Основатель 5 (СИ)
Лана только башкой замотала из стороны в сторону: — Почём я знаю? Но я уже много лет числюсь в его агентурной сети. Сливала инфу потихоньку, ну, вы понимаете… Ничего такого, простая слежка, никакого криминала.
— Да ты что⁈ — прорычала Сияна, её аж перекосило от злости. Видимо, эта новость задела её за живое. — И тебя, значит, всё это время всё устраивало: мои деньги жрать, мои похвалы слушать, и при этом за моей спиной такие интриги плести, сучка⁈
— Я не хотела никого обидеть, просто заработать пару монет, — пискнула писарша, явно пытаясь сохранить остатки самообладания и не нарваться на преждевременную расправу. — Все шпионят, это ж как дважды два в этом мире. Я в основном только данные по нашему экономическому росту передавала, чисто статистику для анализа, так сказать… — она запнулась, поймав мой тяжёлый взгляд. — Ну, в общем, ничего такого уж секретного. А потом где-то месяц назад я получила от него письмо, где весь этот план был расписан в деталях. Прям пошаговая инструкция, как для дебилов.
— А это странное письмецо, надо полагать, ты в камине сожгла? Улики уничтожила, как положено настоящему шпиёну? — поинтересовался я, слегка прищурившись.
Что-то мне подсказывало, что не всё так просто.
— Нет, отчего же? Мне, как бюрократическому работнику, претит документы уничтожать или портить, так что я его сохранила, — заявила она с какой-то даже плохо скрываемой гордостью. — Ну, отчетность, порядок в делопроизводстве… Опять-таки это рычаг давления. Знаете, на всякий пожарный, если вдруг попадусь. Компромат, как известно, карман не тянет, а пригодиться может в любой момент.
— Дельно мыслишь, дольше проживёшь, — хмыкнул Нож, явно оценив её житейскую предусмотрительность. — Наш человек. Сразу видно, школа жизни пройдена на «отлично».
— Ты её ещё похвали за предательство! — рявкнула Сияна на Ножа. Её терпение явно находилось на исходе, ещё немного, и она бы эту Лану голыми руками придушила. Она мотнула головой и смачно плюнула Лане под ноги. Жест получился красноречивее любых слов.
— Да я не могу поверить, что ты на такое пошла, после всего, что я для тебя… — начала было она, но осеклась, видимо, поняв, что сейчас не время для сантиментов.
— Спокойно, Сияна, без нервов, — попытался я её немного успокоить. — Кишки ей выпустишь потом, когда письмо достанем. Успеется, никуда она от нас не денется. Но у меня всё больше подозрений, что это тоже липа. Подстава как элемент многоходовки, причём довольно странный.
— Акертону этому вашему тут, в наших краях, ловить абсолютно нечего, — согласилась Сияна, немного остыв и включая логику. — Какие ему тут могут быть интересы? Его земли зажаты между четырьмя другими Избранниками, мужик едва успевает дух перевести между постоянными войнами и интригами. Опять-таки география — штука упрямая, я от него далеко, а артефактов, которые ему нужны как дураку фантики, у меня сроду не водилось. Ему бы со своими проблемами разобраться, а не лезть в наши разборки на другом конце континента.
Внутри у меня шевельнулся какой-то слабый огонёк надежды, когда я прикинул все возможные расклады с этим поддельным, как я уже почти не сомневался, письмом.
Картина начала потихоньку проясняться, складываться в более-менее логичную мозаику.
Если это действительно Серебряные Шуты состряпали всю хитроумную цепочку событий, то они, похоже, реально перешли все мыслимые и немыслимые границы.
Просто зарвались ребята, потеряли чувство реальности. У сэра Акертона были ресурсы, и он определённо производил впечатление человека, который дорожит своей репутацией. Не тот тип, чтобы позволять всяким проходимцам и аферистам марать его честное имя. Если эти ворюги и впрямь распространяют фальшивые приказы от его имени, ему просто придётся присоединиться ко мне в борьбе против них. Деваться ему некуда, иначе он сам окажется под ударом и потеряет лицо. Вся эта красивая схема, конечно, держалась на одном маленьком, но очень важном «если»: если письмо действительно окажется липой. Это был ключевой момент, от которого зависело всё дальнейшее развитие событий.
