Упрямая. Любимая. Моя (СИ)

- Дети, - говорила она. - Они же всё чувствуют. И отношение к себе. И общее отношение других ко всему. Естественно, если им рядом с человеком некомфортно, они будут стараться от него избавиться. Естественная реакция. Я за тридцать с лишним лет это очень хорошо усвоила и не раз видела, как одна за другой новички допускают ошибки в общении с ними. Вон их… полная учительская таких. Если понаблюдаешь, то заметишь, что ученики их хоть и слушаются, но стараются держаться от них подальше. Или вовсе издеваются. Потому что нет у них уважения к учителям. И учителя сами в том виноваты. Так что сложно тебе здесь будет, Ксюш. Тем более, я же вижу, что ты привыкла к иному. Но знаешь, главное заслужи уважение этих ребят. Они привыкли, что сами по себе, оттого и ведут себя так. Ты для них такая же. Давно в этой школе не было никого такого. Я даже благодарна Гоше, что он тебя прислал.
- Вы с знакомы с Георгием Борисовичем? - удивилась я.
- Ещё бы я не была знакома с ним, - хихикнула Светлана Сергеевна. - Он учился в этой школе. Вместе с нашим Евгением Михайловичем. Те ещё лоботрясы.
Так и повелось, что я много проводила времени с этой умной женщиной, игнорируя других педагогов, если только это не нужно было для дела. С учениками всё складывалось более-менее хорошо. Единственное, многие парни не уставали отпускать шуточки и подкатывать. Некоторых пришлось осадить в довольно жёсткой форме. В такие моменты я кляла Дана, из-за поведения которого попала в эту чёртову школу, и Артемьева, который мог бы выбрать что-нибудь получше. С другой стороны, Георгий вообще мог мне не помогать, потому приходилось стискивать зубы и терпеть. В конце концов, осталось меньше полугода до окончания этого выпуска. С остальными детьми отношения были не столь напряжёнными. Обычными даже, я бы сказала.
Не добавляло радости ещё и отсутствие Смертина. До этого переезда я и не подозревала, насколько успела привыкнуть к его почти постоянному присутствию в моей жизни. Теперь же одиночество ощущалось особенно ярко. Нет, Дан приезжал ко мне при первой возможности. Иногда даже ночевал. Но то скорее по выходным. В другие дни мы, к сожалению, виделись редко, больше созванивались. Расстояние, его собственная работа и учёба занимали довольно много времени в сутках. Если мы и виделись в будние, то только по паре часов максимум, когда он заезжал с тем же Стасом или Акимовым ко мне на работу. Но обычно это кончалось едва ли не плачевно и скандалом. Всё дело в небольшой компании не самых прилежных учеников наглого поведения, которые не давали мне прохода, провожая чуть ли не до дверей. Всё это раздражало меня, и понятное дело бесило Дана, который стал свидетелем не очень красивой сцены с моим и их участием, что, по итогу, вылилось в крупную драку.
В тот день я возвращалась довольно поздно домой. Уже стемнело. Из-за проблем дома знакомый охранник не смог проводить до дома, а потому пришлось идти одной на свой страх и риск. Всё те же ребятки пристали с глупыми вопросами и, не отставая, шли следом за мной.
- И что, правда, парень есть? - спрашивал один.
- Есть, - отвечала в который раз.
Пробовала игнорировать, но от этого они становились ещё наглее, поэтому предпочла за лучшее отвечать хотя бы коротко.
- И любишь его? - спрашивал другой.
- Люблю, - кивала я в ответ.
- А он? - подхватывал третий.
- И он.
Одни и те же вопросы. Изо дня в день.
- И кольцо он подарил?
Ладонь с тем самым кольцом я невольно сжимала каждый раз в кулак.
- Он.
- Какой щедрый, - "восхитился" снова первый.
- И любит, - присоединился к нему второй.
- Так мы тоже будем любить…
Я на это только снова тяжко вздохнула.
Сейчас они начнут отпускать шуточки на грани приличия. Мне же осталось всего ничего. Буквально десяток метров. И уже у самого подъезда ребятки неожиданно решили зайти дальше привычного.
- А пригласите нас в гости, Ксения Кирилловна, - преградил дорогу третий.
- У вас наверняка вкусный чай, - поддержал его второй.
