"Фантастика 2023-93". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Выслушав отца, Александр набрался храбрости и высказал просьбу:
— Я хотел тебя попросить устроить нам с Наташкой какую-нибудь квартирку. А то она с Ниной Добрыниной совсем не поладила. Не знаю почему. Не признается, но вижу, что не то что-то. Ушла Наташка от Добрыниных жить в больничку и на фронт санинструктором просится. А я люблю ее, и не хочу, чтобы попала на фронт. Потому и прошу тебя, как родителя, поговорить с ней и помочь с отдельным жильем.
Евгений Лебедев немного удивился, но не разозлился, а сказал:
— Пойми, Сашка, я с самого первого дня войны на казарменное положение перешел. Живу при штабе круглосуточно. С мамой твоей мы теперь всего два раза в неделю видимся по два-три часа. Потому не знаю о делах домашних почти ничего. Но, не думаю я, что всему виной в этой ситуации Нина. Ты уж извини, сынок, но твоя Наташа обладает не самым покладистым характером. Она гордячка. И собственная гордость может ее погубить. Я, конечно, попробую поговорить с невесткой, да и на начальство ее выйду, переговорю, постараюсь сделать так, чтобы на фронт ее не отправляли. Должность могу подыскать ей получше в нашей флотской поликлинике или в морском госпитале. Только вот, не знаю, захочет ли она моей помощи. А, что касается жилья, так обещают дать нашей семье новую квартиру в доме для комсостава. На очередь поставили. Только потерпеть нужно немножко. Мать твоя вон, терпит и ничего. Да и Добрынины очень приличные люди. Они никогда не упрекнут. Так что зря твоя жена себя повела таким образом.
Глава 14
Получив от отца разрешение позвонить, Александр связался с Ниной Добрыниной, которая оказалась в квартире на Зверинской и сняла трубку. Он попросил позвать к телефону свою супругу, но выяснилось, что Наташа ушла в магазин за продуктами к ужину, который женщины собирались приготовить по случаю прибытия Саши с фронта. Ему пришлось тут же разочаровать тетю, объяснив, что он немедленно отправляется на новое неожиданное задание, а Наташе попросил передать привет. Что еще мог он сказать? Простившись с отцом, и выслушав последние напутствия, Лебедев выехал на служебной машине с шофером в порт.
Там, у трех разных причалов стояли торпедные катера особого дивизиона, поступающие под его командование. А на пирсе его встретил контр-адмирал Крылов с каким-то высоким и широкоплечим парнем и еще с одним, наоборот, маленьким и щупленьким.
— Это командир катерников, капитан-лейтенант Андрей Дубилов, он теперь подчиняется вам, — представил контр-адмирал парня поменьше.
— А это старший лейтенант Василий Прихватилов. Он командует той самой водолазной ротой, которая поступает в ваше распоряжение, Лебедев, — представил Крылов большого парня.
И тут же Фотий Иванович представил и Сашу:
— А это старший лейтенант из разведотдела Александр Лебедев. Он имеет боевой опыт, и решением штаба флота назначен командиром особого диверсионно-десантного соединения. Прошу любить и жаловать.
Они пожали друг другу руки. Лапища Прихватилова была огромной, как и ее обладатель, мощной фигурой напоминающий шкаф. Несмотря на свои размеры и грозный вид, главный водолаз, в отличие от главного катерника, посмотрел на Сашу вполне дружелюбно, остановив внимательный взгляд на новенькой медальке. К тому же, он оказался бойким парнем и тут же внес предложение:
— Нас тут товарищ контр-адмирал ввел в курс предстоящего дела. Так вот, что я думаю. В предстоящей операции тяжелые водолазы нам не понадобятся. Да и снаряжение для них требуется слишком громоздкое, например, компрессор, находящийся на водолазном судне. Это само по себе всю нашу скрытность нарушит, да и саму операцию сильно замедлит, что может пагубно сказаться на результате. Потому предлагаю использовать имеющиеся дыхательные аппараты. В них наши водолазы тоже обучены ходить под водой. И это будет гораздо быстрее и самим водолазам удобнее. Они постараются скрытно спуститься с катеров на дно и дойдут до батареи противника под водой, а потом заложат заряды и снова уйдут в воду. Нужно только, чтобы артподготовку хорошую наши провели перед этим по острову. Тогда противник будет дезорганизован.
