"Фантастика 2023-93". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

По дороге к метро я высыпал стреляные гильзы из газетного кулька в ближайшую помойку. Контейнер стоял рядом с тротуаром, и был наполнен почти до середины. Я постарался высыпать гильзы так, чтобы они просыпались ниже. И не одной кучкой, а как бы в россыпь. Надеюсь, что мусор вывезут, а гильзы, если и найдут, то не скоро.
В киоске перед метро, я купил свежие газеты. Московскую правду и Комсомолку. Будет, что почитать по дороге. Не все станции метро были ещё построены. Чтобы добраться до нужного места пришлось сделать пару пересадок. В будущем я бы обошёлся одной. Но это не напрягало. Старые станции выглядели почти так же как и в будущем. Правда в будущем эти станции считаются практически памятниками архитектурного искусства.
Выйдя из метро Таганская радиальная. Я пошёл гулять по большому кругу, плавно огибая окрестности и постепенно приближаясь к своему дому. Зайдя наконец-то в свой двор, я занял наблюдательный пост на одной из лавочек. Во дворе было спокойно и тихо. Сегодня среда. Детей пока мало. Кто в школе, кто где. Лишь за забором детского сада были слышные детский смех и крики детей. Это были звуки радостных игр. Дети почему-то любят кричать погромче, когда играют. Такой шум поднимается. Возможно, что второй «Я» где-то там. Именно в этот садик я ходил в шестилетнем возрасте. Но наблюдать за детьми и пытаться узнать себя среди толпы таких же я не хотел. Слишком много внимания привлеку к себе, а смысла ниже нуля. Да я наверное уже и здесь намозолил глаза, какой-нибудь бдительной старушке. Хотя что такого. Сидит паренёк и читает Комсомольскую правду. Да… Второй час уже сидит. Надо переместиться в пространстве. Присел на лавочку у своего бывшего подъезда.
* * *
— А ты кого тут ждёшь?
Ну, вот вам и миссис Марпл таганского разлива. Не помню я эту старушку. Может уже и не было её в живых к тому времени, когда я стал не только здороваться со старушками во дворе, но и отличать одну старушку от другой. Ну не помню я такую и всё тут.
— Знакомого. Он кажется, в этом доме живёт, только вот квартиру я не знаю.
— А в каком подъезде?
— Кажется, в этом.
— Этаж какой?
— Кажется, третий.
— Что тебе всё кажется, кажется…
— Извините! Я просто не помню.
— Вежливый. Вроде не фулюган. В этом подъезде только два мальчика примерно твоего возраста. Или чуть моложе…
Я весь обратился в слух. А она продолжала.
— На втором — Сашка живёт ему лет десять… А на третьем — Димка. Он на год постарше и сестра его Людка, школу уже заканчивает. На четвёртом Вовка, но он маленький в первом классе учится. А больше и нет никого из мальчишек.
— Спасибо! Я наверное домом ошибся.
— Да. Тут все ошибаются. Четыре одинаковых дома подряд. Это кто ж такое придумал. Вот раньше было…
Бабушку пробило на бабушкин разговор о том, что вот раньше было лучше, а теперь всё плохо. Скоро дойдёт до знакомой фразы: «Сталина на вас нет…». Но я уже вежливо попрощался и пошёл в соседний двор, чтобы потом незаметно покинуть свой бывший дом.
Потому что мне уже всё стало ясно.
* * *
Из истории своей семьи я помню следующее. В своей семье я был поздним ребёнком. Разница в возрасте с моей старшей сестрой была десять лет. Меня бы просто не было, но мой отец очень хотел сына. Когда за пять лет до моего рождения в 1959 году у моих родителей родился мальчик, порадоваться сыну отец не успел. Потому что младенец умер уже в роддоме, не прожив и дня. Родители уже успели дать ему имя. Дима. Дмитрий… Димка. Если бы он выжил тогда — меня бы не было. Моему отцу, когда родился я, было сорок лет, а маме тридцать шесть. Не самый лучший возраст рожать детей. Особенно для мамы. После моего рождения она много и тяжело болела. Но, что удивительно, дожила потом до девяноста лет. Отец умер, не дожив и до семидесяти…
И вот я узнаю, что в моём доме, на моём этаже живёт мальчик Димка, примерно одиннадцати лет, с сестрой учащейся выпускного класса средней школы. Всё сошлось и стало вполне закономерным. Если бы здесь в этом мире был я, то мой разум наверняка нашёл бы совпадение. И тогда бы я занял своё законное место в сознании себя самого только маленького. Но меня тут нет. Я тут даже не умер, а просто не родился. Наверное, моя бестелесная душа, найдя умирающую девочку всего лишь на расстоянии полукилометра от нужного места, заняла её тело, ибо другого подходящего рядом не было… А впрочем… Кто его знает. Может быть, моё вселение в Ингу было задумано изначально.
