Изгоняющий бесов. Трилогия (СИ)
Я поставил на стол тяжёлый ведёрный самовар ещё царского производства, с шестью клеймёными медалями, вежливо отказался «составить компанию за чаем» и, подмигнув доберману, направился в сени. Прикрыл дверь, нащупал джокера в нагрудном кармане свитера, погладил верного друга по загривку и шепнул:
— Развлекаемся?
— По полной, — счастливо подтвердил мой пёс. — Гулять, прыгать, играть, их кусь, тебя лизь! Всегда бери с собой собаченьку!
Щелчок ногтем по карте, секундное ощущение холода и головокружения… и вот мы оба стоим в белом коридоре. Лампы дневного света, белые стены без малейших украшений, белая дверь без таблички, две скамейки, один бесогон, ожидающий своей очереди.
— Здоровеньки булы, хлопци, — важно кивнул нам голубоглазый мальчишка лет четырнадцати-пятнадцати, бритый наголо, с ног до головы в байкерской чёрной коже с вышивкой, заклёпками и цепями. — Ось шукаю новины. Вже без бисов як без пряников!
— День добрый, — поздоровался я, доберман просто кивнул. — Парень, а ты не молод для такой работы? Без обид.
— Та яки обиды меж своими? — широко ухмыльнулся он. — Я ось вже шесть рокив у той Системе працую. А вы шо?
— Меньше месяца.
— От оно и то ж. Який же гарнесенький пес! Мабудь, грошей стоил дюже богато?
— Честно говоря, мы его почти на улице подобрали. Хозяин, депутат из центра, бросил его беременную мать в нашем районе. Этот попал ко мне.
— От це ж ах, — искренне вздохнул мальчик и протянул мне ладонь: — Грицко! Просто Грицко з Харькива.
— Фёдор, то есть для своих Тео. А это Гесс.
Доберман улыбнулся во всю пасть и сам сунул морду под мышку новому знакомцу. Типа погладь мой зад, погладь меня! Пока юный Грицко из Харькова счастливо начал наглаживать спину этого прохиндея, я невольно задумался о том, насколько же широко братство Ордена бесогонов.
Все проблемы грязной современной политики и любой грызни народов, казалось бы, не касались нас, людей, изгоняющих бесов. Волей судьбы мы всегда заняты чем-то более высоким, чем сиюминутная прибыль, и работаем отнюдь не на свой карман. Что было бы с этим несчастным миром, если б и мы поддались всеобщей шизофрении международного разлада? Это же страшно…
Представьте себе украинца, отказывающегося изгонять беса из несчастной девочки только потому, что она русская? Как если бы православный казак отказал в помощи семье мусульман-кавказцев, когда их дом захватили шайтаны? А улыбчивый татарин-бесогон не защитил бы собрата-белоруса на общем задании по обезвреживанию старого кладбища где-нибудь в Еврейском автономном округе? Представили?!
Боже, храни Систему и тех, кто каждый день выходит против нечисти здесь, сейчас и в прошлом, не задумываясь ни о чём, кроме реальной борьбы с бесами.
— Следующий!
— До побачення, Тео и Гесс. — Мальчик бодро вскочил на ноги, хлопнул себя по коленям, кивнул бритой головой и скрылся за дверью.
— Он хороший.
— Наверное. Только такие долго не живут.
— Да брось, — недоверчиво сдвинул жёлтые брови мой доберман. — Я же слышал, что он тут дольше, чем мы, и ничего. Бесов гонять весело!
— Наполеон в своё время тоже говорил, что лучший солдат — это мальчик четырнадцати-пятнадцати лет. Он не боится смерти и свято верит в своего полководца. Но нет ничего хорошего в том, что дети выполняют работу взрослых. И нелучшую работу.
— Ты скучный.
— А ты глупый.
— А я тебя кусь за это!
— Следующий, — прервал нас громкоговоритель.
Гесс так и замер с распахнутой пастью, полной жутких зубов. Я слегка прищёлкнул его по нижней челюсти, несерьёзные личные разборки закончены, пора заняться настоящим делом. Пёс мгновенно подобрался, подняв уши и напружинив лапы.
Надо признать, что некая нотка служебной дисциплины была привита ему ещё на генном уровне, доберманы жутко любят новые задания, тренировки и приказы. Особенно когда уверены, что отлично со всем справятся, а уж уверенности у них хоть отбавляй.
Мы практически одновременно толкнули дверь. За компьютерным столом сидела круглолицая, зеленоглазая, рыжекудрая девушка в свободном синем платье, словно сошедшая с полотен раннего Ренуара. Она поправила очки в серебряной оправе.
