"Фантастика 2023-93". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Дело в том, что немцы, воюя до этого в Европе, привыкли двигаться по дорогам. И они не учли, что засады им большевики способны подготовить почти возле каждого перекрестка, а сами эти перекрестки заминировать. Часто эти засады представляли собой вкопанные в капониры устаревшие танки, причем, замаскированные с особой тщательностью. Потому немецкие танкисты не замечали их поначалу, близко приближались, и становились жертвами прицельного огня в борта. Когда передние машины подбивали, а войсковые колонны останавливались, из перелесков, из-за деревенских домиков, или даже из стогов сена, мирно лежащих на полях, выкатывались советские танки и били по остановившимся после потери головных машин колоннам с обеих сторон дороги из пушек и пулеметов. А, когда немецкие танки съезжали с шоссе и пытались атаковать по пересеченной местности эти засады, обязательно находилась какая-нибудь пушечка, совершенно неприметно спрятанная в покосившемся сарае, или просто в кустах, которая лупила атакующие панцеры, опять же, в борта.
Спасала положение только оперативная авиационная поддержка. Но и русские с первых часов войны учились вызывать самолеты себе на помощь. Господство люфтваффе в воздухе совсем не было абсолютным. А бомбардировочная авиация сразу понесла существенные потери, попав всюду не только под огонь ПВО, но и под атаки советских истребителей. Хотя, разумеется, «сталинским соколам» опыта ведения воздушного боя пока не хватало, и они теряли больше самолетов, чем немецкие пилоты, уже повоевавшие в небе над Англией, Францией и Польшей. Да и техническое превосходство германских машин сказывалось.
Если, вызывая по радио авиацию и направляя огонь артиллерии по перекресткам впереди, немецкие танки кое-как все-таки продвигались, хотя и совсем не так быстро, как рассчитывали, то войсковой обоз страдал еще больше и двигался заметно медленнее, подвергаясь внезапным налетам красной конницы. Причем, многие кавалеристы были вооружены автоматическим оружием и гранатами, использовали тачанки с пулеметами и с минометами против немецкой мотопехоты на мотоциклах. Так что немецкие потери росли довольно быстро. Но и потери Красной армии во всех этих засадных боях, конечно, были немалые.
Помимо засад, в приграничной полосе вермахт встретился и с настоящими оборонительными рубежами. Группа армий Север сходу уперлась в подготовленную оборону Каунаса и Либавы. Очень мощный укрепленный район оказался на пути группы Центр вокруг Брестской крепости. Причем, крепость не была оставлена один на один с превосходящим противником. Лишние войска заранее были выведены и рассредоточены вокруг нее, чтобы не оказаться в ловушке. Мосты через Западный Буг в самом начале боевых действий взорвали, а переправы простреливались. Фланги обороняли артиллеристы и кавалерийские части, дислоцирующиеся в соседних лесах и деревнях. А на железной дороге стояли бронепоезда.
В самой крепости загодя были подготовлены к обороне все укрепления и огневые рубежи, а гражданские лица, включая членов семей комсостава, — эвакуированы. Здесь же, в районе крепости, был проведен первый в этой войне мощный контрудар по наступающему противнику. Поскольку Брест находился точно на пути наступления 2-й танковой группы Гудериана, Жуков ставил для начала задачу немного придержать быстроногого Гейнца. Поэтому не только саму крепость, но и весь город превратили в укрепленный район.
Повсюду в казематах Брестской крепости и в каждом подвале по периметру города были подготовлены пулеметные и артиллерийские огневые точки. Причем, каждая пулеметная точка комплектовалась не только пулеметчиками, но и истребителями танков, вооруженными пока, правда, неважно, всего лишь тяжелыми 125-мм ампулометами образца 1941 года, которые выпускал завод номер сто сорок пять в Москве. Эти ампулометы перемещались на колесном станке, что делало их немного похожими издалека на пулемет «Максим». Они приводились в действие охотничьими патронами 12-го калибра и стреляли литровыми стеклянными шарами с горючей смесью «КС» на сотню метров. А каждая артиллерийская позиция прикрывалась пехотными подразделениями. Полевую артиллерию поддерживали батареи тяжелых орудий бронепоездов, размещенных на железнодорожной ветке, ведущей из Бреста в Барановичи. В окрестностях Бреста использовались для обороны и недавно построенные ДОТы укрепрайона новой границы, в то время, как в других местах они были разоружены и взорваны, а их оснащение усилило старую пограничную линию, которую Жуков предполагал использовать, как основу обороны при дальнейшем продвижении немцев в глубину Советского Союза.
