"Фантастика 2023-93". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Родоначальником русской ветви фамилии фон Ралль являлся Иоахим Георг, шведский дворянин с древней генеалогией. Прапрадед Юрия Федоровича Христиан Фридрих поступил на российскую службу, покрестившись в православие и приняв имя Федор Григорьевич Ралль. Прапрадед адмирала дослужился до генерал-майора, дожил до шестидесяти и умер в Смоленске. От брака с немкой Амалией Кюммель у него родились шестеро сыновей, которые тоже поступили на русскую военную службу. Один из них, Федор Федорович, полковник артиллерии, прадед Юрия Федоровича, в начале девятнадцатого века приобрел имение в селе Первитино Тверской губернии, которое сделалось на долгие годы родовым гнездом Раллей.
Дед будущего адмирала Александр Федорович женился на княжне Варваре Волконской. А отец Юрия Федоровича, родившийся от этого брака, Федор Александрович, выучился на юриста и дослужился до чина действительного статского советника. Он женился на Екатерине Ляховой, дочери владельца конных заводов и доходных домов в Уфе. Там и родился Юра. Семья была многодетной, одиннадцать детей. Вскоре они всем семейством перебрались в Москву, где Юра окончил ремесленное училище, а в 1909 году он решил стать моряком, приехал в Санкт-Петербург и поступил в Морской кадетский корпус.
К началу июня 1941-го года Ралль занимал должность начальника минной обороны Краснознаменного Балтийского флота. В первую же неделю месяца штаб флота внезапно поручил ему организовать переброску на остров Эзель нескольких тысяч авиационных бомб, подготовить план минных постановок для защиты Моонзунда, а также оснастить все проливы между островами этого архипелага береговыми торпедными аппаратами. Начальство не говорило, для чего это все нужно, и никто тогда не знал, что скоро начнется война. Но, экстренные решения уже принимались. Моонзунд укреплялся рекордными темпами. А когда уже в первые дни войны с архипелага начались бомбардировки Берлина, тогда Юрий Федорович сразу понял, для чего нужны были те авиабомбы.
Как только разразилась война с Германией, руководство флота внезапно вспомнило, что когда-то Ралль командовал линкором и назначило его командиром эскадры главных сил. И Юрий Федорович совершенно не подозревал, что обязан этим неожиданным повышением по службе ни кому-нибудь, а самому флотскому комиссару Евгению Лебедеву. И что именно этот комиссар являлся тем движителем, в результате деятельности которого к началу июля 41-го флот уже очень сильно активизировался. Даже в Первую мировую, как помнил Юрий Федорович, Балтфлот не действовал настолько активно.
Пройдя всю ту прошлую мировую на Балтике, Рааль прекрасно знал, как тогда развивались события. В кампанию 1914-го года Балтийский флот вступил еще не полностью оправившись после разгрома Цусимы, а должен был противостоять очень сильному противнику. А тогда флот Германии по своей мощи уступал только королевскому флоту Великобритании. Россия же к началу войны лишь едва восстановила свой флот после разгрома японцами в сражении при Цусиме. Тогдашний командующий, адмирал Николай Оттович Эссен, не торопился с атаками и десантами. Он планомерно осуществлял мобилизацию флота и его развертывание, а также руководил минными постановками.
Центральная минно-артиллерийская позиция Нарген — Порккала-Удд, рассматривалась штабом флота, как основой оборонительный рубеж на Балтике, призванный перегородить вражеским кораблям путь к Кронштадту и Санкт-Петербургу. Таким образом, главная операция, которую проводил Балтфлот в 14-м году заключалась в постановках минных заграждений. В результате образования минных позиций, правый фланг Северо-Западного фронта, конечно, оказался прикрыт от военно-морских сил Германии, но и никакой особой помощи со стороны флота сухопутным силам не оказывалось.
