Пока это не было любовью (СИ)

Я кивнула и ждала, что он объяснит, что за дела, но он не стал.
— Ты собрала вещи, готова ехать? — спросил он.
— А, ты имеешь в виду, что мы уедем прямо сейчас? — реальность окатила меня, словно ведро холодной воды.
Скоро мы вернемся в Москву, и наш «перерыв» закончится. Все будет так, как было между нами раньше — строго по работе. Проблема только в том, что даже после того, как мы покинем это место, я не уверена, что смогу оставить здесь то, что было.
    
Глава 21
 
Гордей 
Еще далеко не вечер, но Таня, кажется, уже хочет напиться. Она то садилась за стол, то вдруг вскакивала и начинала ходить кругами по кухне. Ей нужно успокоиться, потому что она не может мыслить ясно. А как еще объяснить тот факт, что она ломилась в мою дверь так громко и настойчиво, что это снова попало в сеть?
В сообщении Ольги, которое она мне написала, была неприкрытая ярость по поводу очередной истории о том, как мы с Таней стали интернет-звездами. Она знала, что мои старшие будут недовольны. Она знала, что лед, по которому мы ходим, очень тонкий. Эти чертовы публикации. Чертова Екатерина Борисова!
Повсюду ее шпионы.
— Может, сядешь хотя бы на диван, чтобы не мелькать? — спросил я, кивнув в сторону окон.
Она покачала головой.
— Прости, пожалуйста, что я испортила тебе выходные.
— Ладно. Не хочешь — как хочешь.
Я вернулся в город около часа назад и предложил подвезти Ингу, ведь она живет неподалеку, но она не захотела. Возможно, она посчитала, что это лишнее, и настояла на том, чтобы вызвать такси от моего дома. Я не стал возражать, но немного обиделся из-за ее отказа. Было очевидно, что она хочет вернуться к нашей обычной жизни. Так мы и договаривались, конечно, но наши выходные вместе за городом заставили меня осознать, что Инга никогда не была для меня женщиной на одну ночь. С той самой первой ночи, проведенной вместе.
— Поверить не могу, Гордей! Как это произошло? Как я могла выйти замуж за преступника?
— Ты подписала соглашение со следователем?
Таня достала из сумочки листок бумаги.
— Мой адвокат сказал, что все в порядке, и его можно и нужно подписывать.
Это хорошие новости, но на лице Тани не видно радости. Я взял у нее документ и прочитал его.
— Итак, когда ты собираешься его подписать? — спросил я, удивляясь, почему она до сих пор не сделала этого.
— Ты его прочитал? — спросила она. — Там говорится, что я должна буду свидетельствовать против Егора в рамках следствия.
Я нисколько не удивился.
— Тебе не придется говорить ничего, кроме правды, — заверил я.
— Но он мой муж. Он будет ожидать от меня поддержки, а я должна воткнуть ему нож в спину? И по закону я не обязана давать показания против него. Может быть, мне не стоит подписывать это. Может быть, стоит рискнуть?
Я понял, что она имела в виду. Все эти годы мы оба доверяли Егору и не сомневались в его порядочности. Как ему удавалось водить нас за нос?
— Тебе действительно нужно начать думать о себе. Егор думал о тебе, когда крал чужие деньги?
— Я его жена, а не его клиентка. Мне-то что!
— Он знал, что втягивает тебя в это, хоть и невольно. Он не думал ни о ком, кроме себя.
Она вздохнула и, обхватив голову руками, сказала:
— Ты был его другом много лет. Если ты считал его таким плохим человеком, почему не перестал с ним общаться раньше?
Я уже давно задавал себе тот же вопрос. Обойдя кухонный стол, я сел рядом с ней.
— Не знаю. По молодости мне было его жаль. К тому времени, как все произошло, мне казалось, что он нуждается во мне, и я… я не смог тогда от него отвернуться.
— Помнишь ту историю с наркотиками? — спросила Таня. — Зачем ты это сделал? Почему помог ему?
— Это долгая история. Поговорим об этом потом, но только не сейчас.
Егор обманул нас обоих. Но, по крайней мере, я не был за ним замужем. У Тани есть будущее, о котором пора начать беспокоиться. Какой смысл ворошить прошлое.
