Когда падают звезды. Часть 2 (СИ)

   - Ты что?
   - Я. Люблю. Ее. - Дэррек смотрел на него неотрывно. - Потому и приехал. Я виноват, смертельно виноват перед ней. Но я люблю ее и не могу отпустить.
   - И давно ты решил, что любишь? - он не поверил. Сложно поверить в слова, сказанные из уст человека, не ставившего это чувство ни во что.
   - Ты не обязан мне верить. Я бы тоже сам себе не доверял. Но это так. Я тут для того, чтоб она меня простила.
  
   - Простила что? Что ты сделал? Ведь не просто так отпустил? Это был бы не ты. Ты любишь мстить. Даже за то, что она не совершала, - он давил на самые больные точки, вновь будя ненависть к самому себе.
   - Нет. Я не отпустил просто так.
   - Я не сомневался. Достойный настоящего герцога поступок. Мстить хрупкой девушке, беззащитной из-за собственных чувств вместо того, чтобы найти того, кто твой действительный соперник и сражаться с ним.
   - Я был слишком зол.
   - А теперь? Теперь она имеет право быть слишком злой?
   - Теперь она имеет право на все.
   - Даже просить тебя выметаться из своей жизни навсегда и получить согласие?
   - Если она не сможет меня простить - да.
   У Витора не укладывалось в голове, что эти слова произносит тот властный, безапелляционный, эгоистичный Дэррек, которого он знал много-много лет.
   - Зачем ты рассказываешь это все мне? Если мои угрозы не имеют на тебя ни малейшего влияния?
   - Мне нужна твоя помощь, - странные слова. Он впервые обращался к кому-то за помощью. Будто пробовал новые слова на вкус.
   - Моя? - Витор рассмеялся. - В чем? Ты хочешь, чтобы я уверил Майю в том, что ты ее любишь. Я сам в это не верю! Это просто очередная прихоть. А шепни кто-то тебе, что видел ее подающую руку лакею, ты просто напросто убьешь и его, и ее. В отличие от тебя, она стоит для меня больше, чем приглянувшийся домашний питомец.
   - Я не прошу верить, - про себя он добавил, что ему должна верить она одна, и этого будет достаточно. - Я прошу о помощи.
   - Какой? - Витор сдался в попытках получить объяснения.
   - Ваша с Соней свадьба запланирована на последнюю субботу октября?
   - Да. Но при чем тут это?
   - В этом и будет состоять помощь, точнее ее часть, - он не мог быть уверен, что просвети Витора во все свои планы, тот непременно согласится. Оставалась вероятность того, что он просто высмеет, а потом раскроет задумку Майе, сведя ее к нулю, но Дэррек сознательно шел на этот риск ради одного - призрачного шанса наладить то, что он тогда разрушил.
   Выходя из соседского дома, Витор не знал, смеяться ему во весь голос или вернуться, чтобы все-таки врезать пару раз его светлости. После всего, что услышал, после того, что увидел, он почему-то подумал, что возможно погорячился.
   Его светлость, похититель сердец, заядлый холостяк, известный повеса, вдруг влюбился в хрупкую, слабую и в то же время такую сильную Майю? И что же? Вы скажете абсурд? Первый красавец, лучшая партия, мечта любой девушки и изгнанная из общества анибальт? Такое бывает? Нет, это невозможно! Но почему же тогда, он соглашается делать то, о чем его попросили, почему будет исполнять его поручения, вместо того, чтобы предупредить о подвохе Майю?
   Наверное, потому, что от всего сердца желает ей счастья. И, черт возьми, ее счастье заключено в том, кто стал причиной страданий.
*****
   Витор не рассказал о своем недавнем визите к его светлости Майе. Отчасти, потому что она просила этого не делать, отчасти, потому что согласился подыгрывать Мэйденстеру. Пока что, ничего не должны были знать и ее родные.
   Этим вечером, в их доме вновь должен был состояться ужин, на который был приглашен герцог. Майя прекрасно понимала, что это неизбежно, что, не объясняя своей антипатии, она не заставит родителей отказаться от его общества. И весь день готовилась к новой встрече. Как ни странно, именно на окружающих ее людей она уповала. Ведь как оказалось, в их присутствии ей стоит бояться Дэррека намного меньше, чем наедине. При всех, он не сможет в очередной раз доказать, что ее силы воли достаточно разве что отказаться от обеда, но никак не от своих низких желаний и его странных игр.