 
Конечно, Гудериан не стал тратить время на штурм приграничных укреплений и двинулся в обход с севера и с юга, оставив разбираться с крепостью пехотинцев и артиллеристов вермахта. Но, Жуков знал, как он пойдет, и при попытке обхода Бреста, Гудериан напоролся на мехкорпуса, загодя выведенные из Белостокского выступа и подготовленные к контратаке. Вот так и произошло утром 22-го июня первое в войне встречное танковое сражение. Причем, советские танкисты действовали при поддержке авиации, артиллерии и пехоты, а со стороны Беловежской пущи и из лесов южнее Бреста атаковала кавалерия, отсекая немецкую пехоту от танков. Потери оказались велики с обеих сторон.
Но, в конце концов, быстрому и опытному Гейнцу удалось прорваться вперед, обойдя Брест с севера, правда, потеряв при этом треть всех своих танков, половину мотострелков и обоза. Все, что пока смог Гудериан, так это закрепиться в Пружанах и вести бои на подступах к Барановичам. О скорейшем выходе к Минску и речи не было. К началу июля бои на центральном направлении шли по линии Ковель-Брест-Кобрин-Пинск-Барановичи-Слоним-Новогрудок-Лида, и образовался Брестский выступ, на острие которого находилась Брестская крепость, ее немцам окружить никак не удавалось, а обход с юга полностью провалился. В лоб взять крепость пока и вовсе не представлялось возможным. А с севера оборона проходила по реке Лесная. Люфтваффе отказывались бомбить укрепления, потому что повсюду там стояли зенитки, к тому же, русские сразу же вызывали свои истребители. И оставалось уповать только на осадную артиллерию, которую постепенно немцы подтягивали из глубины Рейха.
Герман Гот с 3-й танковой группой тоже потерпел неудачу. Сходу взять Вильнюс у него не получилось. Литовский мятеж не состоялся, а советская оборона оказалась подготовленной. Все мосты через реку Неман большевики взорвали, а места, где было возможно организовать переправы, находились под огневым контролем советской артиллерии. К удивлению немецких генералов, оборона РККА оказалась весьма неплохо организованной. Так что Гот тоже застрял под Вильнюсом, где оборона держалась по реке Вилия, по железнодорожной насыпи и вдоль дороги на Лиду. К началу июля самым большим успехом группы армий Центр стало взятие Белостока, Волковыска, Алитуса, Гродно и Пружан.
Еще хуже обстояли дела у группы армий Юг. В танковой битве, случившейся в полдень 22-го июня между Владимиром-Волынским и Луцком, итог получился неоднозначным. Сражение началось, когда 14-я танковая дивизия вермахта уже взяла с ходу Владимир-Волынский и, двигаясь к Луцку, переправлялась по мосту возле деревни Войница через одноименную речку. Внезапно деревянный мост был взорван вместе с проходящими немецкими танками. И в этот момент 41-я танковая дивизия полковника Петра Павлова сходу атаковала. Три десятка тяжелых танков КВ-2 своими 152-мм снарядами разрывали панцеры, застрявшие у переправы, в клочья. А триста танков Т-26 ринулись в атаку на оставшиеся в строю немецкие машины. Через пару часов боя панцеры четырнадцатой дивизии перестали существовать. Но и советские легкие танки попали под огонь немецких самоходок, прикрывающих вражеский арьергард, и понесли огромные потери. Владимир-Волынский вернуть не удалось, пришлось отступать к Луцку. Но, координируя действия по радио, на помощь с двух направлений, с севера и с юга, выдвигались танковые корпуса, расставленные заранее.
Танковая дивизия полковника Павлова была лишь приманкой для немцев. Погнавшись за отступающими к Луцку остатками этой дивизии, они не сразу заметили, как были взяты в клещи советскими мехкорпусами. И тут началось избиение. Если бы не авиация и артиллерия, немцы рисковали потерять все танки группы Клейста. Но и советские мехкорпуса, не имея необходимого боевого опыта и хорошо отлаженного управления, несли очень значительные потери. Результат оказался патовым, никто из противников не смог победить, хотя обе стороны потеряли более половины машин уничтоженными и поврежденными. По итогам сражения позиционное преимущество осталось за немцами, которые закрепились на подступах к Луцку, но дальше двинуться сходу уже не могли. Красная армия, тем не менее, смогла удержаться не только в Луцке, а в Дубно и Бродах.