"Фантастика 2023-93". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Только под платком чешется… Лишь бы не зажило до конца вечера. А то скажут, что я симулянтка…
Тигран по приезду к ресторану, почти сразу же меня бросил. Ему надо было приготовиться снимать встречу жениха с невестой, и других гостей.
Ну и ладно. Я забежал в ресторанный туалет. Всё-таки давно в дороге. Природа не терпит…
Когда я вышел, то уже что-то начало меняться. Засуетились люди, приготовились девушки в национальных нарядах.
Я отошёл в сторону, чтобы не мешаться под ногами. Пристроился на подоконнике большого окна в фойе.
Сижу себе… Никого не трогаю…
И тут ко мне подошёл лощёный дядечка лет двадцати пяти и что-то спросил на армянском.
— Я не понимаю. — ответил я.
— Ты что тут делаешь?
— Я жду Саркиса Арменовича.
— О, он сегодня будет очень занят. Он главный человек на этой свадьбе. Вряд ли у него найдётся для тебя хоть одна свободная минутка. Давай! Уходи!
— Хорошо. Тогда я пойду. Только скажите, как Вас зовут?
— Зачем тебе?
Блин. Мне надоело. Я к нему вежливо, а он мне тыкает.
— Когда дядя Саркис меня спросит, почему я ушла и не дождалась его, я скажу ему, что ты меня прогнал. Как тебя зовут?
— Как ты разговариваешь со старшим? Пошла вон, сохи глух!
— Как ты сказал? Сохи глух [4]? Я запомню. Это твоё имя?
— Да, ты! — он замахнулся, чтобы наотмашь залепить мне пощёчину.
Ага… Щас…
Тычок в солнечное сплетение, и дядя оседает, задыхаясь, на пол. А я ему выдыхаю в лицо полушёпотом:
— Ты сначала разберись, кого ты выгоняешь, химар мард [5], а потом уже руки распускай.
Оставив его восстанавливать дыхание, я вышел на улицу. Ну не устраивать же мне эпическую битву девочки с идиотом, прямо перед самым приездом жениха и невесты. Отошёл в сторону, почти к самому углу ресторана.
Стою. Никого не трогаю. Закурил бы сейчас. Да мои сигареты в машине остались… А блок в чемодане. Не догадался с собой взять. Ну и наверное правильно сделал. Местные люди не поймут, почему маленькая девочка курит… Ругаться будут…
А у входа в ресторан повеселело. Подъезжали машины. Выходили нарядные гости. Играла музыка. Девушки в национальных костюмах танцевали перед входом.
Видимо из-за этого шума я и не расслышал подошедших ко мне сзади врагов. Меня так могли бы и вырубить напрочь. Старею… Совсем расслабился…
Но злобные злодеи же не умеют подкрадываться молча. А трусам и подлецам надо ещё при этом себя накрутить, обозвав и оскорбив свою жертву.
— Попалась, сучка!
Я инстинктивно ушёл в сторону, и лишь увидел, как почти рядом с моим плечом мелькнула палка.
Ну не хрена себе заявочка. Это же черенок то ли от лопаты, то ли от швабры. Таким не только плечо сломать, таким и убить можно, если бить умеючи…
Но второго шанса ударить я ему не дал. Хотя в платье это было делать не так красиво, как в спортивном костюме или в кимоно, но всё же широкая юбка позволила мне нанести этому хлыщу удар ногой в лицо. Прямо в нос… Это его притормозило. Выпустив палку, он упал на колени, а ладонями схватился за разбитую физиономию.
О… Да он не один пришёл. За его спиной маячили ещё двое. Одеты как официанты. Чёрные брюки и белая рубашка с бабочкой. И кажется мне, что ребята настроены решительно.
После первого удара, я понял, что в туфлях на каблуках прыгать и бить ногами не слишком удобно. Я скинул туфли, а заодно и бросил на землю сумочку.
На меня, уже нёсся один из официантов. Но я в прыжке, умудрился влепить ему встречный удар пяткой в челюсть. Голова его дёрнулась, и он лицом вниз, плашмя упал на травку.
Третий сделал вид, что дёргается на меня, но его глаза выдавали полное нежелание вступать со мной в драку. Я сделал шаг вперёд и выполнил ложный замах в его сторону. Он просто развернулся и побежал куда-то за угол ресторана.
Оказывается, там за углом был боковой вход видимо ведущий прямо на кухню. Ну, сейчас он ещё повара с поварятами на помощь позовёт.
Может пора уже добить этих двоих, и свалить куда подальше?
 