- У меня нет чая, - ответила как можно суше, но страх перед этими тремя выпускниками завладел всем телом.
 
Сердце ускорило свой ритм, а голос позорно дрогнул. Да и паника стала туманить разум, вынуждая отступать.
- Ну, и фиг с этим чаем, - приобнял за плечи первый. - Мы и без чая весело проведём время.
- Да, в травмпункте всегда весело, - неожиданно раздался сбоку ледяной голос Дана. - Отпустил её! - скомандовал.
- О! Никак тот самый парень объявился! - обрадовался всё тот же первый.
Он отпустил меня. Но только для того, чтобы вместе с дружками взять в кольцо Смертина.
Страх за себя резко перерос в страх за Дана, который, в отличие от меня, нисколько не проникся угрожающим поведением этой троицы.
- Ксюша, иди домой, - неожиданно ласково обратился ко мне Даниил. - Я чуть позже подойду.
Угу… подойдёт он… После того, как тут трое на одного…
В общем, с места я так и не сдвинулась.
- Ксюша! - донеслось повторное с оттенком укора от Дана, который ещё и взглядом соответствующим наградил.
Ответила упрямым взором. В конце концов, парочку приёмов из самозащиты я знаю. Акимов обучил в своё время.
Дан в сердцах выругался на моё упрямство. Грубо так. А после началось полнейшее безумие.
- Бей его, парни! - выкрикнул один из моих навязанных провожатых, и все трое бросились на Смертина.
Я даже среагировать толком не успела. А вот Дан будто бы знал, в какой момент на него набросятся. Он вовремя уклонился от летящего кулака одного, ударил по лицу второго, толкнув того на третьего, и снова повернулся к первому, тут же словив удар в живот, отчего согнулся пополам. Страх во мне разросся до невероятных размеров, но я только и могла, что стоять и с ужасом смотреть на происходящее и судорожно пытаться придумать, как помочь своему защитнику.
Впрочем, не сказать, что тому так уж нужна была моя помощь. Во-первых, он почти не пропускал ударов (всё-таки неплохо его обучил Артём за те месяцы, как узнал, что мы встречаемся). Да и те, что пропускал, смягчала зимняя куртка. Но личико, конечно, завтра будет сверкать на дневном свету пестротой красок. Успокаивало, что нападающим досталось больше. Пусть и не сразу, но Дан их всех уложил.
- И не приведи вас, ублюдки, снова к ней сунуться! Убью, нахрен! - выплюнул обещание Дан, сосредоточив внимание на мне.
И так посмотрел, что я даже на шаг отступила.
Дан только сильнее нахмурился, а губ совсем почти не видно стало, так плотно он их сжал. И вот что-то нехорошо мне стало как-то. Никогда его таким злым не видела. Рывок за локоть в сторону подъезда, как ничто лучше сказал об эмоциональном состоянии ведущего меня домой. Весь недолгий путь прошёл в неуютном молчании. Я даже незаметно пальцами пошевелила, чтобы проверить, насколько ли загустел воздух вокруг нас, как казалось. Нервы-нервы-нервишки…
Отпустил меня Дан, только когда захлопнулась дверь моей новой съёмной квартиры, отрезая от всего и всех снаружи. Парень прислонился спиной к двери и прикрыл глаза. Так ни слова и не сказал. Я тоже не спешила заговаривать, давая ему возможность прийти в себя. Но молчание всё тянулось, тянулось и тянулось...
- Надо лёд приложить, - кивнула на отёк на его лице.
Будто не слышал.
- Я просил тебя уйти, - наконец, произнёс излишне ровным тоном.
- Просил, - не стала спорить.
- Но ты осталась, - стянул с себя куртку и аккуратно повесил в шкаф.
Более того, подошёл ко мне и принялся раздевать уже меня. Даже разул. И всё это снова в полнейшей тишине, нарушаемой только шуршанием одежды. Ощутила себя как раз тем самым восемнадцатилетним подростком, родители которого наказывают молчанием. Слишком давящая атмосфера царила между нами с Даном.
- Осталась, - ответила запоздало.
- Вот скажи мне, любимая, - проговорил излишне ласково, - ты чем думала?! - рявкнул следом.
Я аж вздрогнула от неожиданности. Зато пришла в себя.