— Такое ощущение, что у моего мужа раздвоение личности. Одна — хорошая. А вторая — злая. Как я могла этого не заметить??? Чувствую себя полной дурой.
— Тебе нужно подписать эти бумаги и сказать правду, потому что сейчас положение дела такое, что легко обвинить кого угодно, только не самого виновника. Егор опять влип, так еще и тебя за собой тянет. Он должен понести за него ответственность.
Таня покачала головой.
— Ты никогда не сделал бы ничего подобного, — сказала она.
Я опустил голову. С этим сложно спорить.
— Не сделал бы, — ответил я. — И ты тоже. Он не стал менее любящим мужем или плохим другом из-за того, что сделал, но мы должны признать, что он украл у людей много денег. То, что люди откладывали на пенсию, на обучение детей или на какие-то чрезвычайные ситуации. Он обманул кучу народа, Таня, даже несмотря на то, что мы их не знаем, мы должны быть на их стороне.
— Спасибо за то, что ты не считаешь меня дурой. Или, если считаешь, то слишком вежлив, чтобы сказать об этом.
Я вздохнул, осознавая, что мы оба были дураками во всем, что касается Егора.
— Все будут меня осуждать. И это еще не самое страшное. Некоторые будут считать, что я все знала и была с ним заодно. Они скажут, что я должна сидеть в тюрьме вместе с ним.
Я хотел успокоить ее, но не стал обманывать.
— Меня будут ненавидеть, — ее голос стал прерываться. — Я даже не смогу спокойно выйти в магазин. Мне придется переехать, возможно, даже за границу.
— Люди поговорят и забудут. Если ты подпишешь это соглашение, то сможешь говорить правду.
Возможно, Ольга могла бы посоветовать специалиста-пиарщика, который поможет Тане пережить ближайшие несколько месяцев.
Не было никаких сомнений, что сумма денег, украденная Егором, его преступления и образ жизни, который он вел, привлекут всеобщее внимание. Таня была права, предполагая такой исход для себя. Нельзя позволить, чтобы она стала жертвой травли.
— Тебе нужно подумать о разводе, — сказал я.
Таня прижала пальцы к вискам, и этот жест только подчеркнул темные круги под глазами.
— Я знаю, и мне нужно с кем-то поговорить об этом. Все это так тяжело. И он постоянно спрашивает меня, все ли в порядке. Я не уверена, что долго смогу это скрывать.
— Ты должна, — сказала я. — В твоем соглашении ясно сказано, что тебе нельзя ничего обсуждать с ним.
— Я знаю. Возможно, развод с ним — лучший выход. Я могла бы сказать, что у меня есть любовник. По крайней мере, это объяснило бы мое поведение дома.
— Тань, ты же знаешь, что всегда можешь остаться у меня, — сказал я. — В самом крайнем случае.
Она с неохотой улыбнулась:
— Спасибо тебе, Гордей. Но я не хочу лишний раз тебе проблем подкидывать, когда против меня начнется целая кампания. Это последнее, что тебе нужно.
Так и есть. В партии никому не понравится моя связь с Егором. И им определенно не понравится, если его жена останется со мной.
— Я могу поехать к своей сестре, — предложила она. — Но кто знает, сколько времени я там пробуду? Меня и там заметят.
Я начал представлять возможные сценарии развития событий. Публикации против Тани могут стать настоящей проблемой. Если Егор окажется крупным мошенником, то эта история облетит весь интернет.
— Я думаю, тебе нужна профессиональная помощь. Конечно, это хорошая идея — съехать из дома, купленного на краденые деньги, но разве это не будет выглядеть так, будто ты сбегаешь? Давай наймем специалиста и…
Что Ольга посоветовала бы мне в первую очередь? Мне нужно было представить свою версию истории, потому что все, что люди знали обо мне, — это то, что я капризен и не люблю прессу. У Тани была другая проблема, но решение могло быть таким же: рассказать свою версию истории. И я знаю того человека, который может ей в этом помочь.
    
Глава 22
 
Инга 
Я провела большую часть дня дома за рабочим столом, собирая материалы для статьи о Гордее. Я планировала, что все еще буду за городом, но, если Гордею пришлось поработать, то я решила, что тоже займусь делом.