Лебедев не стал возражать, ведь такая идея Прихватилова полностью совпадала и с его собственным представлением о предстоящем решении боевой задачи водолазами. Потому он сказал весомо, подражая командирской манере своего отца:
— Я ваше предложение одобряю.
На что командир водолазной роты довольно кивнул.
— Ну, что ж, вижу, что вы поладите, — сказал контр-адмирал. И добавил:
— Под командованием Прихватилова мы собрали наших самых лучших водолазов. Они обучены не только спускаться под воду, а и стрелять из любого оружия. Также умеют и работать со взрывчатыми веществами, отлично знают взрывотехнику. Владеют они и холодным оружием. Но, могут и голыми руками врагов давить, если придется. Потому что каждый из них готов умереть за Родину и за товарища Сталина. Так что смелей вперед, старлей!
Крылов хлопнул Лебедева по плечу, кивнул остальным и направился к служебной машине, которая ожидала начальника ЭПРОНа неподалеку от пирса. И Саша остался наедине с Прихватиловым и с командиром двадцати торпедных катеров. Формально теперь они оба подчинялись Лебедеву. Но, если Прихватилов воспринял это, вроде бы, доброжелательно, то Дубилов доброжелательным не выглядел. Его маленькие карие глазки так и бегали, перекидывая обзор из стороны в сторону и избегая встречаться взглядом с Лебедевым. А еще он молчал, как рыба, что тоже не способствовало налаживанию контакта.
Советские торпедные катера сильно отличались от немецких «шнельботов». Уже первая советская программа судостроения для ВМФ, утвержденная в 1926-м году, предусматривала строительство более трех десятков торпедных катеров, но концепция их применения подразумевала возможность отражения ударов с моря с наименьшими затратами. В конце двадцатых КБ Туполева, которое уже имело опыт проектирования речных глиссеров в начале 20-х годов, спроектировало реданный глиссирующий катер из дюраля, названный «Первенец» и получивший индекс «ГАНТ-3». Этот первый катер имел два мотора, вооружался одним пулеметом и одной торпедой калибром 533-мм.
Редан представлял собой специальный уступ днища, уменьшающий площадь контакта с водной поверхностью. При движении такой катер приподнимался над поверхностью воды, опираясь лишь уступом редана и оконечностью кормы. В 1927-м году катер начали испытывать. Быстро выяснилось, что если волнение моря составляет более трех баллов, то вода сильно заливает открытую рубку. Корпус же испытывал постоянные резкие колебания, ударяясь о волны. Управление задним ходом было затруднено из-за конструкции кормы. А прицельно стрелять из единственного пулемета на большой скорости не удавалось из-за постоянного подпрыгивания катера. Тем не менее, скорость и маневренность сочли соответствующими техническому заданию. Поскольку на испытаниях удалось добиться скорости в 56 узлов, изделие одобрили к производству. А уже на следующий год в составе советских флотов появились первые соединения этих катеров.
Только вот, в реальных условиях эти катера оказались не слишком удобными. Они могли применяться лишь в ближней морской зоне и в хорошую погоду. Туполев, создавая конструкцию, сделал свой катер очень похожим на поплавок от гидросамолета. Что и не удивительно, потому что Андрей Николаевич и был, в основном, конструктором самолетов. Установить обычный трубчатый торпедный аппарат на такой катер не представлялось возможным. Потому торпеды размещали сзади, в кормовых желобах. А при торпедной стрельбе их сбрасывали назад, хвостом вперед. После сброса торпеда запускала свой двигатель и норовила поразить сам катер, который должен был резво уходить в сторону, влияя на направление торпедного пуска своей кильватерной струей. Потому точность торпед, выпущенных с этих катеров, оставляла желать лучшего.
Экипаж состоял из четырех человек: командира, моториста, торпедиста и стрелка-радиста. Но обитаемость была ужасной. Надстройку катера сделали неудобной, маленькой, полуоткрытой и приплюснутой со стороны бортов. А верхняя палуба оказалась выпуклой и изогнутой. На ней трудно было стоять, даже когда катер находился у причала, а на ходу на палубу и вовсе не выходили, иначе сразу смывало за борт. Для десанта подобные катера тоже подходили плохо. Десантников можно было размещать только в торпедных желобах, поверх торпед или вместо них, потому что никакого отделения для грузов и пассажиров предусмотрено не было.