Основатель 5 (СИ)

* * *
Я сидел за своим столом в Администрации, нервно косясь на Стратегическую карту, где маячил город Сияны Шилово.
Здоровенный такой город, надо сказать, не то что мой град Весёлый, пока что больше на деревню смахивающий.
Я, конечно, перед Гораздом и его, так сказать, революционерами распетушился знатно, расписал им перспективы во всех красках, но по-честному, война — это последнее, чего бы мне хотелось. Вот прям вообще последнее.
  
Сделаю что угодно, лишь бы избежать мясорубки, потому что в бизнесе, как и на войне, первый проигравший — это тот, кто ввязался в драку без стопроцентного плана на победу и, желательно, без единого выстрела. А у меня такого плана и близко не было. Если до Шилово дойдёт весточка о моих делишках, и они там решат, что это, блин, угроза независимости их новоиспечённого, так сказать, сателлита, то они могут ухватиться за мои действия как за законный повод мне навешать. Причём по-взрослому. А это значит, что мои торговые караваны, которые пока что катаются туда-сюда, как сыр в масле, без всяких проблем, тут же станут законной целью для атаки. Сияна может мне такой экономический ущерб нанести, что мама не горюй, даже не посылая ни одного солдата к стенам града Весёлого. Логистику перекроет — и всё, привет банкротство.
Ираида, мой верный Дипломат и по совместительству советник по особо щекотливым вопросам, сидела напротив.
Руки чинно сложены на коленях, а на лице такое выражение, будто я только что предложил ей инвестировать в МММ на новом витке истории.
Она, конечно, язык за зубами держала, умная женщина, но по её кислой мине и так всё было понятно: моё решение ей, мягко говоря, не по душе. Прям вот совсем. Я её вызвал пару минут назад, наивно полагая, что она сейчас, как фокусник из шляпы достанет гениальный план по разруливанию моего дипломатического «косяка». Но чем дальше я рассказывал про свои художества с Разино, тем мрачнее становилось её лицо, и это говорило мне больше любых слов. Взгляд у неё стал такой, будто я не перспективный Избранник, а мелкий хулиган, опять нашкодивший.
— Так что, думаешь, это уже не исправить? — наконец не выдержал я её осуждающего молчания. Прям как на допросе у следователя, ей-богу, только что лампой в лицо не светила.
— Я думаю, что этого всего можно было бы вообще избежать, — отрезала она, покачав головой. В голосе ни капли тепла, сплошной металл. — Алексей Сергеевич, ну что это такое, а? Что у Вас за неудержимое стремление постоянно вляпываться во все дипломатические западни? У Вас какой-то талант, честное слово! Прям KPI по созданию международных инцидентов выполняете.
— Да мне пришлось действовать быстро, иначе бы союзника… ну, Стеньку Разину, просто-напросто кокнули бы! — попытался я оправдаться, хотя понимал, что звучит так себе. — Там ситуация была… Ну, ты поняла. Цейтнот полный!
Но мои слова на неё не произвели ровным счётом никакого впечатления. Она лишь тяжело вздохнула, как будто я ей только что сообщил об очередном падении курса акций «Эола» на бирже.
— Вполне понимаю Ваше стремление действовать быстро, Алексей Сергеевич, но Вы всегда могли бы просто проконсультироваться со мной через Стратегическую карту. Этот хвалёный Визор-Монокль у Вас на глазу чуть ли не круглосуточно висит. Могли бы просто спросить, два слова черкнуть как советнику. Это же не сложно!
— И что, твой совет обеспечил бы безопасность Стеньки? — съязвил я, чувствуя, как начинаю заводиться. — Она бы там сидела и ждала, пока мы тут совещание проводим?
Ираида пожала плечами с таким видом, будто обсуждает не жизнь человека, а рутинную поставку древесины.
— Есть вещи поважнее жизни одного человека, Алексей Сергеевич. Но я полагаю, что смогла бы по крайней мере отсрочить её казнь. Найти какой-то компромисс, затянуть переговоры. Это моя работа в конце концов!
— Слушай, я не говорю, что я тут весь в белом, окей? Облажался, признаю. Но надо двигаться дальше, а не сопли жевать, — я постарался перевести разговор в конструктивное русло. — Как мне теперь затык с Сияной разрулить? Какие у нас опции?