— Фёдор Фролов и его пёс Гесс. Проходите.
— Привет, Марта! — Доберман радостно кинулся ей навстречу, но замер под ледяным взглядом.
Честное слово, даже я за три шага почувствовал пронизывающий холод. Начинается-а…
— Вы практически провалили прошлое задание, — немилосердно продолжала девушка, которую я люблю, и в голосе её не было ни тени ответного чувства. — Вы подвергли опасности жизнь сотрудника Системы.
— Когда?
— А тогда, когда, не сумев ограничиться логичным изгнанием беса, вы вдруг вошли в полноценный конфликт с настоящим чёртом.
— Но мы победили.
— Кстати, используя не принадлежащее вам ангельское оружие, — мрачно добила Марта. — Вам необходимо вернуть перо.
— С собой нет. — Я честно распахнул тулуп.
— Вернуть немедленно!
— Сожалею, оно валяется где-то дома в Пияле. Если отец Пафнутий просто не выбросил его в печку.
— Очень на это надеюсь, — неожиданно легко согласилась она. — Итак, в остальном к вашей парочке нет претензий. Ваше новое задание…
— Марта, что происходит? — Я шагнул вперёд, встав перед ней бровь в бровь.
— О чём вы, агент Фролов?
— О нас с тобой.
— Скажу один раз: нет никаких «нас с тобой». Никак. Вообще. Без вопросов. Просто как данность. Повторять не буду. — Её голос был твёрже стали, а в глазах стояли слёзы. — Итак, ваше задание на сегодня. Есть тема по изгнанию бесов из бармена Славика в хэ. Если кто не в курсе, это сеть пивных пабов «Хэратс паб». Место действия — Россия, наши дни, город Саратов. Цель — два мелких беса, один справляет нужду прямо в бельгийское пиво, другой…
— Я тебя люблю.
— Что? — дрогнула Марта.
— Что? — не поверил своим ушам Гесс. — Ты же меня любишь, забыл?!
Я протянул руку и сам нажал клавишу Enter на её клавиатуре. Сердце сжалось от обиды и боли, но мгновением позже мы стояли в… В чужом городе, в сугробе по пояс. Декарт мне в печень!
— Лысина Сократова-а, — подтвердил мой пёс, закопанный в снег едва ли не по уши.
Наверное, впервые я от всей души порадовался, что мы так тепло одеты. Мороз стоял круче, чем у нас на Севере. Вернее, сам мороз вряд ли был выше десяти — пятнадцати градусов, но сильный, леденящий вдох ветер, казалось, в единую секунду выдувал любое тепло из-под одежды. Дыхание вылетало не паром, а сразу причудливыми ледяными скульптурами, перпендикулярно падая в тот же сугроб. Честно, честно!
Переглянувшись, мы с Гессом пошли врукопашную, активно выкапывая друг друга. Если в две руки и четыре лапы, то вполне себе получается, надо лишь постараться. А мы очень-очень старались! Жить-то ведь хочется, правда?
В сияющий предновогодними огнями паб мы ввалились, как Дед Мороз и Снегурочка, то есть оба белые от инея, по уши в сосульках, с синими носами и страстно желающие алкоголя. Ну, кроме Гесса, разумеется, он у нас не пьёт. В смысле ничего, кроме воды и тёплого бульона.
Хэ встретил нас полупустым помещением, домашним теплом, ароматами крафтового пива, солёных орешков, мяса на гриле, картошки фри и гостеприимным плакатиком «Официантов тут нет!». Но нам оно уже абсолютно пофиг…
— Самое крепкое пиво мне и миску подогретой воды моему псу!
— С собаками нельзя, — обрезал мрачный бармен.
Я поманил его пальцем поближе и выразительно прошептал на ухо:
— Это доберман. Собака дьявола, если что…
Вроде бы в моём голосе не было угрозы, да и вежливый Гесс старался улыбаться как можно дружелюбнее, но скалозубая улыбка добермана всегда обманчива, так что у бородатого (или, скорее, давно не бритого) мужика хватило мозгов не рисковать.
— Ладно. Садитесь вон там, поближе к дверям, чтобы не мешать посетителям.
Каким? На момент нашего визита в заведении находилось всего двое гостей. Один мужчина с пустой кружкой практически спал носом в скорлупках фисташек, а другой, коротко стриженный здоровяк со ставропольским акцентом, без стеснения орал матом по телефону, объясняя кому-то на том конце провода, как он ехал «БлаБлаКаром» и попал в аварию, так что даже немного ушиб голову.