   О том, что она отдала письмо герцогу, Витор узнал в тот же вечер, когда и сам вернулся из имения. Дэррек подтвердил, что подобное не повторится. Он уже отправил Розе пламенное послание, содержащее и ее угрозы, и его ответ. Стоит ей повторить свою попытку, и с карьерой она может попрощаться. А больше его денег и власти, она любила разве что собственную популярность. Жаль, он не мог успокоить этим Майю.
   Сегодняшний вечер обещал стать важным для него. Впервые Витор имел возможность узнать, чего стоят слова Дэррека. Увидеть, правда ли то, во что он начинал верить все сильнее.
   - Как должен выглядеть влюбленный мужчина? - они с Соней спускали вниз по лестнице, когда ему пришел в голову этот вопрос.
   - Как ты, - Соня сжала его руку сильнее. Прежде чем войти в столовую, ему предстояло ее отпустить.
   - Как это, как я?
   - Когда ты смотришь на меня... - она сама пыталась подобрать нужные слова, и понимала, что ощущений ими не передать. - Я чувствую взгляд, будто под кожей. И тепло становится в груди.
   - Но ведь это не я так выгляжу, - Витор улыбнулся невесте.
   - Да... - Соня ответила стеснительной улыбкой, она только училась откровенно признаваться в том, что ощущает. - А ты, ты смотришь на меня не так как на всех вокруг.
   - А как?
   - Как только на меня, - более понятного объяснения он не получил. Но в том, что она описала все как можно правдивей, сомнений не было.
*****
   Дэррек прибыл вовремя, как всегда пунктуальным был и генерал. В семь непривычно большой компанией, они сели за стол. Волнения Майи были напрасны. Как и в день отъезда на охоту, герцог уделял ей внимания не больше, чем тикающим на стене часам. Но в отличие от того утра, сегодня она была за это благодарна.
   Только увидев его, в темном костюме, на фоне которого белая рубашка казалась снятой со снежной горной вершины, у Майи перехватило дыхание. Каждый раз, после перерыва, будь-то день или неделя, ей казалось, что она видит его впервые и что хранящийся в памяти образ слишком блекл, рядом с оригиналом. Но когда она спохватилась, что просто напросто пялится, было уже поздно. В поймавших на подглядывании глазах зажегся еле заметный лукавый огонек. Вот и все. Весь последовавший за этим ужин он уделял внимание всем, дискутировал с отцом, с удивительно доброжелательным Витором, мамой, генералом, а у нее самой будто перехватило дыхание. Она не могла вставить ни слова, только стоило снова бросить в его сторону взгляд, как перед глазами становилась сцена их недавнего поцелуя.
   Сидящий по левую руку генерал делал попытки завести с ней разговор, но она была так рассеяна, что слишком часто прослушивала, переспрашивала и извинялась.
   - Как вы считаете? - так было и в этот раз. Смотря из-под опущенных ресниц на притягивающее взгляд лицо, она пропустила очередную реплику генерала.
   - Простите? - Майя оглянулась на него, в сотый раз, сбрасывая наваждение.
   - Витор сказал, что не имел бы ничего против, реши его жена заняться наукой, а как считаете вы, совместима роль жены, матери и обучение?
   Он задал этот вопрос не просто так, прекрасно помня, как о таком ее странном желании ему сообщил друг. По правде, скажи она, что верит - совместимо, пусть это и чушь, он посчитал бы, что ждать Сониной свадьбы, смысла нет. Он сделал бы предложение сегодня же. Ведь ни ему, ни ей пышное торжество не нужно, а вот наблюдая за ней, он с каждым днем думал все больше и уверенней, что желал бы поскорей заполучить ее в жены.
  
   - Нет, - она уткнулась в тарелку. Со всеми присутствующими в этом доме мужчинами у нее уже когда-то был такой разговор. И каждый раз она отвечала правду, стремление к науке - всего лишь попытка облегчить участь не состоявшегося семейного счастья. - К сожалению, нет.