Алая Луна (СИ)

Глубоко вздохнув, Нейрин сделал шаг к сыну, вставая плечом к плечу с оным и принялся совершенно молча складывать его вещи. Дей даже не посмотрел на него, занимаясь тем же самым, но где-то в глубине души он был признателен папе за то, что тот не ушел сейчас. Это было важно для него.
Брюки выпали из рук на пол. Омега опустил на них взгляд. И смотрел несколько секунд, пока глаза не кольнуло солеными слезами. Нейрин заметил это и ощутил вину за то, что накричал на сына, вместо того, чтобы обнять и успокоить. Его маленькому омеге и так было нелегко сейчас. Нелегко было и принять это решение, чтобы помочь брату.
Мужчина повернулся и притянул юношу в объятия, позволяя тому разрыдаться у себя на плече. Он медленно сел вместе с ним на кровать, поглаживая по волосам и тихонько напевая успокаивающий мотив. Так он просидел с ним до глубокой ночи, пока Дей не склонил голову на его колени и не уснул крепким сном. Ему нужно было отдохнуть после всего и набраться сил перед дальней дорогой.
— Мои душа и сердце будут с тобой в чуждых землях. В час одиночества вспоминай, что твой отец, твой брат и я любим тебя. Спи, мой мальчик, — прошептал Нейрин, нежно укладывая омегу на постель.
Сегодня Кайлиму было не суждено обнять супруга, потому что тот остался с сыном, чтобы охранять его сон всю ночь. И утром, когда Дей откроет глаза, перед собой он увидит папу, который мягко уберет выпавшую прядь с лица и нежно ему улыбнется. И это покажется сном наяву, таким приятным и теплым. А потом придет осознание, что это последнее утро в родной постели.
Следующий день они проведут в суете и сборах, потому что каждый знал о нетерпеливости Касьяна. Если бы у того была воля, он бы забрал омегу тотчас же, как ему пришла весть. Никто не сомневался, что сопровождение прибудет в ночь и дальняя дорога начнется с темноты.
За завтраком все предпочли молчать, сделав вид, что следуют этикету. Хотя многие годы за этим столом не стеснялись болтать на самые разные темы. Сейчас атмосфера походила на траур, словно Дея отправляли в последний путь и каждый придумывал похоронные слова. До обеда Дей предпочел всех избегать, не в силах выслушивать их напутствия и печальные лица. И без того на душе была тоска и мрак. После обеда его перехватил Нейтан, который выглядел, в отличии от всех остальных, почти безразличным.
— Мой господин, я могу с Вами поговорить? — омега поравнялся со спешащим человеком.
— Если в такой тошнотворно-официальной форме, то нет, — достаточно резко ответил Дей, а потом виновато отвел взгляд.
— Дей, я все понимаю, но…
— Но что? Хочешь сказать, что я поступил опрометчиво? Что меня ждет жизнь без свободы? Что ты хочешь мне сказать? — он резко затормозил, останавливаясь посреди коридора.
— Нет. Я хотел сказать спасибо тебе, — Нейт смутился и покраснел, но взгляда не отвел. — Это ничтожно мало, с учетом того, что ты сделал для нас с Вейтом. Но, Дей, не избегай его. Поговорите. Вейт места себе не находит из-за этого. Он не спал этой ночью и не знает, как заговорить с тобой. Вы же братья. Я уверен, что ты сделал это из чистой любви к нему, потому что не хотел, чтобы он страдал. Но, Дей, он ведь тоже любит тебя и испытывает то же самое.
Омеге стало до ужаса стыдно. Он почему-то забыл о том, что его брат-альфа тоже может переживать. И все эти печальные взгляды были не потому, что он уезжает, а потому что Вейт чувствует свою вину. Ох, Небесная, как же он был слеп.
Ничего не ответив Нейтану, Сандалф рванул в покои будущего вожака, чтобы поговорить с ним, но там его не обнаружил. Следующим местом должен был быть сад с яблоками. Это место было любимым для их папы и Вейта. Особенно, когда тех охватывали тяжелые думы или печаль. И Дей не ошибся в своих догадках. Альфа сидел под деревом и смотрел на солнце, что клонилось к горизонту.
 
— Вейт, я присяду? — омега приблизился к волку, усаживаясь рядом с ним.
— Дей, — юноша перевел взгляд на него со слегка печальной улыбкой. — Зачем спрашиваешь, если ты уже сел?
— Ради вежливости, — усмехнулся тот. — Мне кажется в твоих глазах залегла печаль.