Все же, кое-какие активные действия были. Корабли Балтфлота пытались выставлять мины и на коммуникациях противника, потому что в ту войну Германия тоже возила руду из Швеции. Но, никаких настоящих наступательных действий флот в то время не предпринимал. Осуществлялись лишь демонстративные выходы кораблей в море, крейсерские и патрульные действия. Тогда просто повезло, что немецкий крейсер «Магдебург» при попытке прорыва в Финский залив 13-го августа сел на камни возле острова Осмуссаари. Он был расстрелян крейсерами «Богатырь» и «Паллада», и взорван собственным экипажем. Но, несмотря на это, русским морякам удалось захватить флаг, важные документы, сигнальную книгу, секретные карты и шифры, что сразу сильно повысило разведывательные возможности всей Антанты.
 
Минная война против немцев в ту войну оказалась довольно эффективной. В начале ноября броненосный крейсер «Фридрих Карл» подорвался и затонул, а легкий крейсер «Эльбинг», который вышел ему на помощь, тоже подорвался, получив повреждения. На минах подорвались и четырнадцать немецких транспортов. Регулярные подрывы на минах привели к тому, что немецкий флот почти прекратил операции против русских кораблей и сосредоточился против других стран Антанты, в основном, против Англии. Даже свою основную базу Балтийского моря немцы перенесли из Данцига в Свинемюнде из-за мин.
Были, конечно, у русских моряков в 14-м году и неудачи. 28-го сентября в устье Финского залива броненосный крейсер «Паллада» торпедировала немецкая субмарина «U-26». Корабль быстро затонул, на нем погибли почти шестьсот русских моряков. Но, никакого разгрома русского флота, которого все так боялись после Цусимы, за первые полгода войны не произошло.
И в 1915-м году российский Балтийский флот продолжал успешно действовать. В начале года, наскочив на русские мины получили повреждения немецкие легкие крейсера «Аугсбург» и «Газелле». А 19-го июня недалеко от острова Готланд состоялся бой между отрядами крейсеров. Немецкая армия к тому времени выбила русские войска из Восточной Пруссии. И назрела необходимость задействовать флот для помощи сухопутным силам. Крейсера «Адмирал Макаров», «Баян», «Богатырь», «Олег», «Рюрик», эсминец «Новик», а также восемь старых эсминцев вышли для обстрела Мемеля, он же Клайпеда, под командованием контр-адмирала Бахирева. А отряд немецких крейсеров под командованием капитана цур-зее Корфа из крейсера «Рун», «Аугсбург» и «Любек», минного крейсер «Альбатрос» и семи миноносцев возвращался с постановки мин в Або-Аландском квадрате. Причем, Корф неосторожно сообщил по радио на базу о выполнении боевого задания. Но, радиограмму перехватили русские связисты, быстро расшифровали ее с помощью шифровальных ключей с крейсера «Магдебург» и передали Бахиреву, после чего контр-адмирал приказал идти на перехват. У Готланда русская эскадра настигла крейсер «Аугсбург», «Альбатрос» и три эсминца, а крейсера «Рун» и «Любек» с остальными эсминцами уже ушли дальше. В результате боя «Богатырь» и «Олег» попаданиями подожгли «Альбатрос» и, преследуя его, заставили выброситься на берег.
Но, как помнил Юрий Федорович, самые главные сражения той войны для флота были связаны именно с обороной Рижского залива и позиций на Моонзунде. Тогда и совершил свой подвиг эскадренный броненосец «Слава», смело противостоявший немецким тяжелым кораблям. А ведь броненосец, который вошел в строй в 1905-м году, был к тому моменту немолод, да и морально он полностью устарел с появлением дредноутов. «Слава» был линейным кораблем старой формации, одним из пяти броненосцев проекта «Бородино». Однотипными ему были печально знаменитые эскадренные броненосцы, участвующие в конце мая 1905-го года в Цусимском сражении во время русско-японской войны: «Бородино», «Орел», «Император Александр III» и «Князь Суворов».
Первая атака немецкого флота против Моонзунда состоялась 8-го августа 15-го года, когда крупные военно-морские силы из семи тяжелых кораблей, шести крейсеров, двадцати четырех эсминцев и четырнадцати тральщиков пытались прорваться в Рижский залив через Ирбенский пролив. В тот день немцам противостояли эскадренный броненосец «Слава», канонерские лодки «Грозящий», «Храбрый» и «Сивуч», минный заградитель «Амур», шестнадцать эсминцев и дивизион подлодок.