Эвис: Неоднозначный выбор (СИ)

— Ты ошибаешься — оно будет биться всегда и везде, так как неразрывно связано с моим. А я тебя люблю, и буду любить, пока мы живы…
Два этих предложения и правильный эмоциональный посыл сотворили чудо — Найта мне поверила. Слепо, как Майра. Поэтому все время, пока мы мылись, сияла, как Ати, потом потребовала, чтобы я отнес ее к нашему шалашу на руках, а там распотрошила рюкзачки и принялась меня кормить. Я ответил тем же. В смысле, кормил ее с ладони. А когда наши запасы подошли к концу, она опрокинула меня на спину, уселась на живот и смешно наморщила носик:
  
— Как ты думаешь, девочки сдвинут очередь, чтобы подарить дурочке, целый год шарахавшейся от собственного мужа, хотя бы десятину-полторы непрерывного счастья?
Я обхватил ладонями самую узкую талию в семье, полюбовался на тяжелую грудь, пережившую невесть сколько изменений и превратившуюся в произведение искусства, и отрицательно помотал головой:
— Не думаю. Мало того, я вообще плохо представляю их реакцию на изменение твоего статуса…
— А что ее представлять? — удивилась она. — От души поиздеваются и забудут. А статуса у меня не было, нет и не будет.
У меня оборвалось сердце:
— Как это «нет»⁈
— Отношения между нами изменились куда сильнее, чем ты можешь себе представить! — почувствовав мое состояние, хихикнула Найта и ласково царапнула меня ноготками. — Еще год назад я считала Вэйльку маленькой девочкой. Да, умной. Да, с Даром, в разы более сильным, чем у меня. Но обязанной мне самим фактом своего существования, а поэтому зависимой. С тех пор, как она превратила меня в свою близняшку и запретила употреблять слово «дочка», я стала ощущать ее сначала сестрой, затем очень близкой старшей подругой, а последние месяца два вообще воспринимаю ее одной из супруг общего мужа. Причем намного более цельной, сильной и мудрой, чем я. Именно поэтому с радостью принимаю ее заботу и любые советы, делюсь всем, что меня хоть капельку волнует, и практически не вспоминаю о том, что подарила ей жизнь.
После этих слов Тень сделала паузу, собралась с мыслями и продолжила:
— Знаешь, первый раз поймав себя на мысли, что перестала видеть в дочке дочку, я здорово испугалась. И рванула за советом… к ней же! А когда выговорилась, то услышала приблизительно следующее: «Еще год назад все мы оценивали себя согласно статусу. То есть, согласно своему месту в иерархии семьи, месту семьи в иерархии рода, месту рода в иерархии королевства и так далее. Сейчас все иначе: раз Нейл любит нас одинаково сильно, а соперничества между нами нет, то в иерархии семьи мы занимаем одно и то же место — Место Его Любимой Женщины. А статус, который дает это место, настолько высок, что делает ненужными все остальные…»
Я задумчиво потер переносицу:
— Интересная мысль. Не удивлюсь, что она пришла в голову не Вэйльке, а Альке!
— Так и есть… — подтвердила Дарующая и осторожно дотронулась указательным пальцем до моей нижней губы. — Почувствовав изменения в своем отношении к Дайне, она быстренько разобралась в причинах и поделилась выводом с твоей личной Дарующей.
— Все, теперь понял! — облегченно выдохнул я. — «Издевательства» девочек будут такими же добрыми и теплыми, как ваша постоянная грызня, верно?
— Ну да! — кивнула Найта и грустно усмехнулась: — Знаешь, они подталкивали меня к тебе с конца осени. А я, дура, никак не могла поверить в то, что ты не способен на предательство…
…Долгожданное сообщение от Сарджа и Стеши упало на наши ТК за двадцать три минуты до полудня. К этому времени я уже почти поверил, что имперцы ушли в свой мир, и настолько отчаялся, что не мог расслабиться даже в объятиях Найты. Поэтому, проглядев первый абзац, почувствовал себя счастливым. Как оказалось, зря: стоило прочитать второй, как у меня потемнело в глазах. А через миг откуда-то издалека я услышал свой собственный голос:
— Если вернемся — взгрею их так, что десятину не смогут ни сидеть, ни ходить!!!
