Основатель 5 (СИ)

Я вглядывался в строки, перечитывая снова и снова. Почерк аккуратный, каллиграфический, явно писал профессиональный писец. Последняя фраза, «Электрум Семи Звёзд», была странной, но явно какой-то подписью. Типа пароль-отзыв, чтобы свои своих узнавали. Я стиснул зубы и взялся за второе письмо, ответ на депешу, которую Демид отправил им.
«Ваш план приемлем. Правление выразило сомнения в его осуществимости, но если его отношения со Стенькой Разиной так важны, как Вы утверждаете, то развязывание войны между ними станет ключом к отвлечению его внимания и ослаблению его связей. У Вас один шанс. Не облажайтесь. Медь Восемнадцати Лун».
  
Я нахмурился и тяжело вздохнул. Так значит, весь этот идиотский план — дело рук Демида.
Вот же сукин сын!
Он меня предал, чтобы умаслить Правление, этих кукловодов, которые дёргали за ниточки всей монополии. И всё же, несмотря на своё разочарование и злость, я не мог не задуматься над ответным письмом. Похоже, Демид указал, что мои отношения со Стенькой чрезвычайно важны, но это же явное преувеличение! Мне, конечно, нравилось работать со Стенькой, её деревня приносила кое-какой доход и служила рынком сбыта моей пшеницы, но я почти не заметил потери этих торговых сделок после бунта. Так, мелочь, а не критический удар по бизнесу. Может, процентов пять от общего оборота, не больше.
Картина, блин, никак не складывалась. Демид мог что-то затевать, но не исключено, что это просто какая-то хитрожопая дезинформационная кампания. Или, может, тройная игра? В шпионских интригах я был не особо силён, даже фильмы про них смотрел не особенно внимательно, но тут волей-неволей наберёшься опыта.
Если бы Демид реально хотел меня подставить, он бы не предложил такой тупой, просто детский план.
План был такой неэффективный потому, что Демид прекрасно знал, моя главная цель — избежать войны любой ценой. Мир, дружба, жвачка, ну и бабки, конечно.
Он в курсе, что для града Весёлого я хотел мира больше всего на свете, и что по натуре я, в общем-то, не злобный дядька, если не доводить. Даже если бы это дипломатическое недоразумение обошлось мне дорого, он знал, что я не объявлю войну из-за всего этого. Единственный способ втянуть меня в драку — сделать её оборонительной. Напасть первым — не мой стиль, если только не прижмёт совсем. Так что тогда? Весь этот цирк просто тактика затягивания времени, чтобы пустить пыль в глаза начальству? Или что-то более хитрое?
Всё ещё сомневаясь, я сунул письма в карман и вернулся к спящему Демиду. Свеча почти догорела, поэтому я потратил мгновение, чтобы приготовить новую, зажёг её и поставил на стол. Потом достал нож и уселся на ящик, нависнув над Демидом. Чисто для атмосферы, ага. Я вытрясу из него правду. Любой ценой.
— Подъём, — сказал я, пнув его по ноге. Не сильно, так, для пробуждения. Демид кашлянул и резко проснулся.
— Что⁈ — выдохнул он, оглядываясь мутными глазами, которые явно с трудом фокусировались после глубокого сна. Увидев меня, сидящего напротив с ножом в руке и свечой за спиной, он махнул мне рукой, прежде чем снова лечь. — А, это ты, Алексей. Рад тебя видеть. Есть хорошие новости?
— Может быть, — сказал я, наклоняясь вперёд. — Но для этой новости тебе лучше бы сесть.
— Я так устал, старик. Считай, двое суток без сна, читал про другие континенты, аж глаза на лоб полезли, — проворчал Демид, потирая лицо руками. — Если нам сейчас надо отправляться в дорогу, то дай мне хотя бы пару часов поспать перед путешествием, а то я совсем без сил.
— Вообще не об этом речь. Я нашёл письма от Правления, — сказал я в тот самый момент, когда Демид снова перевернулся на другой бок, собираясь досматривать сны.
Он замер, как суслик перед удавом, даже дышать стал через раз.
— По-понятно, — тихо прошептал он и прокашлялся. — Ну что… зарежешь меня? Или дашь шанс объясниться?
— Садись, — приказал я, — И да, попробуй объяснить, какого шницеля происходит?
— Конечно, конечно, — ответил Демид, садясь и поворачиваясь ко мне.