Лану сопроводили под конвоем сходить за письмом; безопасность превыше всего, особенно когда речь идёт о таких важных уликах. Минут через двадцать мы с Сияной уже склонились над тремя тонкими листками бумаги в её личном кабинете. Обстановка была напряжённая, как перед вскрытием банковского сейфа с компроматом на всю семью Ротшильдов.
Мы читали хитроумный план, где по пунктам, как в армейском уставе, было расписано всё, что эта Лана должна была сделать, включая фабрикацию обвинений для этого их Горазда-революционера и найм специального провокатора, чтобы воду мутил и создавал нужный информационный фон. Каждый шаг был прописан чётко и ясно, как в хорошем бизнес-плане какого-нибудь выпускника MBA. Я следил за логикой без особых проблем, всё оказалось на удивление грамотно и профессионально составлено.
— Это, блин, работа гения, — пробормотала Сияна, пробегая глазами следующие пункты. В её голосе слышалось невольное восхищение. — Какой-то чёртов Мориарти местного разлива, не иначе. Мы бы уже вовсю рубились, если бы они продолжали в том же духе. Нас стравили на раз-два умело и результативно.
— Не спорю. Я и сам почти собрался на тебя армию двинуть, — ответил я, уставившись на последнюю страницу. Там имелось нечто особенно пикантное, вишенка на торте, так сказать: чёткие инструкции, если представится такая возможность, подкинуть Лисью отраву либо мне лично, либо кому-то из моих представителей, кто сунется с визитом в Шилово, чтобы уж наверняка война началась без всяких там вариантов и полумер. Если бы я не припёрся сюда и не вычислил подлянку, причем случайно, то мы бы точно не удержались от большого и кровавого махача.
— Ну и что думаешь? — спросила Сияна, когда наконец дочитала. Голос у неё был напряжённый, как струна. — Липа? Или это и правда старый чёрт Акертон?
— Врать не стану, я не эксперт-криминалист, однако годы и годы работы с документами сказываются… Короче, насколько я вижу, печать выглядит как настоящая, — признал я, внимательно её разглядывая через какую-то лупу, которую Сияна достала из ящика стола. — Сделано на совесть, не придерёшься. Похоже на официальный бланк. Но у меня с собой нет никаких других бумаг от Акертона, чтобы сравнить, проверить. В прошлой своей жизни я бы подтянул знакомых экспертов, почерковедение там и прочую графологию.
В комнате повисла тишина, такая густая, что её, кажется, можно было ножом резать. Мы оба посмотрели друг на друга, и в глазах у каждого читался один и тот же немой вопрос, который не требовал озвучивания.
— Алексей, — прошептала Сияна, и её голос слегка дрогнул. Видно, вся эта ситуация вымотала её не меньше моего, если не больше. — Если окажется что это он, если за этим действительно стоит Акертон, то это война. Полномасштабная, без дураков. Ты же это понимаешь, да?
— Понимаю, — выдавил я, стиснув зубы так, что желваки заходили на скулах. Перспектива ввязываться в войну меня, мягко говоря, совершенно не радовала. Я тут вообще-то бизнес-империю строить приехал, а не в солдатиков играть и чужие жизни гробить. — Но пока что я отказываюсь верить, что это он.
— Это у тебя стадия отрицания, — вздохнула Сияна.
— Может быть, но давай допустим, что это не он. У нас с ним очень даже выгодные условия сотрудничества, да и пакт о ненападении подписан как-никак. Не должен он так тупо подставляться, это же нелогично!
— Но письмо нарушает ваш пакт по всем статьям вдоль и поперёк! — воскликнула она, возбуждённо размахивая бумажкой, как революционным флагом. — Это же казус белли в чистом виде, стопроцентный повод для объявления войны! Надо бить. Быстро и жёстко. Обычная карательная операция, чтобы вырвать ему клыки и показать, кто в доме хозяин. Быстро и жёстко!
Она повторила эту фразу дважды, «Быстро и жёстко», как какую-то мантру или боевой клич. Чувствовалось, что она уже настроилась на войну, адреналин явно попёр, глаза загорелись нездоровым блеском.