарный из них ходил между рядами и просил заплатить за представление звонкой монетой и бурными аплодисментами.
Чумазые мальчишки, одним из которых когда-то был он сам, бежали на перегонки и имели возможность занять самые лучшие места на грядущем событии. Старик хотел бы спросить куда так спешат все эти люди, но лишенный языка еще в детстве, когда пьяный отец посчитал, что это слишком много для ребенка, который смеет ему отвечать, уже привык узнавать все сам, не надеясь на помощь посторонних.
С тех пор, как странствующий немой в последний раз видел столицу многое изменилось. Старые деревянные постройки совсем обветшали и как будто нарочито были выгнаны за пределы остального города. Улицы обросли кирпичными жилыми зданиями с красными крышами и маленькими окнами, которые были оснащены примечательными арками для удобства перемещения жителей по Палатонесу. Высокий каменный мост, сменивший своего ветхого предшественника, ложился через Яблоневую Реку и вел прямо к Великому Древу.
Много успел сделать молодой император за свой век, думал старик. Быть может коварная случайность, когда все другие наследники погибли и не была случайностью вовсе? Божье проведение, призванное сделать из Творса ту великую страну, которую он видел теперь перед собой.
Погрузившись в свои, мысли немой не заметил, как стал частью толпы, которая неспокойно топталась у сцены, прячась от лучей дневного солнца под голыми ветками Великого Древа.
На сцену вышел дряхлый старик, подобный ему и начал вещать:
– Жители Творса! Приветствуйте Лиану Уйлетан – дочь неподражаемой Антины, внучку доблестного Торла и племянницу великого Драго Уйлетана!
Толпа загудела, зааплодировала и засвистела.
Этот старик короновал Драго Уйлетана, подумал немой. Уже десяток из рода Уйлетанов канул на тот свет, а он продолжает нести службу, словно призрак, не знающий покоя.
Принцесса Лиана, облаченная в длинное платье, взошла на сцену и поприветствовала народ.
Дочь Антины Уйлетан повернулась к Великому Древу и положила руку на исполинский ствол.
– Одна жизнь. Одна любовь. Одна страна. Одна верность. Три реки впадают в одно море. Одно древо кормит много людей. Холод, когда по отдельности. Тепло, когда вместе. Сила в движении. Слабость в грехе. Юность осторожна. Старость надежна. Век за веком. Тень за рассветом. Ночь или день. Все до единого. На благо народа. Клянусь.
Толпа была готова начать ликовать, но Магистр Туамон, облаченный в длинную белую рясу с красными лентами на рукавах, поясе и подоле поднял руку и заставил всех замолчать. Он взял с пьедестала кинжал и воткнул его в кору Великого Древа. Жидкость полилась наружу, спускаясь по стволу. Советник императорской семьи обмакнул в нее пальцы и обмазал волшебнице, которая уже стояла на одном колене, лоб и щеки. Затем положил кинжал на место, взял оттуда золотой кубок, украшенный рубинами, и поднес ко рту повелительницы. Лиана выпила содержимое залпом.