— Наши отношения и так, мягко говоря, натянутые, как гитарная струна, — констатировала Ираида.
В этот момент на вкладке дипломатии Стратегической карты мигнул индикатор, и я перевёл взгляд на всплывшее окно с диаграммой моих международных связей. Уровень отношений с Шилово переполз на отметку −15.
Не то чтобы мы прям враги заклятые, но и большой любви Избранница Шилово ко мне явно не питала.
Так, холодный нейтралитет с душком неприязни.
— Когда об этом инциденте станет известно, а это вопрос времени, причём самого ближайшего, это только укрепит её уверенность в том, что Вы, Алексей Сергеевич, обыкновенный оппортунист и вообще беспредельщик. Наехали на новую слабую деревню без видимой причины. Я прогнозирую, что мы потеряем ещё очков двадцать, а то и больше.
Оказаться на уровне −35 — это, по сути, уже враждебные отношения, практически объявление холодной войны. При таком раскладе Сияна получала полное право Избранника объявить мне войну, и ей за это даже никаких штрафов не прилетело бы от моих торговых партнёров и союзников.
Плюс она могла запросто перекрыть свои границы, которые как назло проходили аккурат по Еловому тракту, основной транспортной артерии региона. И хотя она вроде как не была заядлой воякой, помешанной на битвах, но вполне могла наказать мою, как она наверняка подумает, «жадность», просто заблокировав движение моих караванов по безопасной дороге. А это означало бы, что мне придётся строить совершенно новый тракт в обход её владений. Расходы на такое предприятие — это даже не головная боль, а полноценная мигрень с осложнениями, потому что пришлось бы прорубаться через густой лес, а это ресурсы, время, люди… Короче, полный абзац для моей экономики.
— А если я ей что-нибудь пошлю в качестве извинения? Ну, типа подгон какой-нибудь? Может, предметы роскоши из Светлограда? — спросил я, лихорадочно перебирая варианты. — У них там вроде как раз производство наладилось.
— Если Вы одобрите бюджет, я могу отправиться с миссией доброй воли, — ответила Ираида, картинно вставая и отвешивая мне лёгкий поклон. — Но, честно говоря, я бы не ожидала от этого большого эффекта. Скорее всего, это будет как мёртвому припарка.
— Да не вижу я, в чём тут такая уж большая проблема! Ну подумаешь, силой забрали одного пленника, — проворчал я, всё ещё не до конца понимая масштаб трагедии. — С кем не бывает? В девяностые и не такое проворачивали, и ничего, все живы-здоровы.
— Дело не только в этом, Алексей Сергеевич. Гарантия — это очень серьёзно. Это не просто бумажка. Она не только цементирует безопасность маленькой деревни, но и демонстрирует авторитет более крупного поселения или города, который эту гарантию дал. Игнорируя эту гарантию, Вы, по сути, заявляете Шилово, что их авторитет — пшик, пустое место. Что их слово ничего не стоит. Это как… ну, не знаю… Как если бы Вы публично послали на три буквы очень уважаемого «авторитета» в присутствии его «братвы». Последствия могут быть… непредсказуемыми.
Я пожал плечами. Бизнес-логика подсказывала, что любой конфликт — это потенциальные издержки.
— А мы вообще можем потягаться с Шилово? Ну, в драке я имею в виду? Если дойдёт до крайностей.
— Война — это не моя плоскость, Алексей Сергеевич, — проворчала она, явно недовольная таким поворотом. — Моя работа — не допускать войны. Но насколько я могу судить по имеющимся данным, ни одна из сторон к полномасштабной войне сейчас не готова. Так что ждите какой-нибудь дипломатический «ай-яй-яй». Это может быть официальное осуждение Ваших действий, угроза войны или, что ещё хуже, экономические санкции. И да, на мою миссию потребуется пятьсот золотых. Сразу, налом.
  
Я махнул рукой, мол, бери, не обеднеем. Хотя пятьсот золотых на дороге не валяются.
— Ладно, бери, что нужно, из казны и дуй в Шилово, попытайся там всё уладить. И, чтобы ты знала, я извиняюсь. Серьёзно. Я не предполагал, что у моей спасательной миссии появятся такие далеко идущие последствия. Думал, проскочим по-быстрому.