Эвис: Неоднозначный выбор (СИ)

Жизни остальных имперцев забирали по очереди. Мы с Найтой ограничились одним противником, так как в течение двух часов брали болью за боль с каждого из «незваных гостей» и успели утопить в крови свою ненависть. А Майра, Дайна и Вэйлька, которым я не позволил нам «помогать», кромсали своих «противников» чуть ли не на куски, но остыть никак не могли. Нет, записи из охотничьего домика мы им так и не показали, но они слышали то, что творилось в наших эмоциях после возвращения с базы, и поэтому мстили, как могли, за нашу боль. Увы, одиннадцать тел закончились как-то уж очень быстро, и мы вернули дроидов на базу. Потом затоптали лишние следы, дождались, пока Алька, Стеша и Ланка приведут к нам вассалов, выставили рядом с каждым трупом по одному человеку в качестве охранника, а Сангора отправили к Зейну с известием о «победе». А через четверть часа, спустившись в зал перед дверями на парадную лестницу и сообразив, что будущее у нас снова есть, вдруг почувствовали себя опустошенными. Тем не менее, последние штрихи к картине «уставшие победители Ушедших на отдыхе после кровопролитной битвы» все-таки создали — попадали на диваны и в кресла прямо в окровавленной одежде, вытянули ноги и возложили правые ладони на рукояти мечей. А Найта привалилась к моему плечу и заснула.
  
Я себе расслабиться не позволил. Поэтому некоторое время судорожно искал занятие, которое позволило бы не отрубиться до приезда Шандоров, Койренов, Диргов и всей той толпы, которая собралась в нашем доме за неполные сутки. И нашел — попросил Сарджа рассказать о Последней Войне и последовавшей за ней Эпохе Упадка.
Искин передал слово Гиллу. А тот, подключившись к общему каналу, угрюмо заговорил:
— Если верить пакету информации, которую мне скинули имперцы сразу после своего появления в портальном зале «Эквисса», то войн было несколько. Первая, которая закончилась после нашего ухода в рейд, длилась относительно недолго — порядка восьмидесяти лет — и лишила Содружество почти сорока процентов обитаемых систем, включая ту, в которую отсюда ушла команда моего рейдера. Империя захватила бы и больше, но растянутые коммуникации и практически исчерпанные резервы вынудили ее поумерить аппетиты и заключить мир. Конечно же, миролюбие императора никого не обмануло, поэтому следующие двести шестьдесят три года обе стороны вкладывали все доступные ресурсы в постройку флотов, укрепление систем обороны обитаемых планет и так далее. В результате порядка восьмидесяти процентов промышленности работало на военно-промышленный комплекс, большинство высших учебных заведений готовило экипажи для боевых кораблей, операторов для планетарных и орбитальных систем обороны и так далее, а беспрецедентная программа роста рождаемости стремительно увеличивала количество половозрелых граждан. И все это дало ожидаемый результат — в следующей войне, которая длилась почти двести лет, Содружество отвоевало всю ранее утерянную территорию и откусило приличный кусок чужой. Но добить врага не смогло. Все из-за тех же растянутых коммуникаций и истощившихся резервов. Результатом двух следующих относительно коротких войн стало еще большее «усыхание» границ Империи. И тогда кто-то из ее руководства предложил очередному императору изуверский план ослабления и последующего уничтожения Содружества…
— А тот, как я понимаю, план принял? — спросила Вэйлька.
— Да… — вздохнул главный искин «Эквисса». — Их ученые создали колонии боевых наноботов с говорящим названием «Сюрприз», поражающие только псионов и носителей их генов. Передавалась эта гадость почти любым из известных науке способов. В результате зараженный становился разносчиком колоний уже через сутки после инфицирования. А дата перехода в боевой режим была жестко прописана в исходном коде…
— А чуть попроще можно? — покраснев до корней волос, попросила Ирлана.
— Имперские ученые создали что-то вроде смертельной болезни, которая должна была уничтожить только таких, как Нейл, причем в строго определенное время… — объяснил Сардж. — С момента заражения первого гражданина Содружества эта болезнь ничем себя не проявляла. И в течение пятидесяти лет только передавалась от одного человека к другому. А в один прекрасный день «проснулась» и убила всех псионов вместе с теми, чьи потомки в принципе могли стать таковыми!
— А такой длительный срок перехода в боевой режим был прописан намерено? — поиграв желваками, глухо спросила Вэйлька.
— Да. Чтобы «Сюрприз» гарантированно добрался даже до жителей самых отдаленных колоний, команд дальних рейдеров и личного состава военных баз специального назначения… — подтвердил Гилл. — А так как дата активации была известна заранее, и главами большинства властных и силовых структур Содружества были псионы, то война, начавшаяся после одновременного уничтожения практически всей властной элиты, закончилась катастрофой.
— Вернее, двумя… — перебил его Сардж. — Разобравшись в ситуации, кто-то из руководства министерства обороны активировал протокол «Возмездие» и отправил к материнским системам Империи «Кару Небес» — оружие, способное превратить любую планету в пояс астероидов…
— Часть ракет была сбита сразу после выхода из гипера, часть уронили системы противокосмической обороны, но те, которые добрались до цели, разорвали связи между выжившими мирами и отбросили цивилизацию победителей в Эпоху Электричества.
— Теперь понятно, почему эти уроды так радовались, обнаружив Геверовскую «пятерку»! — пробормотала Майра.
— Ну да, в их мире псионы сохранились только в легендах. А здесь они есть во плоти…
Рассказ Гилла меня толком не зацепил. Нет, разумом я, конечно же, понимал, сколько ни в чем не повинных людей погибло в войнах двух этих цивилизаций, но где-то в глубине души считал, что они получили именно то, что заслужили. Поэтому задал искину всего один вопрос — не опасен ли «Сюрприз» для нас. А когда получил уверенный ответ «Нет!», облегченно перевел дух и плеснул в своих женщин волной злого удовлетворения…
[1] ПАТ — противоабордажная турель.
  
