Алая Луна (СИ)

— Я буду смотреть за ним в оба, — омега улыбнулся. — Спасибо Вам за помощь.
— Не за что. Может еще когда-нибудь встретимся.
Варг все-таки пожал старому товарищу руку, после чего пошел неспешно вместе со своим омегой в покои, где им предстояло провести последнюю ночь перед отправкой в дальние места. Дей еще не решился предложить Варгу вернуться в его родную стаю, где был Вейт, Нейтан и родители. Он даже не осознавал, как тосковал по ним. Хотелось даже плакать. Да и вообще в последние дни он стал более плаксивым, чем обычно. Видимо шок и на нем сказался.
— У тебя все хорошо? — Варг наклонился, чтобы взглянуть в опущенное лицо истинного.
— Просто мне не вериться, что мы уходим отсюда, — Дей сжал край своей туники. — Больше не будет никакого наэ и этих учений рабского поведения… Мы правда свободны?
— Правда, — альфа открыл перед омегой дверь. — Заходи.
Юноша прошел в комнату, осматривая ее без особого интереса. Она была похожа на ту, где он провел все это бесконечное время, разве что тут преобладали голубые оттенки и кровать была шире той, на которой он спал. Ему казалось, что он спит, а это все лишь иллюзия. Возможно, его все же отстегали там, на тех столбах, а он потерял сознание от боли и сейчас просто погружен глубоко в свое сознание, которое рисует ему лучшие фантазии.
— Это было распоряжение Касьяна? — Дей обернулся на Варга, который складывал сумку на тумбу.
Его альфа был здесь. Он был одет в одни лишь шальвары, потому как представителям сильного пола данной стаи дозволялось оголять стан, да и спина подаренного судьбой все еще доставляла ему неприятную саднящую боль от любого лишнего касания.
— Да.
— Но почему он это делает? Он то пытается нас убить, то предоставляет хорошую спальню до времени отбытия…
— Умом его не понять, — Варг заключает омегу в объятиях и утыкается в его макушку носом, ощущая бодрящий и одновременно успокаивающий аромат зимней вишни.
Дей сильнее жмется к нему, ощущая прилив жара, который растекается по всему телу. Он чувствовал себя защищено впервые за долгое время, но тлеющая глубоко в душе тревога почему-то вовсе не хотела тухнуть, напротив, сейчас сильнее разгоралась внутри клетки, которой являлась его мерно вздымающаяся такту дыхания грудь.
— Варг… Что будет с моей стаей? Он ведь еще ничего не сделал, но сделает же? Как мне их защитить? — Дей поднял взгляд на альфу, надеясь, что найдет нужный ответ в золотых глазах.
— Все будет в порядке. Я расплатился кровью, значит он не ступит на те земли, — Варг нежно убрал черные пряди за ухо. — Тебе не о чем волноваться.
— А как же Даяз… Неужели он оставит его в темнице? — омега нахмурился, вспоминая гордую фигуру Даяза, позволяющего увести себя в темные и сырые подземные коридоры.
— Я не знаю, — альфа тяжело вздохнул, опуская взгляд. — Касьян слишком непредсказуем.
— Мы должны же что-то сделать. Он спас тебя, когда я не смог… — словно тягучая смола, вина сдавливала горло юноши, заставляя его задохнуться в собственной беспомощности.
— Ты бы ничего не смог. А Даяз спасал не меня, — Варг аккуратно переместился со своим омегой на постель, усаживая того к себе на колени.
— Но ведь… Он сказал, что это не из-за меня, а ради чего тогда?
Эти долгие недели не были обременены встречами с первым наложником, но нарэт за неумышленные встречи создал впечатление образцового гордого омеги, не терпящего неуважения в свою сторону и который гордо держался даже тогда, когда повелитель не обласкивал его секундой своего внимания или взглядом. И этот же омега упал перед ним на грязный пол. Что он тогда говорил? Зачем он это сделал?