— За что? — возмутилась Найта. — За то, что они пытаются дать нам еще немного времени и выводят из-под удара тех, кто не успел покинуть Лайвен?
— Если у нас не получится…
— Если у нас НЕ получится, им все равно не жить! — перебила меня Дарующая. А когда поняла, что не убедила, обняла за шею и заглянула в глаза: — Нейл, девочки делают все, что могут! И для семьи, и рода, и для королевства. Точно так же, как мужчина, который их этому научил. Поэтому пойми, прими и гордись!
Соглашаться с этим утверждением было страшно. Не соглашаться — глупо. Поэтому я закрыл глаза, чтобы Тень не видела, насколько мне больно, и озвучил первое, что пришло в голову:
— Все равно взгрею!
— Чтобы их взгреть, тебе придется выжить! — хихикнула девушка. — А если ты выживешь, они с радостью примут любое наказание.
— Логично… — заставив себя успокоиться, сказал я, решительно выбрался из зеленого «шалаша», надел плащ, набросил на голову капюшон, подхватил рюкзак и рванул вниз по склону.
Добежав до озера, вытащил на свет аккуратно свернутый кусок серо-зеленого пластика, снял с него защитную пленку, вставил в технологическое отверстие головку баллончика со сжатым воздухом и повернул ее на четверть оборота в направлении, указанном стрелкой. Через пару мгновений оценил не самый привычный внешний вид небольшой надувной лодки и продолжил готовиться к плаванию: взял металлические трубки длиной в два моих кулака, отжал фиксаторы, с силой тряхнул и после серии последовательных щелчков получил тонюсенькие весла, которые, по уверениям Сарджа, были раз в двадцать прочнее деревянных.
После того, как я уложил лодку на воду и начал крепить весла к уключинам, Найта побросала в нее рюкзаки и обрывки пленки, забралась внутрь и качнулась вправо-влево. А когда убедилась, что утлое суденышко переворачиваться не собирается, устроилась поудобнее и недовольно посмотрела на небо, затянутое облаками.
Я с ней согласился. Мысленно, ибо погода была действительно не очень. Затем забрался в лодку, определился с направлением на третью и последнюю точку этого боевого выхода, сделал пару гребков и услышал мрачный вздох своей Тени:
— Чем больше я узнаю об Ушедших, тем сильнее их ненавижу! Да, они были неизмеримо более развиты, чем мы, и имели полное право смотреть на нас свысока. Но ведь это не причина относиться к нам, как к бездушной скотине, правда? Ладно, потерпели они крушение и уронили свой уродский рейдер в озеро. Но зачем было насаждать среди нас эти паршивые легенды о Преддверии Бездны и Древнем Зле⁈
— Чтобы никто из местных жителей не наткнулся на «Эквисс».
— Ну, так назвали бы Бездной именно Долгое! — возмущенно воскликнула девушка. — Тогда мы, боясь Древнего Зла, обходили бы стороной только его, а не все озера, реки и моря на континенте!
— Найта, им было плевать на все, кроме добычи топлива для межсистемного телепорта, увеличения поголовья псионов и своего будущего!
— Ну да, пока их дроиды безостановочно добывали и перерабатывали руду, а заводы выпускали детали для ремонта корабля, эти ублюдки тешили похоть с нашими женщинами, жрали нашу еду, упивались нашими винами и отдыхали в самых красивых местах нашего мира! А в это время простолюдины, жившие возле водоемов, кишащих рыбой, умирали от голода!
— Ушедшие считали нас «возобновляемым ресурсом»! — буркнул я и вложил злость в очередной гребок. — Таким, как пресная вода, животные и растения. А зачем ценить этот самый ресурс, если с собой его не унести?
Девушка потемнела взглядом еще сильнее:
— Откуда такие сведения?
— Вытряс из Амси. После того, как ты рассказала, как Ушедшие убеждали наших предков в преимуществе многоженства.
  
— Ясно… — полыхнув ненавистью, процедила она.
— Найта, искорка, до границы ближней зоны контроля рейдера всего сто пятьдесят метров! — среагировав на алую вспышку вокруг одного из вспомогательных окон ТК, сказал я. — Поэтому погаси Дар, выброси из головы все лишние мысли и начни вживаться в образ…