— Правда? Тебе не кажется, — улыбка сползла с его лица. — Дей, я мог бы заключить этот брак. Зачем ты это сделал?
— Потому что ты мой брат и у тебя есть истинный. А я одинокий волк. Возможно, я решил найти супруга радикальными методами? — он задорно улыбнулся, поддевая брата плечом.
— Ты ведь слышал о Касьяне. Он полнейший ублюдок. И ты будешь на его территории, подчиняться его правилам. А я бы мог подстроить омегу под наши обычаи и…
— О Нейте подумал? Каково ему будет в статусе наложника, когда он является твоим истинным? Это там, на юго-востоке эти звания почетны, а у нас они считаются подстилками, шлюхами, с ними не считаются от слова «совсем». Один из самых молодых и перспективных советников, истинный будущего вожака и наложник. В отличии от тебя, он поблагодарил меня…
— Не хочу я благодарить тебя! — Вейт резко вскочил на ноги. — Я не могу благодарить за то, что ты рушишь свою жизнь. Ты лишаешь нас всех тебя. Мы любим тебя. Папа, отец, я. Но ты уезжаешь в другие земли, в чужой мир, в чужой замок, ты отправляешь в неизвестность.
— Вейт, успокойся, — омега тяжело вздыхает, прикрывая глаза, а затем вновь смотрит на брата. — Рано или поздно я бы ушел из замка. Либо бродить по просторам этого мира, либо в дом моего супруга. И это мог быть даже альфа Пепельного клана. Вейт, я не собственность этого дома. Я живой и волен выбирать свой путь. Возможно там, в Алых землях я обрету счастье. Может Касьян не такой мудак, каким мы его считаем?
— Ты сам себе веришь?
— Пытаюсь. А ты совсем не помогаешь. Вейт, ты не хочешь, чтобы разрушалась моя жизнь, а я не хочу, чтобы рушилась твоя. Мы не знаем, что меня ждет там. Я обещаю, что буду писать тебе письма регулярно. Так что, пожалуйста, смирись с моим решением и пойми, что я хочу как лучше.
— Ты снова включил режим заботливого старшего брата, — альфа с трудом выдыхает и опускается на колени. — Это я альфа и должен тебя защищать, а не наоборот…
— Ты защищаешь своего омегу, ты любишь меня, и твоя любовь подпитывает меня перед предстоящим будущим, — Дей поддался вперед, чтобы обнять Вейта. — Я тебя умоляю, не кори себя. Так распорядилась судьба и это мое решение. Тут нет твоей вины. Пожалуйста, будь счастлив.
— Хорошо, но я даю и другое обещание, — юноша крепко обнимает старшего, утыкаясь в его плечо.
— Какое?
— Если с тобой что-то случится, Дей, я перегрызу ему глотку. Только с таким условием я отпущу тебя и буду счастлив с Нейтаном здесь.
— … Хорошо.
Вскоре наступила ночь. Все в ожидании находились на первом этаже замка, дожидаясь, когда в комнату войдут объявлением. Дей сидел в одной лишь накидке, готовый к обороту в волка. Нейрин сидел рядом и постоянно поправлял сыну распущенные волосы. Вейт и Нейтан сидели обнявшись и пили чай, который попросил заварить волчок. Один лишь Кайлим сидел в стороне, но не сводил с сына пристального взгляда. Он за весь этот день не проронил ни слова. И Дею начало казаться, что отец просто возненавидел его за этот поступок. И прекрасно понимал его. Омега ослушался. Сделал по-своему. Без ведома и разрешения. Вожак был им недоволен. Наверное, даже разочарован.
Раздался стук. В комнату вошел один из стражей.
— Четверо Алых волков прибыли для сопровождения юного господина, — объявил он.
Все переглянулись. Несколько секунд никто не вставал, пока этого не сделал Дей. Он первым пошел к двери, а следом за ним двинулась и вся семья. Здесь должны были бы быть и Харрей с Шериданом, но уже около недели они были в землях Пепельного клана. И это вызвало тоску в душе Дея. Если бы он мог, он бы задержался, чтобы успеть попрощаться и с ними, но такой возможности не было. Оставалось надеяться, что в скором времени они ответят на письмо, которое Дей пошлет им из своего нового дома. Харрей был для него нянькой, почти вторым папой, пока мальчик не вырос и не окреп. А Шеридан выполнял роль наставника по всем делам, включая язвительность и остроту языка. И хотелось бы теперь знать, что бы сейчас, перед его отъездом, они сказали? Шер бы пошутил? А Харрей бы растрогался? Оставалось только гадать.