Не успел…
Позади меня раздался грозный мужской голос:
— Что здесь происходит?
Я повернулся и увидел сначала высокого крепкого милиционера в форме сержанта, а в нескольких шагах позади него товарища Саркисова с взволнованным лицом.
Ответить на вопрос милиционера я не успел, так как Саркис Арменович подойдя, участливо спросил меня:
— Маша-джан! Что случилось?
— Да, в общем-то, ничего, товарищ Саркисов. Просто я прочувствовала на себе настоящее армянское гостеприимство. Сначала нам разбили вдребезги машину, и папа сейчас лежит с сотрясением мозга. Потом в ресторане, в который как мне сказал Тигран, Вы меня пригласили, меня сначала оскорбили, потом выгнали, а затем захотели избить сразу трое смелых армянских мужчин. Это, наверное, так по-армянски дорогих гостей встречают. Если на этом всё, то я пошла к папе… Если у Вас ещё есть какие-то традиции армянского гостеприимства, то…
Откуда-то снизу раздался писк?
— Она мне нос сломала, сука.
— Только после того, как ты меня палкой ударил. — ответила я валяющемуся на земле хлыщу.
— Маша! Что ты такое говоришь? Кто тебя оскорбил?
— Не меня, а всех русских людей в моём лице. Или «сохи глух» — это просто ничего не значащее слово?
При моих словах, сержант, явно славянского вида, напрягся.
— Маша-джан! Произошла ошибка. Ты — мой гость.
— Если бы я не увернулась пару минут назад, то вашему гостю уже проломили бы череп, вон той палкой. Зачем было такое сложное изобретать? Добили бы нас с папой там, в канаве, возле нашей разбитой машины. И поехали бы себе дальше свадьбу свою праздновать…
Я уже надел туфли, подобрал сумочку, и пошёл, не оглядываясь в сторону от ресторана…
  
Глава 5
 
Далеко мне уйти не дали. Меня догнал и вежливо взял за руку давешний милиционер.
— Подождите, пожалуйста! Вас, кажется, Машей зовут?
— Да. Что? Теперь мне обвинение предъявят за избиение группы лиц? Не получится. Мне только тринадцать лет и уголовной ответственности я не подлежу. А так, как я только что после аварии и имею травму головы, — я стянул с головы платок, обнажив заклеенную рану. — то могла бы и убить этих храбрых мужчин в состоянии аффекта. Смелые армяне не испугались втроём напасть на маленькую девочку…
— Успокойся, Маша! Ты и так много лишнего наговорила очень уважаемому человеку.
— Ах, простите меня! Я же не знала, что только русских можно унижать и оскорблять на территории РСФСР.
— Девочка! Выслушай меня! Я вижу, что ты на взводе. Успокойся! Я тебе не враг.
— Ну, тогда отпускай мою руку и я пойду.
— Саркис Арменович попросил тебя остановить. Он готов извиниться перед тобой. Но не будет же он с тобой в догонялки бегать.
Приглядевшись, я понял, что парню всего-то лет двадцать с небольшим. Просто высокий рост, широкие плечи, форма и усы в придачу, добавляют ему взрослой солидности.
— Тебя как звать-то, сержант?
— Семён… — он вполне лояльно отнёсся к моему переходу с ним на «ты».
— Сеня, значит… Тебе самому-то как здесь, не противно?
— Да местный я. Из казаков. Давно с ними живём. Привыкли уже.
— А я не привыкла, чтобы любой халдей в меня палкой тыкал и сукой называл. И привыкать не хочу.
— Лихо ты им наваляла. Я видел. Где так научилась?
— Учителя хорошие были. Сеня! Ты мне скажи: Чего Саркисову от меня надо?
— Зря ты на него. Сам-то он дядька не плохой. Фронтовик, боевой офицер. Это сейчас он в горкоме. А до этого у нас служил.
— А ушёл чего? Служил бы дальше…
— Отслужил он уже все свои сроки. Позвали на партийную работу. Я когда после армии в милицию пришёл устраиваться, он ещё у нас начальником был. Его до сих пор наши уважают.
— Выходит, я погорячилась, и наговорила ему лишнего.
— Выходит, что так.