Глава 28
 
Третий день четвертой десятины второго месяца лета.
Очередное сообщение от искина охотничьего домика разбудило меня незадолго до рассвета. С трудом продрав глаза и обнаружив в своих объятиях Ланку, я сначала растерялся. Но вспомнив, что вернувшись в спальню последний раз, намеренно прилег на край кровати, нехотя встал, привычно вслушался в окружающий мир, убедился, что в доме и его окрестностях все спокойно, осторожно, чтобы никого не разбудить, слез с кровати и подошел к окну.
Дождь закончился. Судя по подсохшей тропинке для пробежек — еще в начале ночи. Довольно сильный ветер трепал ветви деревьев, а в разрывах между облаками проглядывало предрассветное небо. Убедившись, что прогноз Сарджа сбывается, а значит, к середине дня над Лайвеном действительно развиднеется, я натянул штаны, подхватил с изголовья перевязь и бесшумно вышел из спальни.
Короткая пробежка по дому привела меня в баню, лестница под баком для воды — в родовой тайник, а плита телепорта — во владения Амси.
— И чего тебе не спится в такую рань? — поинтересовалась хозяйка острова, когда я выбрался из подвала. — Всю ночь носился к Оддару и обратно. Не надоело?
— Надоело… — вздохнул я. — До смерти. Но он только что сообщил, что вылечил последнюю хейзеррку, поэтому я сейчас быстренько ополоснусь, оденусь и развезу их по домам. А отдохну как-нибудь потом.
— Ты себя когда-нибудь загонишь… — недовольно проворчала хозяйка пляжного домика, но продолжать тему не стала: — Ладно, раз решил — делай. Если что, имей в виду, что одежду для них Оддар уже синтезировал.
  
Я коротко кивнул, вошел в домик, добрался до душа, а минут через десять услышал шелест открывающейся двери и голос Майры:
— Доброе утро, любимый. Помощь примешь?
— С превеликим удовольствием! — обрадованно ответил я и поздоровался.
Жена полыхнула ощущением счастья, скользнула в объятия, позволила себе понежиться в них секунд тридцать, затем игривым толчком бедра выпихнула меня из-под струй воды и отправила одеваться. А еще минут через десять на пару со мной перешла в Приют Охотника.