 
— Веришь или нет, Даяз любит Касьяна.
— Откуда ты знаешь? — Дей непроизвольно коснулся чужой шеи, пробегаясь по ней пальцами.
Глухое чувство, которое не давало покоя Сандалфу, глубоко внутри него мешалось в ядерный коктейль с чем-то другим. Даяз… Этот омега правда любил кого-то столь бесконтрольного и жестокого? Возможно ли вообще любить кого-то вроде Касьяна? Почему Дея так это заботило? Потому что нарэт спас их всех? Потому что он оказался сильнее, чем Дей?..
— Потому что обычный наложник бы не смог так хорошо понимать кого-то вроде моего брата. И давно это дело было. Даяз по молодости сам очаровывал моего юного на то время брата. Надеялся, что Касьян полюбит его, — Варг пробежался пальцами по талии истинного, касаясь губами его виска.
Правильно. Неправильно. Омега пытался стряхнуть дымку, застилающую его светлый разум. Внутри все бурлило и кипело. Он должен был радоваться, что смог вырваться отсюда, но вместо этого… Сильнее затягивал себя в омут этого прогнившего изнутри места.
— Ты до всего этого сам дошел? — Дей подставляет кончик носа под очередной поцелуй, едва заметно улыбаясь уголками губ.
— Нет, — альфа играючи проводит ладонью по волосам, пропуская отдельные пряди через пальцы, позволяя струиться им, подобно водопаду. — Иногда каждому омеге нужна подушка для слез. Тогда ей оказался я.
Мужчина на секунду застыл, рассматривая хрупкого юношу, восседающего на его коленях. Не нужно было быть дураком, чтобы понять, что этого едва переступившего совершеннолетие юнца тяготила чужая судьба. Варг хоть и старался отогнать от себя все эти мысли, но тоже испытывал тяжесть ответственности за все случившееся. Он был альфой, который позволил череде событий просто течь по этому бурному течению. Главнокомандующий… Как же. Он никогда не был камнем, под который не затекает вода, но в этой истории решил притвориться именно им, отказавшись бороться и идти вперед. Пришлось бы им так страдать, если бы Варг сразу заявил права на Дея, когда они еще впервые встретились?
— Он тебе все это рассказал? — Дей прижался теснее, запуская руки под тунику альфы, чтобы коснуться горячей кожи.
— Урывками, — Варг пожал плечами, позволяя, себе повторить за своим омегой.
Холодные тонкие пальцы касались его аккуратно, в тех местах, где спина была нетронута жесткой кожей хлыста. Варг не хотел признавать, что брат пожалел его. Хоть он и взял хлыст толще того, которым хотел наказывать Дея, но этот материал был мягким. А ведь Касьян мог взять тот, которым с предателей на пытках сдирали кожу с мясом живьем… Где-то глубоко под слоем мерзкой озабоченности собственным показным превосходством этой сволочи скрывался тот волк, которого Варг знал с детства.
— И что он рассказал? — юноша прогнулся в пояснице, прижавшись к чужой груди.
Что-то не давало Дею покоя. Он не мог спокойно усидеть на коленях истинного, ощущая раздирающую потребность пересаживаться, ерзать, но никуда не удаляться от сильного, смелого и подаренного судьбой. Но в душе все еще грязным комом бродили неприятные мысли, касающиеся всего, что произошло за последнее время.
— Что он любит Касьяна, но совсем не понимает, как привлечь его внимание. С каждым годом ему становилось все труднее. Он растил его сыновей, пока мой брат развлекался с молодыми наложниками, — Варг спустил рукав чужой туники, чтобы нежно пройтись пальцами по коже. — И я могу понять его озлобленность. Когда Касьян был молод, он проводил много времени с Даязом и дарил ему всю нежность, на которую был способен, а получив власть, подарил ему титул и отправил на задний план. Вряд ли этого ожидал влюбленный по уши омега.