 
А мои родители? В этом мире они… Не мои родители…
Но почему? Почему я здесь? Теперь, когда я точно знаю, что в этом мире у меня нет никого. Никого из родственников.
Есть где-то родственники Инги. Наверняка есть. Просто я о них ещё не знаю. Есть родственники у Саши Котовой, именем и документами которой я хочу воспользоваться. Есть родственники и у Натана. Если не у него самого, так у его погибшей жены.
И только у меня в этом мире никого нет и быть не может. Потому что в этом мире нет меня. Нет и не было никогда…
Но тогда почему я сюда переселился?
Зачем я здесь?
* * *
Теперь я уверен уже не на сто, а на все двести процентов, что этот мир совсем не мой.
Искать дальнейшие несовпадения с моим миром бесполезно. Надо только проверить мою информацию про известных мне маньяков. А вдруг и их тут нет? Сливко в молодости мог сорваться с горы, а Чикатило немцы пристрелили. Этот эпизод я хорошо запомнил. Он всё на суде говорил, что изменение в психике и любовь к кровопролитию у него возникла в годы войны, когда он увидел, как немцы расстреляли его ровесников у него на глазах. Я тогда ещё подумал, что лучше бы и его заодно…
С этими грустными мыслями я плёлся в сторону метро, размышляя о бесполезности своего нового существования.
Получается, что в этом мире я просто случайный пассажир. Мои знания об исторических событиях стремятся к нулю. Всё может случится так же как и в моём мире, а может и не случиться. Всё надо проверять. Был бы я хотя бы технарём. Мог бы начать прогрессорствовать. Изобретать новые лайфхаки. Правда автомат Калашникова и командирская башенка для тридцатьчетвёрки уже и так изобретена. А устройство супер-пупер синхрофазотрона или как его там… я не знаю. Попаданец-гуманитарий — существо абсолютно бесполезное. Особенно не в своём мире.
И если я вдруг исчезну. Просто исчезну и всё. Как исчезну? А так же как и попал в этот мир. Непредсказуемо. Там я сгорел в машине после аварии. А что должно случиться в этом мире, чтобы я перенёсся в другой мир? Чтобы Инга погибла? Я этого не хочу.
— Я тоже!
Голос Инги прозвучал внезапно. Я чуть не вздрогнул от неожиданности. Хотя чего вздрагивать, если в твоём теле звучат свои же собственные мысли. Ведь тело у нас одно. Но мыслим мы пока друг от друга раздельно.
— Пока? Ты думаешь, что мы сольёмся в одно целое?
— Да не знаю я ничего. Я сейчас так расстроен тем, что сегодня узнал… Я чуть-чуть в прострации. Ты же понимаешь, что меня нет?
— Ну, почему же. Для меня ты — есть!
— Спасибо! Ты единственная для кого я есть!
— И для Натана — ты есть. Ведь он общается только с тобой. Не со мной. Он думает, что со мной, а общается с тобой.
— Да. Пожалуй, ты права…
— А ещё есть тётя Наташа из Армавира. Ты для неё это всё, что у неё осталось из родных. У неё умерли родители, погибла сестра, погиб муж… Ты же помнишь, как она отнеслась к тому, что у неё теперь есть племянница? У неё тоже засветились глаза, и появился смысл в жизни.
— Но я же её обманул. А её реальную племянницу нашёл, но не смог уберечь…
— Помнишь, ты мне рассказывал сказку про Маленького принца? Там была такая фраза: «Мы в ответе за тех, кого приручили». Ты приручил меня, и этих двоих. Что у Натана, что у Натальи Ивановны больше нет никого, кроме тебя. И ты их смысл жить. Если ты им укажешь путь, то они пойдут вместе с тобой.
— Получается какая-то религиозная секта. А я — гуру, слова которого безусловны к исполнению.