Он потратил мгновение, чтобы пригладить свои взлохмаченные и неопрятные волосы, которые, кстати, изрядно отросли за время его заточения. Борода тоже стала гуще, придавая ему вид отшельника. — Так, во-первых, я по-прежнему на тебя работаю, чтоб ты знал. Да, сейчас это может показаться странным, но я тебе оказал огроменную услугу, придумав эту схему.
— Кхе… Продолжай, — сказал я, внимательно слушая. Меня интересовал не столько язык тела Демида, сколько его голос. Если бы он занервничал, запаниковал, значит, попался. Но он казался вполне спокойным, ну, может, чуть дрожал голос, но это скорее дрожь человека, который боится, что его неправильно поймут, а не крысы, загнанной в угол.
— Хочу, чтобы ты представил себе Правление, как огромного спящего дракона, такого, что тень от него накрывает весь континент. Здоровенная такая рептилия, понимаешь? Старая, мудрая и чертовски опасная. Так вот, этому Правлению нужны только горы, просто горы гор бабла. Оно хочет спать, и чтобы его не трогали, нанимает кучу мелких дракончиков, чтобы те делали всю грязную работу, на которую ему самому лень тратить время, — объяснял Демид, активно жестикулируя. — И если ты донимаешь этих мелких дракончиков, ну, там хвосты им крутишь, Правлению по большому счёту пофиг. Но если ты разбудишь большого дракона, он просто посмотрит на твою деревню, выдохнет такой столб пламени, какого ты в жизни не видел, испепелив и кирпич, и камень, и даже сталь. А потом снова ляжет и заснёт, как ни в чём не бывало.
— Так понимаю, я это самое Правление разбудил, — ответил я, немного опустив нож. Оружие являлось чистой воды театральщиной, но теперь, когда я начал догонять, к чему клонит Демид, оно стало не нужно.
— Именно, — тяжело вздохнул он. — А чтобы разбудить Большого Дракона, нужно очень постараться. Это тебе не будильник завести на семь утра. Ты можешь бегать вокруг, задирать мелких дракончиков, сколько влезет. В свою очередь мелкие дракончики могут драться друг с другом, даже воровать друг у друга. Им это нравится, держит в тонусе. Но если Большой Дракон откроет оба своих глазища, неважно, кто ты, тебе крышка. Полный абзац.
— Ты хочешь сказать, что вся эта схема и провокации являлись просто попыткой создать видимость бурной деятельности, чтобы они думали, что что-то делается? — протянул я, мозаика начинала складываться.
— Ну да, — сказал Демид, почёсывая бороду. — Тебе здорово повезло, что ты успел завести пару сильных друзей, но, честно говоря, если бы Торговцы действительно по-настоящему захотели тебя убрать, они бы это сделали. Легко. Как два пальца об асфальт. У них армии наёмников, флот, связи по всему континенту, так что мне пришлось делать трудный выбор. Я состряпал какой-то идиотский план, который создавал видимость, будто ты наживаешь себе врагов на всех фронтах и с торговыми партнёрами, и с союзниками. Типа полный провал по всем внешнеполитическим направлениям. Он достаточно запутанный, чтобы требовать лишь редких донесений. И поскольку мой город к тебе ближе всего, все отчёты они будут получать от меня. Удобно, правда?
— Позволяя тебе кормить их дезинформацией, которую никто не проверит, если он не у тебя в кармане, — сказал я отчасти самому себе, откидываясь на стуле.
Внутри боролись два чувства: облегчение, что не придётся убивать своего подельника (а я вообще не убийца), и тревога от осознания, как близко я подобрался к тому, чтобы Торговцы меня попросту раскатали катком.
— Точно, — ответил Демид. — Я бы тебе сказал, но… иногда хороший план должен держать в руках только один человек. Меньше знаешь — крепче спишь, как говорится. К тому же твоя реакция должна была выглядеть натурально. Если бы ты знал заранее, то не смог бы так убедительно изображать праведный гнев.
  
Я покачал головой.
— Ни хрена подобного! От твоего якобы безобидного плана многие могли пострадать, — рявкнул я. — Это тебе не в бирюльки играть. Стеньку Разину вообще чуть не казнили! Её жестоко избили, несколько дней держали у позорного столба. Они собирались её убить, понимаешь ты это⁈ А что с остальными жителями деревни? Они тоже пострадали!